Шок и тремор. - Сергей Николаевич Зеленин

***

Время до обеда провёл на внеочередной сессии Верховного Совета, где выступил с короткой речью – на «злобу дня», так сказать. После выступления ряда других товарищей, в частности Председателя Совета Союза Верховного Совета СССР - Щербакова Александра Сергеевича и Председателя Совета Национальностей – Пономаренко Пантелеймона Кондратьевича, единогласно было принято решение об официальном объявлении войны Финляндии. А также об введение на территории СССР «Закона об военном положении» и об начале всеобщей мобилизации.

Последние «мероприятия» как надо понимать - «де факто» направленны не против Финляндии, а бери выше…

Против Третьего Рейха!

Но формально никак не придерёшься: если объявлена война – значит, должна быть объявлена и мобилизация. А какая она – всеобщая или частичная, это никого ни грамма не @бёт.

«Закон об военном положении» означает во-первых, конец «оттепели»…

Поигрались в демократию и хватит!

Во-вторых, перевод промышленности и в первую очередь – военно-промышленного комплекса в режим военного времени.

В третьих, введения продовольственных карточек, чтоб создать как можно больший стратегический запас перед «большой войной».

Насчёт «всеобщей мобилизации» же…

Любая армия не готова к войне и, переход из мирного времени в военное - всегда будет болезненным. Поэтому война с финнами за три месяца до большой войны с Третьим Рейхом¸ это просто сказочная удача.

Это будет не какой-то одномоментный акт - а растянутое по времени действие, в результате которого численность вооружённых сил к 15-му июня достигнет десяти миллионов бойцов, командиров и естественно – генералов. Правда, больше половины из этого числа – 6 500 000 человек, будут находиться в учебных центрах. Ибо, бросать необученного человека в пекло войны – есть преступление, за которое надо нещадно карать невзирая на лица и заслуги.

Удар по экономике?

Конечно!

Но неготовность к войне - ударит по экономике на пару порядков сильней и, не в пример болезненней - по населению. К тому же, учитывая имеющееся золото-валютные резервы и возможность закупить на них самое необходимое на другой половине землешарной поверхности - наиболее острые «углы» такого «удара» должны быть сглажены.

В общем: обеднеем, конечно - но жить будем!

И надеюсь – долго и с каждым годом всё лучше и веселей.

Если нападение Германии на Советский Союз всё-таки свершится, то мобилизация продолжится и, к октябрю месяцу – в сезон, когда в свои права вступает «Генерал Грязь» - Вооружённые Силы СССР будут насчитывать порядка двенадцати-пятнадцати миллионов «штыков»…

Даже с учётом неизбежных боевых и мобилизационных потерь.

И тогда III Рейху настанет однозначный кирдык, ещё задолго до мая 45-го.

***

После обеда – который дело святое, посетил Совнарком (Совет Народных Комиссаров, СНК – Правительство СССР, по бишь), Председателем которого являюсь. Провёл короткое, но конструктивное совещание, отдал последние распоряжения своему Заместителю на этой должности - Якову Ермолаевичу Чадаеву.

Следом – совещание Государственного Комитета Труда и Обороны (ГКТиО), главой которого я так же являюсь. Кроме главы Секретариата ГКТиО – всем известного Поскрёбышева, присутствовали Нарком обороны Кулик, Начальник войск тыла Косыгин и другие товарищи…

Ну и Заместитель председателя ГКТиО - Максим Захарович Сабуров. 

Тоже кстати, один из «преемников».

Очень способный организатор-руководитель - который кроме вышеназванной должности, является Председателем «Государственной плановой комиссия при СНК» (Госплан СССР). В «реальной истории» прославился тем, что вместе с «антипартийной группой» (в которую входил «и примкнувший к ним Шепилов») - пытался свергнуть в 1957-м году Кукурузника. То есть человек политически активный, в нужном направлении мыслящий и достаточно решительный.

В общем, как говорил «в реале» Реципиент (или, кто-нибудь из борзых писак за него):

«Незаменимых у нас нет!».

В том числе, не является незаменимым и сам товарищ Сталин.

На полном серьёзе, я собираюсь сразу после войны с Германией уйти на пенсию – чтоб создать прецедент для тех, кто возглавит страну после меня. Про всех потенциальных преемников я сообщил «посвящённым», а уж те выберут по своему разумению наиболее достойного.

Убедившись, что в вышеназванных высших государственных структурах всё «на мази» и их на недельку-другую можно оставить на заместителей, на часок заскочил в Генеральный штаб ВС СССР, где пообщался с его Начальником - генерал-лейтенантом Матвеем Васильевиче Захаровым.

Ну и наконец, ровно в 15.00 прибыл в кабинет Заведующего департаментом иностранных дел, где происходило самое интересное в этот день:

Объявление войны Финляндии.

Хотя в соответствии с III Гаагской конвенцией 1907-го года достаточно и ультиматума - в котором объявляется, что неисполнение данного требования в известный срок - будет считаться законным поводом к войне (так называемый «casus belli»)… Всё же мы с Вышинским решили официально вручить финскому послу меморандум «О состоянии войны между СССР и Финляндией». Это жест в основном предназначен для западной «аудитории», перед которой не мешает лишний раз подчеркнуть свою «бело-пушистость».

По окончании «церемонии» отозвав в сторонку бледного как мраморный обелиск на кладбище Юхо Кусти Паасикиви и, «тет-а-тет» говорю ему «на ушко»:

- Передайте своим соотечественникам, мой друг, чтоб не вздумали играть в партизанскую войну. Всех партизан, конечно - по вашим лесам, рекам, озёрам, да болотам – не выловить. Но вот городское и сельское население… Запросто!

Вижу, что внимательно внемлет и продолжаю в том же духе:

- Вас всего-то три миллиона, не забывайте. Поселю по финской семье в каждом нашем колхозе от Смоленска до Чукотки, от Кушки до Анадыря и через три поколения – финская нация исчезнет с лица матушки Земли!

Не забываю и про «виртуальный пряник»:

- Ежели финский народ поведёт себя цивилизованно – как он вёл себя до восемнадцатого года, то никакой «советизации» и «социализма» не будет. Живите, как хотите - нам и без вас есть чем заняться.

Мой друг Юхо наконец разомкнул уста:

- Хорошо, господин Сталин. Я передам ваши слова финскому народу.

Глядя ему в спину, вздыхаю втайне:

«Лишь бы тебе шею до этого момента не свернули».

В самый последний момент, прямо перед вылетом в Выборг, узнаю что в этом подлунном мире произошёл ещё один военный переворот.

В столице Ирака Багдаде, группа прогермански настроенных высокопоставленных военных (так называемая «Золотая четвёрка») во главе с генералом Рашидом Али-Гайлани, подняла две пехотные дивизии и окружила ими дворец регента Абд аль-Иляха.

Думаю про сэра Черчилля:

«Всё-таки Уини не внял моему предостережению… Но ничего! К следующему – о том, что Турция вот-вот присоединиться к Третьему Рейху и станет угрожать нефтяным промыслам в Персии - он отнесётся гораздо серьёзнее. А это мне будет