Шок и тремор. - Сергей Николаевич Зеленин

- Надолго расстаёмся?

- Если войны с Германией не случится, то военное положение продлится до осени. Ну, а если… Тогда до Победы.

Её глаза сразу увлажнились:

- Так мы что? Больше не увидимся?

- Да не плачь ты, как Ярославна…!

Стараясь, как можно более спокойнее:

- Почему «не увидимся»? Разобьём финнов, съезжу в Смоленск и проведаю тебя. Ну а там глядишь и отпуск тебе дадут!

Подмигнув:

- Если будут успехи в боевой и политической подготовке, конечно.

Конечно, опасаясь «сарафанного радио», всей правды я не рассказал. После объявления всеобщей мобилизации, в Смоленск и область переедет не одна часть ПВО, где служит ефрейтор Истомина… А весь Московский военный округ вместе с Московским округом ПВО. Естественно переехав, части и соединения тотчас начнутся зарываться в землю, превращая Смоленск и рядом расположенные города и населенные пункты, в так называемый «фёстинг» - город-крепость…

Надеюсь, неприступную.

В Москве же останется лишь дивизия «Им. Дзержинского» из Войск охраны тыла СССР, которыми руководит генерал армии Артемьев Павел Артемьевич, да обычная милиция с пожарными. Ну и учебные части и подразделения, образованные на базе военных училищ и частей Московского военного округа.

И не только он!

Отмобилизовавшись под предлогом новой Финской войны, войска всех внутренних округов СССР, оставив на местах учебные подразделения и части, по заранее разработанному плану - передислоцируются на запад и займут оборонительные позиции вдоль Днепра.

А после завершения (надеюсь, победного) Советско-финской продолженной войны, туда же – в Смоленск переносится и Ставка Верховного Главнокомандования, где в данный момент строится командный пункт с узлом связи.

«Посвящённые» и больше всех конечно Михаил Дмитриевич Бонч-Бруевич, были категорически несогласные с таким решением:

- Последний император тоже вместо столицы находился в Ставке, то в Могилёве, то в Барановичах. Известно, чем всё это кончилось!

Но я был категоричен:

- Я - не Николай-недержанец, а Смоленск – это не Могилев и тем более не Барановичи… Это – «Ключ-город», который надо удержать любой ценой! Поэтому моя Ставка будет там и нигде более…

Кулаком по столу, ору:

- …За Днепр я фрицев не пушу!

Однако от «подстрахуя» - ещё никто не умирал и, резервные командные пункты для Верховного главнокомандования Вооружёнными Силами СССР, строятся в Москве (в Метрополитене) и в Куйбышеве.

Уже одеваясь, спохватываюсь:

- Чуть не забыл, блин… Вот тебе, Валентина Васильевна, очень полезная книжка. С картинками, как ты любишь! Первый экземпляр тиража, кстати, с дарственной надписью самого Алексея Толстого – руководителя Творческой литературной группы при Генштабе.

Сперва поохав от восхищения, та:

- Того самого Толстого, что про Анну Каренину написал?

Чешу у Реципиента в затылке:

- Нет, другого кажется… Но тоже здорово пишет! Особенно про марсиан и чокнутых учёных.

Читает название на обложке: «Как выжить на войне. Пособие для военнослужащих ВС СССР».

Хорошенько мелким бреднем процедив «Послезнание», я записал воспоминания ветеранов обоих мировых войн и кучи локальных конфликтов. «Красному графу» и его «инженерам человеческих душ» из Творческой группы при Генштабе, осталось лишь переписать в легкодоступной для понимания простого бойца форме и намалевать иллюстрации. Надеюсь, такая книжка сохранит немало жизней.

Явно заинтересовавшись, моя супруга открывает брошюрку и читает вслух – ибо малограмотная она мне досталась:

«Лежат на дне траншеи или окопа во время бомбежки и обстрела только неопытные. Лежать на дне траншеи вообще нельзя! При ударе тяжелого снаряда или фугасной бомбы, край окопа может обвалиться и заживо закопать. И ни кому в голову не придет из-под земли выкапывать человека, если из-под неё не будет торчать рука или нога и она обязательно должна при этом шевелиться. Искать после обстрела или бомбёжки на дне окопа никто не будет.

Таков закон войны!

Поэтому при обстрелах и бомбежке нужно всегда держаться на ногах. Присядь на корточки или маленько пригнись, чтобы осколками по голове не задело, чтобы не ударила в голову взрывная волна…

Но никогда не ложись!

И никогда не снимай каску»46.

На глазах слёзы в три ручья:

- ИОСИФ!!! Меня может «заживо закопать»?!

- Да не плачь ты, как королева Несмеяна…!

Как мог, так утешил:

- …Ты же не на передовой будешь, а в тылу. А самолёты зенитчиков бомбят редко: вы – очень неудобная цель для них.

Однако, не помогло.

Так я её в то утро и оставил – плачущую, всю в слезах…

***

По приезду в Кремль выяснилось, что со мной желают встретиться множество глав дипломатических миссий. И в первую очередь срочно вернувшийся из Хельсинки финляндский посол Юхо Кусти Паасикиви - которого «Лидер всех финнов» Маннергейм, буквально пару часов назначил…

Держите меня семеро!

…Министром иностранных дел!

Должно быть Густав Карлович понял что упорол косяк и теперь изо всех сил старается сгладить ситуацию.

Но я их всех без исключения тупо проигнорив – в том числе моего друга «Юхо», встретился лишь с Вышинским - Заведующим департаментом иностранных дел и даже позабыв поздороваться, спросил:

- Что с Орловым?

Тот, с просветлившимся ликом:

- С ним всё в порядке, товарищ Сталин. В самый последний момент его и других товарищей вывели и сейчас они находятся в шведском посольстве. Живы и что самое удивительно – невредимы.

Ничего, впрочем, удивительного.

Конечно, всё – все эти «массовые беспорядки» - было заранее очень хорошо спланированы… Возможно, что даже на уровне Генштаба. И его – этого плана «автору», меньше всего было нужно убийство советских граждан, тем более такого ранга - автоматически означающее войну, которую он хотел бы отсрочить до момента совместного с Вермахтом похода на Восток.

С некоторым оттенком восхищения думаю про Маннергейма:

«Молодец, нечего сказать! Однако, Густав Карлович, это тебе не поможет! Повод для войны был дан - даже не штурмом посольства, иль отказом выполнять условия очередного сталинского ультиматума, иль корявым словом в адрес Вождя Страны Советов… А самим фактом переворота!».

Сразу отлегло от сердца.

Однако, Вышинский продолжает, а я с крайней заинтересованностью слушаю:

- …Мало того, вместе с новым министром иностранных дел сам Маннергейм посетил шведское посольство, встретился там с сотрудниками светской дипломатической миссии - принёс им свои официальные извинения и обещал любые компенсации за причинённое беспокойство. Словами господина Паасикиви, он заявил даже, что готов незамедлительно начать переговоры об Персамо, совместной военно-морской базы на Аландах и возращению СССР трофейной техники и вооружения. Готов обсудить и вопрос об нейтралитете Финляндии в случае советско-германской войны.

Кивнув, я