VIP-зона - Эдуард Сероусов

– А, Максим! – голос журналиста сразу стал более заинтересованным. – Александр Иванович рассказал мне о вашей ситуации. Весьма любопытная история. Я бы хотел встретиться и обсудить возможность публикации.

– Конечно, – согласился Максим. – Когда вам будет удобно?

– Скажем, сегодня вечером? В шесть в редакции? У нас как раз планёрка заканчивается, и я буду свободен.

– Договорились, – Максим записал адрес редакции. – Что мне нужно подготовить к встрече?

– Все документы, которые у вас есть – те, что подтверждают махинации Барского через ваши рестораны. Записи с проверок в "Истоке", где видно, как инспекторы подбрасывают улики. Список поставщиков, которые внезапно разорвали с вами контракты. Всё, что может подтвердить систематическое давление на ваш бизнес.

– Понял, – кивнул Максим. – Подготовлю всё необходимое.

– И ещё, Максим, – в голосе Самойлова прозвучала нотка предостережения, – будьте готовы к тому, что после публикации давление может усилиться. Барский не из тех, кто прощает публичное разоблачение.

– Я понимаю риски, – твёрдо ответил Максим. – Но молчание уже не вариант. Они закрыли мой ресторан, пытаются уничтожить репутацию, давят на близких мне людей. Хуже уже не будет.

– Будем надеяться, – не слишком уверенно сказал журналист. – До вечера.

После звонка Самойлову Максим связался ещё с двумя журналистами из списка Воронцова – Еленой Корсаковой из популярного новостного сайта и Дмитрием Верховским, ведущим аналитической программы на одном из телеканалов. Оба проявили интерес к истории и согласились на встречи в ближайшие дни.

Ровно в одиннадцать Максим и Вероника вошли в кафе "Академия" – уютное заведение старой школы, популярное среди профессоров и студентов близлежащих институтов. Атмосфера здесь была спокойной и интеллектуальной – негромкие разговоры, шелест газет, звон чашек, запах свежесваренного кофе.

Зимина они узнали сразу – крепкий мужчина лет тридцати пяти в строгом костюме без галстука сидел за столиком в углу, просматривая какие-то документы. Когда Максим и Вероника подошли, он встал и протянул руку:

– Николай Зимин. Вы, должно быть, Максим? А это…

– Вероника, моя помощница, – представил Максим. – Она в курсе всех деталей и помогает мне с документами.

– Очень приятно, – Зимин кивнул Веронике и указал на стулья. – Присаживайтесь. Кофе, чай?

– Кофе, пожалуйста, – ответил Максим, доставая из портфеля папку с документами. – Вот то, о чём говорил Денис. Копии, разумеется.

Зимин взял папку и начал методично просматривать документы, время от времени делая пометки в небольшом блокноте. Лицо его оставалось непроницаемым, но в глазах постепенно разгорался интерес.

– Впечатляюще, – наконец сказал он, закрывая папку. – Особенно договоры с фиктивными поставщиками и поддельные платёжные поручения. Классическая схема отмывания денег через ресторанный бизнес. И, судя по всему, довольно крупные суммы.

– Миллионы евро, – кивнул Максим. – Причём я узнал об этом случайно, уже после разрыва отношений с Барским. Он использовал мои рестораны как прикрытие для своих операций, подделывал мои подписи на документах.

– И теперь, когда вы обнаружили эти документы и отказались сотрудничать, он пытается вас уничтожить, – Зимин сделал глоток кофе. – Стандартный сценарий для таких, как Барский. Они считают себя неприкасаемыми и привыкли решать проблемы силой.

– Вы можете помочь? – прямо спросил Максим. – Начать официальное расследование?

Зимин задумался, постукивая пальцами по столу:

– Могу, но с одним условием. Мне нужны оригиналы этих документов. Копии хороши для журналистов, но для официального расследования требуются оригиналы. С экспертизами, подтверждающими подделку подписей и так далее.

– Оригиналы у меня в сейфе, – ответил Максим. – Я готов их предоставить, но только в рамках официальной процедуры, с протоколом изъятия и всеми необходимыми гарантиями.

– Разумно, – одобрительно кивнул Зимин. – Я подготовлю все необходимые документы. Но должен предупредить – как только начнётся официальное расследование, Барский узнает об этом. У таких людей всегда есть источники в правоохранительных органах. И тогда давление может усилиться.

– Я готов к этому, – твёрдо сказал Максим. – Хуже, чем сейчас, уже не будет.

– Не будьте в этом так уверены, – Зимин покачал головой. – Такие люди, как Барский, когда чувствуют реальную угрозу, могут пойти на крайние меры. Вам стоит подумать о мерах безопасности. Для себя и близких.

– У нас есть кое-какие записи, – вмешалась Вероника. – С камер наблюдения в "Истоке", где видно, как проверяющие сами подбрасывают улики. Это может помочь расследованию?

– Безусловно, – Зимин оживился. – Это прямое доказательство злоупотребления должностными полномочиями. Можете предоставить эти записи?

Вероника достала из сумки флешку:

– Здесь копии всех записей. Оригиналы хранятся в безопасном месте.

– Отлично, – Зимин спрятал флешку во внутренний карман пиджака. – Я изучу материалы и подготовлю всё необходимое для начала официального расследования. Вероятно, понадобится ваше официальное заявление, Максим. Вы готовы его написать?

– Готов, – кивнул Максим. – Когда?

– Чем скорее, тем лучше, – Зимин посмотрел на часы. – Скажем, завтра в десять утра в моём кабинете в Следственном комитете? – он протянул визитку с адресом и номером кабинета. – Я подготовлю все необходимые документы. И попрошу вас пока никому не рассказывать о нашей встрече и предстоящем расследовании. Даже самым близким людям.

– Почему? – насторожился Максим.

– Потому что информация – это оружие, – просто ответил Зимин. – И чем меньше людей знает о ваших планах, тем меньше шансов, что Барский успеет подготовиться и замести следы.

– Понимаю, – кивнул Максим. – Но я уже рассказал Софье… моей невесте. И её отцу. И адвокату.

– Это неизбежно, – Зимин пожал плечами. – Просто постарайтесь дальше не расширять круг посвящённых. И будьте готовы к тому, что процесс может затянуться. Такие дела не решаются за один день.

– Я понимаю, – Максим посмотрел на Веронику, которая внимательно наблюдала за Зиминым, словно оценивая его надёжность. – Мы будем осторожны.

– Отлично, – Зимин встал, давая понять, что встреча окончена. – Тогда до завтра. И, Максим, – он понизил голос, – ещё раз повторю – будьте очень осторожны. Барский – опасный противник. И у него много ресурсов.

– Я знаю, – Максим тоже встал. – Но у меня есть то, чего нет у него – правда. И, надеюсь, закон на моей стороне.

– Будем надеяться, – без особой уверенности ответил Зимин. – До завтра.

Когда следователь ушёл, Вероника задумчиво посмотрела ему вслед:

– Что вы о нём думаете, Максим Сергеевич? Можно ему доверять?

– Не знаю, – честно ответил Максим. – Денис говорит, что он надёжный человек. Но в наше время никогда нельзя быть уверенным на сто процентов. Поэтому мы и отдали только копии документов.

– И подготовили ещё несколько комплектов для журналистов, – напомнила Вероника. – Чтобы информация была в разных руках.

– Именно, – кивнул Максим. – Это наша страховка. Если что-то пойдёт не так с официальным расследованием, мы всегда можем обратиться к общественному мнению.

Они вышли из кафе и направились к машине. День был ясным, солнечным, и Москва выглядела