Бывший - все сложно - Ольга Тимофеева

Возвращаюсь в палату и набираю Рената.

– Да, Ник.

– Слушай, мне нужна твоя помощь.

– Говори, я как раз уже проснулся и за твоей машиной поеду.

– Надо купить кольцо девушке.

– Кольцо?

– Да.

– Какое?

– Предложение одной девушке сделать.

– Прям вот в больнице или начищать машину, поедем?

– Да куда отсюда отпустят? Буду делать тут уже.

– Лады.

В переписке он скидывает мне кольца, я выбираю. Глупо и надо было бы самому, но я хочу уже. Чтобы Кира не сомневалась. Привозит. Теперь только завтра дождаться, когда придет. Или сбежать?

Могу сбежать, но потом могут не пустить назад, а у меня тут важное дело.

После ужина договариваюсь с медсестрой, чтобы провела в детское отделение. История о том, как я своего сына вытаскивал из пожара, не оставляет равнодушной и ее.

Она идет за результатами анализов, заодно меня проводит по подземным больничным лабиринтам.

Тут влажный, подвальный воздух, пахнет старым железом. У меня снова начинается кашель. Чтоб его.

Выходим в главный корпус.

– Тут поднимайтесь на второй этаж. Там все время прямо через все отделения и упретесь в детское.

– Спасибо.

– Назад сами дойдете?

– Дойду.

Я иду туда, где лежит мой сын.

Сын. Все еще не верится, что не надо ничего скрывать. И волнительно, а вдруг не примет? А вдруг обидится, что меня так долго не было?

Медсестра недовольно бурчит, но когда говорю, что спас его вчера из пожара, то тоже сдается и даже сама проводит в палату.

– Борис, к тебе тут… - заходит в палату к мальчишкам, я за ней.

– Никита!

Борька как видит, тут же спрыгивает с кровати и несется ко мне.

Я подхватываю его на руки обнимаю.

Родной мой, маленький.

Крепко сжимает руки вокруг моей шеи.

Я киваю медсестре, что все в порядке.

– Ну, привет!

Так цепко держит, будто я прощаться пришел.

– Ты пришел?

Я киваю, ухмыляюсь, будто это просто визит старого друга, но внутри все крутит. В палате с ним еще четверо мальчишек. Смотрят на нас, ничего не понимают.

– Пришел. Борь, пойдем в коридор, там поговорим.

– Мне обуться надо.

Отпускаю его, он быстро ноги в сланцы и идет за мной.

– Ну, ты как? – веду его к окну.

– Нормально, – улыбается, и сразу виновато. – Это из-за меня там пожар был?

– Нет, Борь, – подсаживаю его на подоконник, сам становлюсь рядом.

Я глажу его по голове. Мальчишка… мой.

– Главное, что ты жив. Все остальное, не важно.

– Домой хочу.

– Я тоже.

Смотрим друг на друга. Мой сын… как его доставал из этих прутьев в заборе, как на машине катались, как на рыбалку ездили, как тушили баню.

– А мама сказала, что… что ты мой папа.

Осторожно так, несмело.

– Да, – киваю ему.

– А ты мне тогда говорил про кого-то другого.

– Я, Борь, про себя говорил. Имя просто не называл.

– А ты тогда говорил, – вдруг шепчет он, – что один человек ошибся и ушел, потому что думал, что у него нет сына… Это же про тебя, да?

Смотрю на него. Там очень много вопросов, на каждый из которых мне надо будет дать ответ.

– Да, Борь. Про меня. Я не врал тебе тогда. Меня обманули. Я уехал от твоей мамы. Прости, что не был с вами.

– А сейчас будешь?

– Сейчас буду.

Борька утыкается мне лицом в живот и обнимает насколько может.

– Я не хочу, чтобы ты больше от нас уезжал.

– Я не уеду, Борь.

– И я теперь могу тебя папой называть?

– Да… сын.

Я не выдерживаю сам. Обнимаю его, прижимаю, будто боюсь, что он исчезнет. Что это просто какой-то затяжной долгий сон.

– Больше никуда от вас не уеду.

Мы еще долго сидим, обсуждаем пожар, рыбалку, собаку, маму.

И вроде место не то, время позднее, Киры нет рядом, но мне так хорошо и спокойно. Почти все стало на свои места.

– Завтра зайду к тебе опять.

– А можно я к тебе?

– Ты очень далеко, тебя одного не отпустят.

– А с тобой? Можно я с тобой буду лежать?

– Да там ничего интересного.

– Зато с тобой.

– Борь, слушай. Раз уж мы тут с тобой по-мужски, то… я бы хотел, чтобы ты, мама и Самсон жили со мной. Ты как?

– Я за.

– Тогда я твоей маме предлагаю, чтобы она за меня вышла замуж и вы переехали ко мне.

– Да! А когда?

– Да, хоть когда выпишут.

– Мама утром сказала, что если тут что-то натворить, – шепчет мне заговорщицки, – то могут выписать раньше.

Смеюсь с него.

– Раньше нам не надо. Нам надо, чтобы мы здоровые были. Идем, я тебя провожу спать.

Укладываю, сижу еще с ним. Он крепко держит руку, не хочет, чтобы уходил.

А я сижу рядом, слушаю его дыхание. Теперь у меня снова есть дом.

И это не про место. Это про людей.

Глава 61. Сложно. Отказать

Иду из поликлиники в больницу. Теперь это мой стандартный маршрут. Только сегодня чуть меняю направление. Сначала иду к Никите. Разговор опять есть.

Он меня как всегда встречает у лестницы.

– Привет, – шепчет мне, берет за руку, – идем, – и тянет куда-то загадочно.

Я опять шуршу бахилами и создают столько шума, что мог и не шептать.

– Мы от кого-то прячемся?

– Мне положен постельный режим и как только я встаю, все пытаются меня снова уложить.

– Так, может, и нужен? – сворачиваем на лестницу и идем вверх.

– Не нужен. Мне наоборот двигаться надо, тогда лучше. Мы поднимаемся на последний этаж и идем еще выше.

– Самсонов, ты куда меня ведешь.

Ключом каким-то открывает дверь на крышу.

– Ты воруешь или еще нет?

– Нет, Леха мне тут подсказал лайфхак, как в больнице можно попасть, куда угодно. Даже на крышу.

– Помнится мне, он всем говорил, что пожарный инспектор.

Самсонов смеется.

– Он роддом обследовал на нарушения, я токсикологию и терапию.

Выходим на крышу, он закрывает