Архипелаг раздора - Маргарита Вольная

Марианна приподнялась на локтях и почувствовала, как болят руки, спина, но больше всего шея. Она коснулась тугих повязок и разочарованно вздохнула.

— Детка моя! Слава морским богиням, о, слава морским богиням!

Пожилая женщина кинулась к кровати, игнорируя хруст в коленях, и, прижав ладонь девушки к губам, тихо заплакала.

— Как ты себя чувствуешь? Где болит? Есть хочешь? Я прикажу принести всё самое свежее, что есть на кухне!

— Нет, не надо, — ответила Марианна и удивилась своему разбитому голосу.

— Лежи! Куда вскочила?!

— Я хочу встать…

— Но тебе нужно оставаться в постели! — Женщина заставила любимицу вернуться обратно под шелковое одеяло.

— Как он?

— Кто? — холодея, проговорила Агата.

— Как Герман?

Комнату будто окутала осязаемая печаль. Принцесса дернулась, ощущая, как внутри неё безвозвратно рвётся сердце, но мягкая рука нянюшки привела её в чувство, когда погладила по щеке.

— Он жив, — произнесла женщина, — но сильно ранен.

— Насколько сильно?

— Не настолько, чтобы отправиться к морским богиням!

Марианна расслабилась и даже получила удовольствие от нахождения в мягкой кровати — её кровати. Но мысли побежали дальше, так и не дав достаточно отдохнуть.

— А Виктор? — снова спросила девушка.

— Прах этого предателя отправили к морскому дьяволу! — громко заявила Агата, но после её слов в комнате стало душно.

— Он был нашим другом…

— Он был змеей на груди всего государства столько лет!

— Он часто помогал нам… И мне, и брату… А для мамы вообще был опорой все эти годы… Я не понимаю, нянюшка, как он мог так поступить?

— Кто знает, что было в его больной голове.

— Наверное, это мы виноваты…

— Что?! — ошеломленно открыла рот старушка.

— Да, мы часто проявляли к нему грубость, указывали на своё место. Мы не были ему равными, а он не выносил этого…

— Но он и правда вам не ровня, — ответила Агата и смущенно потупилась.

— Теперь я понимаю, где мы совершили ошибку, но всё же… Желать всем нам смерти? Нет, не могу принять этого. — Она немного помолчала, а затем добавила: — Где мой брат? Я хочу его видеть.

— Он отдыхает…

Марианна снова села в кровати, но на этот раз никакие уговоры не помогли и ноги ступили на холодный мраморный пол.

— Я должна с ним поговорить.

— Позже, детка, тебе нужно отдохнуть…

— У меня нет на это времени. Мне нужна ящерица. Ты можешь найти её для меня?

Старушка подозрительно смотрела на бледное лицо принцессы.

— Я не сошла с ума, нянюшка, просто ты многого не знаешь.

— Мне показалось странным, что в покоях твоей матушки оказалось столько живности, но я отнесла это на тот случай, что там давно никто не появлялся, и все эти гады могли туда заползти, но сейчас ты просишь найти ящерицу и…

— Глупость, забудь, справлюсь и так.

Марианна сделала несколько шагов, её голова закружилась и, если бы не верные руки няни, она бы точно упала.

— Всё хорошо! — громко воскликнула принцесса и попробовала пойти ещё раз, но уже крепко держась за Агату.

— Только очнулась, а уже рвёшься куда-то! Разве так можно?

— Я обязана с ним поговорить.

— Детка, он уже не твой брат, — осторожно намекнула старушка.

— Да-да-да, знаю, — произнесла та и поймала себя на том, что говорит в точности, как мать. — Теперь он король острова Солнца. Я успела это понять и даже ощутить на себе, но после всего… не верю, что он отправит меня в тюрьму!

— Ты спасла ему жизнь, он тебе обязан, но всё же ты должна быть аккуратна…

— Я и забыла, что именно я убила свою маму, — с обидой сказала принцесса. — Нянюшка, не зови меня больше Марианной. Отныне я Анна.

— Что за глупость ты придумала!

— Я знаю, она уже не сможет меня простить, а я не смогу доказать ей свою любовь, поэтому… пусть это будет скромной данью уважения…

— Возможно, ты ещё передумаешь, — тихо проговорила Агата и улыбнулась, — поэтому я буду звать тебя, как прежде, — деткой.

Девушка не ответила и осторожно побрела к шкафу, где висела давно позабытая хозяйкой одежда. Створки знакомо открылись, и принцесса с любовью провела рукой по своим вещам.

— Мне кажется, я никогда не жила здесь, а видела лишь сон.

— Ты просто устала, милая, тебя не было столько времени! Я даже спрашивать боюсь, что с тобой приключалось!

— Всё было замечательно, нянюшка! — искренне ответила Марианна и повернулась. По её лицу поползли грустные тени прожитых дней, но она легко отогнала их и успокоила Агату ласковой улыбкой. — А теперь всё снова стало слишком сложно.

Старушка виновато потупилась, но её любимица не заметила этого и начала перебирать свои наряды. Когда она выбрала один, то няня услужливо кинулась помогать, но принцесса решительно остановила её, хмуро сведя брови, и, после нескольких тяжелых попыток наконец справилась с просторными бежевыми штанами и такого же оттенка блузкой.

— Я готова, — объявила Марианна то ли Агате, то ли самой себе.

Она направилась к дверям, схватилась за ручки вместо того, чтобы постучать и дождаться, когда откроет стража, но замерла, так и не потянув их на себя.

— Нет, мне незачем разговаривать с Германом…

— Вам обоим нужно время, — осторожно сказала няня. — Ни к чему торопиться.

— Он до сих пор считает, что я убила маму?

— Я так не думаю, детка…

— Значит, ты не уверена, — разочарованно прошептала принцесса и посмотрела себе под ноги. — Неужели за всё это время он так и не смог найти убийцу!

— Кажется, и так понятно, кто это сделал…

— Нет! Не верю!

Марианна выбежала на балкон, вдохнула ещё прохладный утренний воздух и проговорила:

— Виктор не мог. Он действительно любил её.

— Больше некому, — рассеяно развела руками старушка.

— Если бы ты слышала то, что говорил мне он, то поверила бы — он не убивал маму.

— Ты ошибаешься, детка…

— В любом случае, это уже не имеет значения. Её нет. И никто не сможет её вернуть… — смиренно ответила она, замолчала и стала наблюдать за небом, за его быстрыми облаками, за птицами, что взлетали так высоко, как не подняться человеку. — Я хочу навестить усыпальницу родителей. Герман сделал всё правильно, нянюшка? Моя мама теперь вместе с папой?

— Ты об этом, — замялась женщина, — тебе нужно подождать несколько дней, пусть твои раны затянутся, тело окрепнет, и я провожу тебя к месту, где лежит твоя мать…

— Что это значит? — разозлилась Марианна и слишком резко повернулась. Её голова закружилась, ноги подкосились, и Агата в последний миг подхватила её.

— Я говорила, тебе нужно лежать! —