Молот империи (часть 4) - Никита Киров

— Что ещё?

— Они понятия не имеют, где ты. То ты здесь, то на севере, то вообще отправился с посольством к императору Дискрема.

— Зачем? — удивился я.

— Ну чтобы просить у него войска для восстановления империи. Это я запустил, даже не думал, что они всерьёз начнут так думать.

— Неважно. Когда запланирована атака, известно?

— Пока нет. Кодовое название «День Гнева», но на какую дату точно, мы не знаем. Даже совет не знает, она у Рэгварда в голове. А он ни с кем не делится мыслями. Но совет ему доверяет, поэтому ждут.

— Плохо, — я откинулся на спинку мягкого дивана. — Ладно, мы всё равно уже готовы принимать их в любой день.

За окном видны дома. В основном маленькие и очень низкие, некоторые из глины, крыша из тростника. Будто это место застряло в прошлом. Повсюду поля, залитые водой, там уже выращивают рис. Здесь уже тепло.

Чуть дальше заводы. Трубы пыхтели, выбрасывая целые тучи дыма. Тем ближе к городу, тем меньше становилось солнца.

Дальше чуть ли не целый полк солдат делали насыпь, на которую специальная машина укладывала рельсы и шпалы. Причём эту машину толкал бронепоезд, ощетинившийся стволами пушек во все стороны.

Ага, хотят перегнать его на другое место. Там нет дороги, поэтому они строят новую. Дальше ригги, я узнал свой шагоход, стоящий среди них. Скоро буду внутри, и командовать буду из него, когда враг подойдёт близко.

Вокруг него панцирники и Уланы, почти тридцать или сорок. У ригги класса "Улан" много модификаций.

Бронебойные, вооружённые Копьями. Артиллерийские, которым для стрельбы надо опустить корпус, а потом они могут перейти на другое место. Были даже пулемётные, почти бесполезные в бою против бронетехники, противовоздушные, более опасные, и морские, у которых вместо пушек был аппарат для пуска торпед и ракет.

Но здесь не всё, основная часть ригг уже должна быть на позициях, чтобы расстреливать продвигающегося врага. То, что на востоке страны нет сильных оборонительных линий, укрепит врага в мысли о том, что победа будет лёгкой.

Главную оборонительную линию уже возвели, я видел башни из окна. Я даже узнал пару пушек, которые хитрый Ван Чэн приказал вывести из Нерска. Потом заберу вместе с остатками Ужаса Глубин. Может, Риггер сможет его восстановить.

Мы уже почти добрались до вокзала. Радич ушёл, я сидел один, глядя в окно. В городе низенькие дома, даже двухэтажные редкость. Дакун, городская часть, а не порт, который находится далеко на востоке, просто огромная деревня.

Повсюду вывески на иероглифах, которые я читать не умел. Людей — целая куча. Раньше столько же было в столице империи, сейчас же почти везде малолюдно, но тут… сколько же в Бинхае населения?

Прохожие заполонили тротуары, по дорогам ездили старинные мотоповозки без крыши, но с прицепами. Иногда вместо них были телеги с лошадьми, а то и вообще, груз тянули за собой люди.

Многие одеты просто, грубые рубашки и соломенные шляпы. У многих даже нет обуви. Наверное, среди них много беженцев из городов и деревень на западе.

Помимо мирного населения, тут очень много солдат. Чёрная, серая или жёлтая форма, но у всех красные погоны и воротники. Уже на первый взгляд их кажется больше, чем во всей армии Огрании на момент начала войны.

Мы заехали в крытый вокзал. Поезд постепенно замедлялся, пока не остановился и не зашипел. За окном целая прорва людей, в основном военных.

Я вышел наружу в сопровождении охраны.

— Генерал Загорский, — Ван Чэн с широкой улыбкой пожал мне руку, обхватив двумя ладонями. — Рад прибытию нового Молота империи.

Многочисленные вспышки фотокамер меня ослепили. Ван Чэн улыбался, а вот его генералы, хмурые, пожилые мужчины в нелепых фуражках, смотрели на меня с подозрением.

Явно не хотят подчиняться. Ну ничего, покажем им, кто здесь главный.

— А это ваши люди, — сказал Ван Чэн. — Я же говорил, что они в полном порядке. Ждали вашего возвращения.

Офицеры Огрании, попавшие в плен, и которые сейчас освобождены. Я внимательно к ним присмотрелся. Истощения нет, вид довольный, но я ещё с ними поговорю.

— А старый пень Кобаяши не с тобой, Роман? — ко мне шагнул Артур, наш бывший преподаватель в академии, одетый в старую генеральскую форму с наградами на груди. Усы грустно смотрели вниз.

— Нет, он приедет на следующем поезде.

— А я уже выпил за его упокой, — Артур вздохнул. — Придётся пить ещё раз, но теперь за ваше возвращение, — он засмеялся. — Я думал, всё, больше нет моего любимого класса. А вы живы. И ты, и Марк, и Валентин, и девочки. И Янек, конечно.

— Скоро увидитесь.

— Жду.

— Господин Риггер, — я заметил Рафаэля Риггера в толпе офицеров. Бородатый здоровяк без мочки уха о чём-то думал, уставившись вперёд невидящими глазами.

— А? что? — Наблюдатель Нерска поднял голову. — А, это вы! Я даже не заметил.

— Что-то случилось?

— А вы моего сына не видели в Нерске? — Риггер грустно выдохнул. — Со дня боя его не видел. Пропал и всё.

— Нет, не встречался. Я думал, он с вами.

— Эх, но я уже не надеялся, — Риггер посмотрел куда-то вдаль. — Просто спросил. У него всё такие мысли были... ясные, лучше, чем у меня. Но что теперь? Вот я и ушёл в работу…

Он начал что-то бурчать, я не мог разобрать ни слова. Все вокруг ждали меня. Но едва я собрался отдать первые приказы, как Риггер резко полез в карман мундира.

Кто-то из моей охраны вздрогнул и потянулся за оружием. Но это была бумага, свёрнутая трубкой.

— Я вот это сделал, — сказал Риггер. — Надо было чем-то себя занять, а у них уже был прототип. Секретный.

Я развернул плотную бумагу и с удивлением уставился на чертёж. Да ладно? Не поверю.

— Это только в планах? — спросил я.

— Он уже работает, — Риггер выдохнул и снова куда-то уставился, теряя ко всему интерес.

— Это наш козырь, — влез Ван Чэн. — Наш проект, который господин Риггер любезно согласился доработать.

— Когда вы это успели? Так, собрание через час. А пока покажите мне ваш козырь, — я свернул лист и вернул чертёж Риггеру.