Я – мы – они. Поэзия как антропология сообщества - Михаил Бениаминович Ямпольский

ситуацию в поэзии Степанова описывает в таких терминах: «Вымывание „я“ из стихотворных сборников и антологий, анонимные и псевдонимные проекты, опыты говорения голосами, опыты присоединения чужого слова (на которое ложатся ничком, как на новую землю), речь, зависшая, как дирижабль, над границей персонального и безличного, – детали большой картины» (Там же. С. 42).

416

Pessoa F. Le chemin du serpent. Paris, 1991. P. 79.

417

Степанова М. Один, не один, не я. С. 18.

418

Лиль-Адан О. В. де. Будущая Ева // Лиль-Адан О. В. де. Избранное. Л., 1988. Цитирую электронное издание без указания страниц.

419

Лиль-Адан О. В. де. Будущая Ева.

420

Michelson A. On the Eve of the Future: The Reasonable Facsimile and the Philosophical Toy // October. 1984. Vol. 29. P. 17–18.

421

Степанова М. Тут-свет. СПб., 2001. С. 6.

422

Степанова М. О близнецах. М., 2001. С. 49. Или, например: «Не зазря же под утро снятся / В удвоеньи, как под водой, / Пожеланных правнуков святцы, / Про которые угадай. / Так и ты упакован мне / Бандеролью с доставкой на дом / В день рожденья, без права не / Оказаться родня и рядом» (Степанова М. Тут-свет. С. 33).

423

Степанова М. О близнецах. С. 54.

424

В сборнике с характерным названием «Лирика, голос» Степанова дает такой вариант своей Овидиевой метаморфозы и сопровождающего ее звука: «А я, как малая собачка, / Забывши, что жена и мать, / Пытаюсь голосом пролаять, / Пытаюсь ножку поднимать» (Степанова М. Лирика, голос. М., 2010. С. 7).

425

Параллелью к этому стихотворению можно считать латинскую поэму VI века «Ночное празднество Венеры», где Венера предстает как воплощение витальной силы природы, которой подвластно все. В конце поэмы эта всепронизывающая эротическая сила пробуждает сопровождающее ее пение птиц, в частности соловья-Филомелы: «Птицам певчим повелела петь богиня, – не молчать; / Оглашаются озера резким криком лебедей, / В пышной тополевой сени Филомела вторит им. / Верь, любви волненье слышно в мелодичной песне уст» (Поздняя латинская поэзия / Сост. М. Л. Гаспаров. М., 1982. С. 81–84).

426

Степанова М. О близнецах. С. 45.

427

Там же. С. 51.

428

Там же. С. 52.

429

Степанова М. Вторая проза // Степанова М. Стихи и проза в одном томе. М., 2010. С. 206.

430

Трубецкой Н. С. Основы фонологии. М., 2000. С. 37.

431

Там же. C. 43.

432

«Вступительный жест фонологии заключался в полной редукции голоса как языковой субстанции. Фонология, верная своей апокрифичной этимологии, хотела убить голос – ее имя, несомненно, происходит от греческого „phone“, голос, но в данной связи мы вполне могли бы услышать в ней „phonos“, убийство. Фонология вонзает в голос кинжал означающего, который устраняет его живое присутствие, его плоть и кровь» (Долар М. Голос и ничего больше. СПб., 2018. С. 82).

433

Agamben G. Op. cit. P. 35.

434

Деррида Ж. «Голос и феномен» и другие работы по теории знака Гуссерля. СПб., 1999. С. 105–106.

435

Долар М. Указ. соч. С. 116.

436

Степанова М. И/или // Коммерсантъ-Weekend. 2024. 31 мая. № 17.

437

Степанова М. Тут-свет. С. 40.

438

Степанова М. О близнецах. С. 52.

439

Степанова М. Тут-свет. С. 21.

440

Стендаль. Жизнь Россини // Стендаль. Собр. соч.: В 15 т. М., 1959. Т. 8. С. 563–564.

441

Там же. С. 565.

442

Rosolato G. La voix: entre corps et langage // Revue française de psychanalyse. 1974. Vol. 38. № 1.

443

Silverman K. The Acoustic Mirror: The Female Voice in Psychoanalysis and Cinema. Bloomington; Indianapolis, 1988. P. 72–76.

444

Степанова М. Физиология и малая история. М., 2005. C. 80–81.

445

Степанова М. Стихи и проза в одном томе. С. 63.

446

Manning C. F. Singer-Machines: Describing Italian Singers, 1800–1850 // The Opera Quarterly. 2012. Vol. 28. № 3–4. P. 237.

447

Ср. у Пастернака в стихотворении «Красавица моя»: «И рифма не вторенье строк, / А гардеробный номерок, / Талон на место у колонн / В загробный гул корней и лон» (Пастернак Б. Полн. собр. соч. с приложениями: В 11 т. М., 2004. Т. 2. С. 72).

448

Якобсон Р. Лингвистика и поэтика // Структурализм: «за» и «против» / Под ред. Е. Я. Басина, М. Я. Полякова. М., 1975. С. 202–203.

449

Гегель Г. В. Ф. Эстетика. М., 1968. Т. 1. С. 94–95.

450

Гегель многократно называет Римское государство «прозой мира»: «…в противоположность прекрасной гармонической поэзии и спокойной свободе духа греков, здесь, у римлян, появляются житейская проза, сознание конечности для себя, абстракция рассудка и суровость личности, которая даже в семье не возвышается от свойственного ей узкого высокомерия до естественной нравственности, но остается бессердечной и бессмысленной единицей и устанавливает единство этих единиц в абстрактной всеобщности (Гегель Г. В. Ф. Лекции по философии истории. СПб., 1993. С. 312). Мерло-Понти развивает эту мысль Гегеля. Поэзия у него – это языковой способ утверждения свободы и автономии человека, а «проза ограничивается тем, что затрагивает нас с помощью устоявшихся знаков и уже утвердившихся в культуре значений…» (Merleau-Ponty M. Un inédit de Maurice Merleau-Ponty // Revue de Métaphysique et de Morale. 1962. № 4. Octobre-Décembre. Р. 407). В соответствии с этой оппозицией поэзии и прозы Мерло-Понти писал о первичном этапе дифференциации языка, в результате которой возникла сама возможность различать фонемы и слоги, и