Город Под Облаками - Павел Юрьевич Фёдоров

здесь в статичном нигде, только через движение – последовательность можно связать воедино некую осмысленную форму, которая и будет являться пониманием себя. Само-собой у Пия получилось задержаться на той самой дорожке вдоль реки: вот он идет по ней, все представлялось как на экране, вот он огляделся по сторонам, все образы срывались и перескакивали, но он упорно усилием воли заставлял себя оставаться на ней и у него это получалось. Река, противоположный берег, а если спуститься к реке, раньше он никогда не подходил к воде, но сейчас это ему казалось необходимым. Он осторожно спускается, присел на корточки и протянул руку, надо прикоснуться – Вода, Пий пытается ощутить ее прохладу, даже холод, зачерпнул ладонью, сквозь пальцы вода стекает … Вода, берег, Пий смотрит на траву, деревья, кустарники, он все больше и больше прибавляет ощущений, образов. Он оглядывается и с удивлением отмечает про себя, что никогда прежде не замечал и даже не отдавал отчета себе в том, насколько все цельно, едино. Насколько все детали, казалось-бы независимые, самодостаточные, в то же время объединены в единую композицию. Пий обратил внимание на образ, который он использовал – Композиция! – почему именно этот, а не природа, или подобный. Пий с отчетливостью осознал, что все, без исключение все: и прошлое, и будущее, и настоящее, все духовное и материальное, и жизнь, и природу, и все-все, что бы сейчас он не пытался перебрать в своем сознании всегда воспринимал как целое, неделимое – как мир, который есть. Пий был поражен очевидным фактом – все создано и объединено по единому плану в композицию, в которой Пий тоже есть. Мир и Я не разделимы – это плод созидания, творения, творчества, единого замысла и продолжения. Грудь Пия захлестнула волна радости, счастья, в горле образовался комок, и он готов был плакать – плакать от необъяснимого чувства благодарности. Какое же это сильное чувство – благодарность, соединяющее творца и творение в единую композицию.

Я сейчас веду себя как человек, подумал Пий, хотя я сейчас только сознание, но … Я – Человек!

– Я! – Человек! – Пий произнес раздельно, громко и четко, он даже услышал свой голос и смотрел прямо во Тьму. Тьма, так же в упор, смотрела в него – их взгляды были направлены внутрь друг друга, понимание происходящего медленно стало доходить до Пия – Тьма имеет взгляд, тело, разум. И еще Пий чувствовал, что все внутри него как-то странно вибрирует – это было обращение – тьма хотела о чем-то сообщить или спросить, но тут вдруг неожиданно Пию совершенно отчетливо послышалось, что его кто-то сзади окликнул, Пий резко обернулся назад и увидел, что он стоит на ногах, повернувшись спиной прямо перед выходом на улицу. Как странно, Пий даже не почувствовал, как вернулся, что он опять прежний в своем обычном состоянии, стоит на земле и видит через дверной проем знакомую картину – часть реки, дороги, противоположный берег. Пий рассматривал во тьме картину в раме дверного проема – вот оно окно стратегов, всегда законченный шедевр – творение неизвестного мастера.

Пий перешагнул порог и сразу оказался среди огней, звуков, ветра, движения, как будто вошел в этот мир из-за завесы, пересек некую невидимою границу. Пий сел на скамейку на берегу, смотрел на воду и размышлял о том, что теперь от прежней беззаботности, созерцательного состояния не осталось и следа. Пий очень хорошо запомнил это прикосновение тьмы внутри себя.

Через несколько дней, когда Пий после встречи с тьмой немного пришел в себя, собрался с мыслями, оно решил поговорить обо всем с Ноем. Он пошел к нему в башню стратегов, специально, чтобы побыть рядом с окном, заглянуть в него. Пий чувствовал, что окно таит тайны и самая из них главная, это история его создания.

– Ной, кто создал окно, когда и зачем? – Пий прямо с порога начал задавать вопросы. Ной, стоял посреди зала, заложив руки за спину, выждав незначительную паузу, глядя прямо в глаза Пию ответил: «Для того что бы ответить я прежде должен знать в связи с чем задан вопрос, потому что, видишь ли, он может быть для каждого разным. Что привело тебя к нему?»

– Несколько дней назад ко мне подошел незнакомец и … ну, … в общем, мы зашли в одно помещение, … я подпрыгнул и вышел из тела. А потом … оказался в абсолютной темноте, … то есть не совсем я, а только мое сознание … совсем нигде …, а это оказалась тьма, она живая и разумная, я ее почувствовал, а она начала задавать вопросы, кто я или что я, а …, в общем, когда я обернулся, то увидел окно – вот это самое, – Пий очень волновался, он боялся, что Ной не поймет самой сути произошедшего, что он отнесется скептически или просто не поверит в рассказ. Ной неподвижно стоял посреди зала и внимательно смотрел Пию в глаза, когда Пий закончил свое повествование, Ной задумчиво, все также заложив руки за спину, медленно начал ходить по залу, потом, остановившись и, необращая внимание на Пия, тихо произнес сам себе: «Вот и все, значит, вы встретились». Потом, взглянув на Пия, неожиданно спросил: «Может, кофе выпьем. Вы ведь встретились, это же надо как-то отметить … что ли …».

– Ной, ты чего, с тобой все в порядке? – Пий не ожидал такой реакции, – давай спокойно сядем, выпьем кофе, и я тебе по подробней расскажу.

Они долго сидели перед окном, удобно расположившись в креслах, пили кофе, а Пий, рассказывая, снова переживая произошедшее с ним до мельчайших деталей, вспоминал свои чувства, мысли, дополняя образы вспомнившимися подробностями. Он был поражен насколько он точно все запомнил и смог подобрать нужные слова, чтобы объяснить Ною самое главное. Ной слушал молча, не перебивая, и неотрывно смотрел на Пия.

– Вы встретились, – когда Пий закончил рассказывать, после паузы произнес Ной.

– Слушай, что ты все повторяешь: мы встретились. Ну да встретились, и что теперь. Что это все означает. Ты можешь мне помочь разобраться или все так и будешь повторять одно и то же, – Пий ерзал в нетерпении.

– Если вы встретились, что я еще могу сказать, – Ной немного помолчал и, видимо, собравшись с духом, продолжил, – ты встретился с ним. Послушай, Пий, как он выглядел, расскажи о нем по подробнее, что ты запомнил, какой он?

– О незнакомце? – не понял Пий, – а при чем тут он, просто человек. Правда, лица я его не видел. – Пий в недоумении