Итальянский футуризм. Манифесты и программы. 1909–1941. Том 1 - Коллектив авторов

К. Д. Карра

11 августа 1913

44. Театр Варьете

Футуристский манифест

Мы питаем глубокое отвращение к современному театру (стихи, проза или музыка), потому что он глупо колеблется между исторической реконструкцией (подделка или плагиат) и фотографическим воспроизведением, мелочным и тошнотворным, нашей повседневной жизни, [театру подробному, медленному, аналитическому и разбавленному, достойному века керосиновой лампы].

Мы усердно посещаем music hall или театр Варьете (кафе-концерт, цирк, кабаре, boître de nuit), который предлагает ныне единственное театральное зрелище, достойное истинно футуристского ума1.

Футуризм прославляет театр Варьете, потому что:

1. Театр Варьете, родившийся вместе с нами [из Электричества], не имеет, к счастью, традиции, ни мастеров, ни догматов, и питается [быстрой] современностью.

2. Театр Варьете абсолютно практичен, потому что он ставит своей задачей развлекать и забавлять комическими эффектами, эротическим возбуждением и действием на воображение.

3. «Авторы, актёры и механики театра Варьете имеют единственное основание существовать и торжествовать: непрерывное изобретение новых элементов ошеломления. Отсюда абсолютная невозможность останавливаться и повторяться, ожесточённое состязание мозгов и мускулов в преодолении различных рекордов проворства, быстроты, силы, усложнения и изящества.

4. [Театр Варьете сегодня единственный использует кинематограф, который обогащает его бессчётным количеством непредставимых на сцене зрелищ (сражений, бунтов, погонь, автомобильных и аэропланных гонок, трансатлантических путешествий, глубинами города, природы, океанов и неба).

5. ] Театр Варьете, являясь хорошо окупающейся выставкой бесчисленных усилий изобретательности, производит совершенно естественно то, что я называю футуристским чудесным2, продуктом современного машинизма. Вот некоторые элементы этого чудесного: [1.] мощные карикатуры; [2.] бездны смешного; [3.] неуловимые и восхитительные иронии; [4.] захватывающие и окончательные символы; [5.] водопады необузданного веселья; [6.] глубокие аналогии между человечеством, животным миром, растительным миром и механическим миром; [7.] гримасы откровенного цинизма; [8.] сплетения острот, шуток и выходок, приятно проветривающих ум; [9.] все гаммы смеха и улыбки, чтоб защитить нервы; [10.] все гаммы глупости, идиотизма, тупоумия и нелепости, нечувствительно толкающих душу на край безумия; [11.] все новые значения света, звука, шума и слова с их таинственными и необъяснимыми продолжениями в самой неисследованной части нашей чувствительности; [12. масса быстро разворачивающихся событий и персонажей, толкаемых справа налево за две минуты («а сейчас взглянем на Балканы»: Король Никола, Энвер-бей, Данев, Венизелос, удары в живот и пощёчины между сербами и болгарами, куплет, и всё исчезает); 13. поучительные сатирические пантомимы; 14. карикатуры боли и ностальгии, производящие сильное впечатление на чувствительность за счёт невыносимых в своей судорожной и усталой медленности жестов; серьёзные слова, осмеянные комическими жестами, эксцентричными переодеваниями, коверканьем слов, гримасами, шутовством.]

[6.] Театр Варьете есть в настоящее время тигель, в котором кипят элементы подготовляющейся новой чувствительности. В нём мы находим ироническое разложение всех истрёпанных прототипов Прекрасного, Великого, Торжественного, Религиозного, Свирепого, Соблазнительного, Ужасного, а также абстрактную выработку новых прототипов, которые заместят их.

Итак, театр Варьете есть синтез всей утончённости нервов, которую человечество выработало до сих пор, чтобы развлекаться, смеясь над моральным и материальным страданием; он является также кипучим слиянием всех смехов и улыбок, усмешек, зубоскальства, гримас будущего человечества. В нём вкушают веселье, которое будет увлекать людей спустя сто лет, искания их живописи, их философии и скачки их архитектуры.

