Как мы росли - Роман Горбунов

противостоянии, вне зависимости от умственных или иных ресурсов, фактор удачи и усталости, имел ключевое значение. Вечерами мы собирались всей семьей за просмотром вечерних фильмов, таких как «Пуаро Агаты Кристи», это финальная музыка до сих пор звучит в моей голове, когда моя жизнь превращается в сплошную загадку. Помню смотрели все части «Джеймса Бонда» с Шоном Коннери в главные роли, это были одни из самых увлекательных и динамичных фильмов в то время. Обычно мы перед просмотром жарили огромную сковородку семечек, и весь фильм их лузгали. Родители сидели на диване вытянув ноги, брат отдельно в кресле спиной на том месте, куда надо садится, я же как самый мелкий член семьи всегда располагался внизу на ковре, и мне нравилось это место. Мама постоянно спрашивала, не дует ли мне там, а я постоянно отвечал, что мне там нормально, почихивая молча закрыв нос руками. Когда появлялись сцены с обнаженкой, родители тут же кричали: «Закрой глаза!» или «Отвернись!». Такие запреты еще больше пробуждали во мне любопытство, как говорится запретный плод всегда слаще легко-доступного. Летом после школы я зависал на балконе, на который притащил старое широкое раскладное кресло, и пытался сначала там читать что-то, но каждый раз меня там размаривало солнцем, что я сладко вырубался. Просыпался уже только к вечеру когда приходили с работы родители. Это было самое беззаботное время, когда всю тяжесть повседневных забот несли на своих плечах родители, но тогда я не понимая этого, и еще возмущался на странный вкус еды или не уважение к себе с их стороны. Все дети такие неблагодарные, они считают, что им все всё должны.

Второй моей берлогой был второй этаж родительской дачи, на который кроме меня с братом никто не поднимался. Он был просторный с большой широкой кроватью от края до края, представляющий из себя просто сложенные друг на друге деревянные плиты. Там были прочитаны многие из моих любимых книг впервые, а так же просмотрены многократно самые лучшие сны. Кстати, вы замечали, что сны имеют свойство продолжаться или повторять в одних и тех же местах несколькими ночами подряд. Стены были заклеены постерами героев популярных тогда фильмов, типа Сталлоне со спичкой в зубах из фильма «Кобра» или знаменитая стойка Брюс Ли из фильма «Путь дракона». Стена, примыкающая к чердаку была выложена из деревянных квадратиков размером с локоть, и у меня был раньше там свой тайник, я аккуратно нажимал на одну из досок и она падала, там внутри я хранил всякие журналы для взрослых. Меня всегда завораживала сама возможность манипулировать привычными вещами, делая их вроде как непривычными. Это самодельная таинственность напоминала мне приключения графа Монте-Кристо или тайники средневековых замков. У каждого должен быть такой чуланчик, где бы он хранил свои секреты, даже от самых близких, и где он мог бы почувствовать самим собой. И мне повело, в детстве помимо шкафа в своей комнате, у меня был лаз на дачный чердак. С другой стороны, кровать упиралась в балкон, который был достаточно просторный, размером с пол самой комнаты, там стояли две кровати, на которых мама сушила ягоды и полезную траву. И не зря, более раскаленного места не было во всем доме, там при желании в полдень можно было яичницу жарить на стекле. Однако я всегда засыпал не обращая внимания на этот зной, под запахи испаряющихся ягод и трав, а так же дерева, которым был обшит весь второй этаж. Ночи, проведенные там, подарили мне самые сладкие и необычные сны в моей жизни. Не знаю почему, но там мое воображение и днем и ночью работало с неимоверной скоростью: я не успевал записывать стихи, как они рождались новые, или не успевал переворачивать листы, как уже прочитывал новый роман. Мне казалось, что комната была наполнена не зноем, а самим солнцем, которое меня питало яркостью. С третьей стороны стоял письменный стол, который был моим первым творческим кабинетом, а над ним книжная полка, которая ломилась под другой книжной полкой, и так до самого потолка. Книги были все исписаны ручками по краям или подчеркнуты карандашом, почти в каждой были мои пометки на полях.

В то время я так отчаянно хотел съехать от родителей, чтобы быть подальше от их криков и выяснения отношений, к которым я не имел никакого отношения. По крайне мере я так думал тогда, а по факту все разногласия касались того, на что жить и чем кормить детей. В любом случае я не ценил ни отношения, ни те места, и понял как они мне дороги, только когда первый раз переехал жить в другой район к девушке, с которой начал встречаться. Она жила вдвоем с матерью, я стал третьим, и по внутренним ощущениям лишним. Мне никто не говорил этого вслух, но я чувствовал это требование: «ты обязан купить отдельную квартиру и переехать туда». Пускай говорила это мне моя совесть, но ощущения были все равно не комфортные, ведь достать несколько миллионов молодому парню было нелегко всегда. Родители конечно настаивали на ипотеке, и обещали помогать, но я не до конца был уверен в том, что мы подходим с этой девушкой друг другу. Слишком часто были конфликты. Если отношения начинаются, а не заканчиваются с конфликтов, то не жди от них ничего хорошего. Это были одни из самых некомфортный дней, я имею ввиду конечно, психологический дискомфорт. Ощущение не твоего и непривычного было повсюду в их квартире. Квартира была без ремонт лет так двадцать, наверное с момента ее строительства еще в затертые годы. И я решил пока не покупать новую квартиру, а сделать небольшой ремонт в одной комнате, заодно проверить наши отношения так сказать на прочность. Скандалов стало больше, чем раньше, ее не устраивало буквально все, материалы, мои работы, как вожу мастерком по стене, как я вообще дышу. Однажды, помню я шпатлевал целый день весь потолок, устал дико, а она приходит и говорит, что ей не нравятся невидимые разводы в углах, а я сказал, что их не будет видно когда она будет спать, она взбесилась и полезла «доделывать». В итоге наследующий день заявила, что весь потолок сделала сама, нет мне не обидно, мне просто стало ясно, что так и дальше она будет присваивать мои результаты труда. И даже это мне было не обидно, все же не чужим должен был стать этот человек, а вот то, что она не уважала мой труд и мои старания, меня окончательно