Will. Чему может научить нас простой парень, ставший самым высокооплачиваемым актером Голливуда - Уилл Смит

Шери умела поддерживать семейный очаг – мама ее отца, бабушка Зампино из Италии, была образцовой хозяйкой. Итальянская сторона семьи Шери владела супермаркетом L&M в Скенектади, поэтому у них всегда было полно еды, и вся их семейная жизнь строилась вокруг обедов. Когда родители Шери разошлись, ее мама вышла на работу, поэтому кухня стала вотчиной Шери. Шери любила готовить и угощать людей – она умела превратить объедки во вкуснейшее лакомство, прямо как Джиджи. Каждую неделю мы устраивали вечеринки в честь выхода в эфир нового эпизода «Принца из Беверли-Хиллз». Шери инстинктивно взяла на себя приготовление еды и создание уютной гостеприимной атмосферы. К нам заваливались не меньше пяти моих корешей из Филли, которые, не слишком стесняясь, ошивались вокруг кухни и готовы были наброситься на следующую сочную косточку, которую бросала им Шери.

Семейное счастье для Шери воплощалось в этой теплой и гармоничной заботе о людях, ведении хозяйства. Она была рада жить простой жизнью мамы и жены. Я же хотел завоевывать, быть защитником и добытчиком, который обеспечивает семье физическое и финансовое будущее. Я считал, что еда станет менее вкусной, если ее придется есть в палатке под мостом.

Омар обставлял небольшую переносную студию в гараже, когда зазвонил телефон.

– Уилл, это Джей-Эл, – позвал Омар.

Я подбежал и взял трубку.

– Привет, Джей!

– Никуда не уходи. Нам надо поговорить. Срочно.

– А что такое, что стряслось? – нервно спросил я.

– Давай не по телефону. Я скоро буду.

И положил трубку.

Ненавижу, когда люди так делают. Не надо мне звонить загробным голосом, звать меня к телефону, а потом не говорить, что случилось. Мы же уже разговариваем – рассказывай! К счастью, благодаря удачному расположению моего дома, ждать надо было всего девять минут: две минуты – пока он сядет в машину, и еще семь минут на дорогу от Буэна-Виста. Больше времени тратить не понадобится, потому что я буду ждать его у входа.

Девять минут спустя Джей-Эл был на месте. Судя по его виду… все было в порядке. Значит, никто не умер. Он выглядел встревоженным, но не испуганным, улыбался, но как-то печально. Да он явно мог выложить мне все по телефону!

– Как жизнь, Джей?

Мы обменялись нашим стандартным приветствием – не совсем объятием, не совсем рукопожатием. Джей-Элу нравилась версия приветствия, когда между вами остается рука, поэтому тебя он как бы все равно обнимает, но не нарушая при этом свое личное пространство.

Он не стал тянуть резину.

– Короче: одна студия хочет взять тебя на роль второго плана в гангстерский фильм «Восемь голов в одной сумке». Они готовы заплатить тебе десять миллионов долларов.

– ОХРЕНЕТЬ!

Сначала я схватился руками за голову, а потом собрался дать Джей-Элу пять, но он ответил как-то неохотно.

Не отпуская моей руки, он сказал:

– Я приехал, чтобы тебя отговорить.

– В смысле?!

– Я считаю, что ты не должен соглашаться на эту роль. Она тебе не подходит.

Мне захотелось оторвать ему руку и ей же избить его до смерти. Вместо этого я спокойно сказал:

– По-моему, она мне очень подходит, Джей.

– Нет, не подходит… ты произведешь плохое впечатление. Я пять раз перечитывал сценарий. Я пытался найти хоть какие-то плюсы, но их нет. Я даже думал просто отказаться и тебе не говорить… Решай сам. Мы уже много лет вместе… Что бы ты ни решил, я согласен на все, но знай – я против. Если ты правда хочешь стать самой большой кинозвездой в мире, не соглашайся на этот фильм.

– Джей, чувак. Это же такие деньжищи!

– Том Круз отказался бы, – сказал Джей-Эл.

Мы отказались от «Восьми голов в одной сумке».

Джей-Эл, как мой менеджер, должен был получить комиссию 15 процентов. Когда он посоветовал мне отказаться от «Восьми голов в одной сумке», он сам остался без полутора миллионов долларов (я уже говорил, что он так и жил у своей мамы?). Он рисковал вместе со мной, потому что верил в мою мечту – он верил в меня.

Где-то через месяц Джей-Эл позвонил мне радостный. Теперь-то уж он повел себя как приличный человек, и все выложил… по телефону.

– Я нашел тебе роль, – взволнованно сказал он (Джей-Эл никогда не бывает взволнованным).

Мне предложили роль второго плана в экранизации пьесы Джона Гуэйра, которая номинировалась на Пулитцеровскую премию и называлась «Шесть степеней отчуждения».

– Это именно то, что мы хотели, – сказал Джей-Эл. – Пока что люди не воспринимают тебя всерьез, как актера. Мы не будем брать стереотипные роли. Нам нужно, чтобы все забыли, что смотрят на рэпера. Они должны увидеть кинозвезду.

Он продолжил:

– А еще ты точно окажешься в титрах наряду с заслуженными актерами: Стокард Ченнинг, Дональдом Сазерлендом и сэром Иэном Маккелленом. Фильм элитный до одури. Все тебя увидят в окружении актеров мирового уровня. Мы поразим публику и привлечем к себе внимание. Твой персонаж просто сыплет гениальными репликами – это одна из лучших вещей, что я читал. И вообще, фильм на самом деле о твоем персонаже. Материал просто звездный.

– Офигеть, Джей, да ты прямо тащишься!

– Говорю же, это оно, – сказал он, хлопая кулаком по ладони.

– Точняк! А сколько заплатят?

– Ну вот тут загвоздочка…

– Не томи, Джей, сколько?

Я согласился сыграть в «Шести степенях отчуждения» за 300 000 долларов.

Джей-Эл свою роль выполнил. Он нашел великолепный материал с актерами мирового класса. Остальное было за мной.

Включилось мое военное воспитание – я получил приказ и обязан был безупречно его выполнить. Мы с Джей-Элом тут же вылетели в Лондон на заключительные театральные постановки этой пьесы со Стокард Ченнинг в Вест-Энде. А как только объявили график съемок, мы с женой и сыном переехали в Нью-Йорк.

«Шесть степеней отчуждения» – это история о богатой белой паре из Верхнего Ист-Сайда Нью-Йорка. Это одинокие зрелые люди, чьи повзрослевшие дети недавно покинули семейное гнездышко. Они целыми днями покупают и продают знаменитые картины. И вот однажды у них на пороге появляется молодой черный юноша, которого пырнули ножом на улице – он истекает кровью. Он говорит, что дружил с их детьми в Гарварде, и называет себя сыном Сидни Пуатье. Пара принимает юношу у себя в доме, и по ходу истории Пол (мой персонаж) оказывается мошенником. Однако, несмотря на обман, Луиза Киттеридж, которую играет Стокард Ченнинг, и Пол необъяснимым образом влюбляются