[7.] Театр Варьете есть самый гигиенический из всех спектаклей благодаря динамизму формы и цвета (одновременное движение жонглёров, танцовщиц, гимнастов, разноцветных наездников). Своим танцующим, ускоряемым и увлекающим ритмом он насильно извлекает самые медлительные души из их оцепенения и заставляет их бежать и прыгать вперёд.

[8.] В самом деле, это единственный театр, где публика не остаётся статической, тупо глазея на сцену, а принимает шумное участие в действии, [напевая], аккомпанируя оркестру, [взаимодействуя неожиданными выходками и забавными диалогами с актёрами или шутливо полемизируя с музыкантами].

[Театр Варьете использует дым сигар и сигарет, чтобы создать общую атмосферу между публикой и сценой.] При таком сотрудничестве публики с фантазией актёров, действие происходит одновременно на сцене, в ложах и в партере. Оно продолжается даже по окончании спектакля, среди батальонов поклонников в смокингах и моноклях, которые толпятся вокруг звезды, оспаривая друг у друга двойную конечную победу: шикарный ужин и постель.

[9.] Театр Варьете, поучительная школа искренности для мужчины, так как он [воодушевляет его хищные инстинкты и] грубо разоблачает женщину от всех романтических покрывал, фраз, вздохов и рыданий, которые искажают и маскируют её. Взамен того он обнаруживает все удивительные животные качества женщины, её силы нападения, соблазна, вероломства и сопротивления.

[10.] Театр Варьете есть школа героизма ввиду необходимости побивать различные рекорды трудностей и усилий, создающей на сцене сильную и здоровую атмосферу опасности. (Напр<имер>: [сальто-мортале], looping-the-loof? на бициклете, на лошади, на автомобиле).

[11.] Театр Варьете есть школа тонкости, усложнения и [рассудочного] синтеза, благодаря своим клоунам-фокусникам, угадчикам мыслей, феноменальным счётчикам, комикам, подражателям, пародистам, музыкантам-жонглёрам и американским эксцентрикам, фантастические беременности которых рожают неслыханные штуки и махинации.

[12.] Театр Варьете есть единственная школа, которую можно рекомендовать подросткам и даровитым молодым людям, потому что она объясняет разительно и быстро самые таинственные сентиментальные проблемы и самые сложные политические события. Пример: год тому назад в Фоли-Бержер двое танцоров воспроизводили мимически двусмысленные рассуждения Кидерлен-Вехтера4 о вопросе Марокко [и Конго] в символическом и многозначительном танце, который стоил по крайней мере трёх лет изучения иностранной политики. Оба танцора, лицом к публике, сплетясь руками, причём правый бок одного оставался прижатым к левому боку другого, двигались, делая друг другу территориальные уступки, вперёд, назад, вправо, влево, не отцепляясь друг от друга, не упуская из вида цели: свернуть противника. Это было чрезвычайно учтиво, двусмысленно, свирепо, вызывающе, упрямо, боязливо, в высшей степени дипломатично…

Кроме того, театр Варьете ясно объясняет и иллюстрирует господствующие законы жизни:

a) сплетение различных ритмов;

b) фатальность лжи и противоречия (напр<имер>: английские танцовщицы с двойным лицом: пастушки и угрюмого солдата);

c) [всемогущество методической воли, которая изменяет и стократно умножает человеческие силы;

d) ] синтез скоростей и превращений (напр<имер>: Фреголи5).

[13.] Театр Варьете систематически уничтожает идеальную любовь и её романтическое наваждение, детализируя с однообразием, вялостью, рутиной ежедневного ремесла тоскливые повадки и томления страсти. Он забавно механизирует чувство, принижает и умаляет гигиенически манию телесного обладания, сводит сладострастие к естественной функции совокупления, отнимает у него всякую тайну, всякую тоску и всякую антигигиеническую идеализацию.

Театр Варьете даёт взамен понимание и влечение к лёгким мимолетным и приправленным остроумием любовным связям. Спектакли Кафе-концерта на открытом воздухе, на террасе Казино