Молот империи (часть 4) - Никита Киров

Снова стало тихо, стучали только металлические палочки по чашкам.

— Лучше бы вы вообще бросили пить, — сказал я. — Вы нам нужны, Артур.

— Поэтому и держусь, — Артур вздохнул ещё раз. — Вспомнил, кстати, в тот раз… Кичиро, помнишь большую Берту? Её мощный задок…

— И слабоватую на передок, — Кичиро коротко засмеялся, но быстро помрачнел. — Только не говори, что опять хочешь рассказать про…

— Господин генерал!

Посланник от Ван Чэна склонил голову и чуть ли не упал на колени. Порой местные меня удивляли своими манерами.

— Слушаю, — я отставил тарелку с недоеденной лапшой.

— Вас вызывают в штаб.

— Началось, — шепнул Артур, а Кобаяши кивнул.

Я тоже так почувствовал.

* * *

Пока враг только пересекал реку и выдвигался к городу Гунжанг, оставленной столице Бинхая. Большой город, но у него очень неудобное положение.

Мы не смогли бы его удержать, а после поражения там армия Ван Чэна перестала бы существовать. Но какие-то силы там всё равно остались, чтобы задержать врага, с приказом отступать, а не стоять на смерть.

Я смотрел на карту. Радисты громко кричали в трубки. Радиопередачи приходили чуть ли не каждую секунду, громкие пищащие действовали на нервы.

Шифровальный отдел стучал по клавишам машин, передавая записи штабистам, а штабисты мне или двигали фишки.

Я стоял над картой. Это не просто бумаги, карты и фишки. Я представлял этот бой так, будто мог наклониться на картой и разглядеть воюющие войска там внизу.

Моя фантазия всегда так работала, это мне часто помогало. Когда за этими фишками видишь людей, планируешь всё иначе. А кто-то наоборот, смотрел на людей и видел разменные фишки.

Может быть, так проще для их психики, но это не мой путь. Воюют не фишки, не оружие, не ригги и не танки. Воюют люди.

Фишки продвигались через воду, а прямо сейчас войска совета и интервенты форсировали реку. Десантные катера высаживали людей, которые под прикрытием десятков ригг шли в бой.

Где-то стреляли пулемёты, палили пушки, взрывались мины, летели трассирующие пули и осколки шрапнели. А фишки передвигались по карте. Часть фишек переместилась в столицу, и я представил себе взрывающиеся здания и горящий город.

Часть шла к нам, по полям, равнинам, болотам и лесам. Единый кулак вражеской армии растянулся линией, делая нам подарок. Союзные фишки мобильных отрядов постепенно отступали, чтобы занять новые позиции, а я видел ригги, атакующие наступающие колонны.

Время шло быстро, но иногда казалось, что оно тянется очень медленно. Иногда мне казалось, что минутная стрелка движется со скоростью секундной, а иногда наоборот, секундная, как часовая.

Я погрузился в эту карту. Бой шёл долго, а я будто участвовал в нём, хотя я всего лишь стоял над картой и держал в руке амулет Громовой.

Иногда я представлял, что внутри дух её легендарного предка, первого императора. Наверное, так оно и есть. Старик явно очень зол на меня, что я казнил его внука, но всё же был готов с этим смириться ради помощи другому потомку и спасению империи, которую он создал.

— Что Исполины? — спросил я.

— У меня больше нет сведений, — ответил Радич. — Похоже, поймали агента, он не выходит на связь.

И сразу та часть карты, где были войска Келвина Рэгварда, будто скрылись в тумане. Но об Исполинах докладывали войска. Марионетка получила повреждение и встала на полевой ремонт, а Красный Дракон оставался рядом со столицей.

Вражеские войска, как щупальца, тянулись к нашим позициям. Мобильные группы обороны отходили, ригги поливали врага огнём, не вступая в ближний бой.

А враг думал, что мы слабы, и панически отступаем. Образовалось уже три направления атаки. Они будто соревновались, кто придёт сюда первым.

Над нашей головой началась тряска. Это бомбёжка дальнобойной артиллерией и бомбы с крылолётов. Они начали обстрел.

— Плохие новости, — сказал мне один из штабистов, молодой майор из Огрании, учившийся в академии с нами. — Повредили вышку радиосвязи.

— А что резервная?

— Работает, но у нас полностью потерялась связь с северной ударной группой.

Это наша группировка, которая должна выйти врагу во фланг через несколько дней. И Восточная провинция теперь тоже не сможет нам ничего передать в ближайшее время.

Но эту потерю связи мы пережить сможем. Я успел отдать приказ ударной группе выдвигаться. Они отправятся в бой уже завтра, чтобы прибыть к нам в нужный момент, но не раньше.

Кодовое название операции — «Топор Палача». Честно, это придумал не я, а один из штабистов. Мне было без разницы, но офицеры были в восторге, и я разрешил им такое название.

Битва шла долго, иногда я даже забывал поесть, и тогда мой адъютант, Василий Дерайга, на которого так до сих пор все и косились, приносил мне обед прямо в штаб.

— Завтра к утру первые силы покажутся на окраинах Дакуна, — сказал полковник Горностаев, поправляя очки. — Наши передовые части к этому времени успеют перегруппироваться.

— Понял. Придерживаемся плана.

Я отошёл перекусить, пока было затишье. Отдыхать тоже надо, спать хотя бы урывками, и есть побольше. Потребуется вся энергия, тем более, когда начнётся атака, я поднимусь в свой шагоход. А там будет некогда клевать носом.

* * *

Спал я мало, недалеко от штаба, чтобы не пропустить новости. Когда просыпался, сразу шёл к карте. За последние полтора часа враг продвинулся ещё.

— У меня новости! — Радич вопреки обыкновению был очень мрачным.— Плохие. Ужасные. Дерьмовые. Да это охренеть как плохо. Сука, мать его! — он швырнул лист с радиограммой на пол. — Что же он не сидел на жопе?

— Что случилось? — спросил я.

— Мой человек прислал мне информацию из Восточной провинции по другому каналу.

Мы отошли в комнату для секретных переговоров с бронированной дверью. Комната ниже уровнем, чем штаб, здесь очень холодно и всего одна тусклая лампочка.

Я сел на неудобную табуретку и положил руки на стол.

— Рэгвард отправил посла императрице, — сказал Радич. — Рапорт мне передали только что. Связи с севером нет, поэтому так долго всё шло другими путями.

— Для чего?

— Обсудить с ней какие-то условия, я не знаю детали, — он потёр виски. — Это случилось вчера, сразу после того, как бомба повредила вышку.

Стены вокруг начали