«Руководство скептика по Вселенной»: Как отличить реальность от вымысла в мире, который тонет в фальши. - Steven Novella

Очевидно, что верит ли человек в то, о чем сообщает, никак не влияет на точность информации — это лишь говорит о том, что он не лжет преднамеренно. Однако приверженцы таких идей упускают из виду некоторые вполне возможные мотивы для лукавства. Во-первых, люди иногда приукрашивают действительность просто потому, что так жизнь становится интереснее. Если окружающие поверят, что мы видели призрака или были похищены инопланетянами, это разнообразит серые будни нашей рутинной жизни. И этого стимула вполне достаточно.

Другие могут идти на «благочестивый обман». Они искренне верят в свое дело, но могут приукрашивать пережитый опыт, чтобы убедить этих вредных скептиков. Это похоже на то, как полицейский подбрасывает улики подозреваемому, виновность которого он «знает» наверняка, чтобы восторжествовала справедливость. И наконец, люди просто совершают странные поступки по странным причинам. Неспособность понять, почему кто-то может лгать, вовсе не гарантирует, что человек говорит правду (типичный аргумент к незнанию, верно?).

Простая истина заключается в том, что избирательные воспоминания о неконтролируемых нетипичных наблюдениях (единичных свидетельствах) крайне ненадежны. Они могут подходить для простых аспектов нашей повседневной жизни, но не для чего-то действительно важного. И уж точно их недостаточно в качестве научных доказательств или для подтверждения существования совершенно новых явлений.

ЗНАКОВЫЕ ИСТОРИИ-ПРЕДОСТЕРЕЖЕНИЯ ИЗ ПРОШЛОГО.

Одна из самых запоминающихся лекций в медицинском институте была связана с историей из тех времён, когда наш профессор проходил интернатуру в Израиле. Он лечил тяжелобольного пациента со множеством отклонений в лабораторных показателях, включая то, что уровень большинства его электролитов (ионизированных веществ в крови, таких как натрий, хлор и калий) сильно выходил за пределы нормы. Всю ночь профессор тщательно регулировал внутривенные вливания и вводил электролиты, пока все показатели не пришли в норму.

К утру, несмотря на все усилия профессора, пациент скончался. Куратор отчитал его словами: «Электролиты-то вы скорректировали, а израильтянина погубили».

Помимо этого хлёсткого упрёка, в истории крылся важный поучительный урок: нельзя зацикливаться на исправлении цифр до такой степени, чтобы упускать из виду общую картину. Лечите пациента, а не его анализы.

Здесь есть и метаурок: учитесь на своих ошибках, а ещё лучше — на ошибках других людей. Профессор хотел, чтобы мы поучились на его промахе, и нам не пришлось терять собственных пациентов ради усвоения этого урока.

Этот урок перекликается с более общим наблюдением, авторство которого приписывают Джорджу Сантаяне: «Кто не помнит прошлого, обречён повторить его». Одна из обязанностей скептиков-активистов — помнить историю науки, лженауки, обмана и мошенничества. Одни и те же промахи, ошибки мышления, когнитивные искажения и аферы снова и снова пускаются в ход. Уроки скептицизма из прошлого по-прежнему актуальны сегодня, и изучение их истории — это простой способ учиться на чужих ошибках.

На публику могут производить впечатление заявления о пользе магнитных браслетов, но они ничем не отличаются от шарлатанских магнитных приборов, популярных двести лет назад. Все лженауки, с которыми мы сталкиваемся сегодня, уходят корнями в прошлое. Труды учёных и скептиков прошлых десятилетий могут сработать как вакцина, позволяя нам сегодня быстрее и эффективнее давать отпор мошенничеству и шарлатанству.

В этой заключительной части, посвящённой базовым концепциям скептицизма, мы разберём некоторые распространённые случаи обмана, хрестоматийные ошибки прошлого и примеры классической лженауки. Эти примеры объединят в себе многие из уже обсуждённых нами идей и позволят размять мышцы критического мышления. Мы увидим, насколько ужасно всё может обернуться, когда люди настроены... не слишком скептически. И обещаю: в процессе ни один израильтянин не погибнет.

29. Запись в «Руководстве скептика»: Эффект «Умного Ганса». Раздел: Поучительные истории. См. также: Псевдонаука.

Под эффектом Умного Ганса понимается неосознанная невербальная передача информации от исследователя или экспериментатора животному либо другому испытуемому. Эта неосознанная коммуникация создает иллюзию наличия когнитивных или сверхъестественных способностей.

Басни следует преподавать как басни, мифы — как мифы, а чудеса — как поэтические фантазии. Выдавать суеверия за истину — самое ужасное дело. Детский разум принимает их на веру, и лишь ценой огромной боли, а порой и трагедии, он может в зрелые годы от них освободиться.

— Ипатия

Приятно думать, будто в голове у животных происходит гораздо больше всего, чем на самом деле. Мы склонны проецировать и антропоморфизировать, разговаривая со своими питомцами так, словно они понимают каждое наше слово (в какой-то степени они понимают, но явно недостаточно для того, чтобы оправдать наши односторонние диалоги).

Эта склонность также может частично объяснить, почему так популярны книги вроде серии о Докторе Дулиттле (определенно одной из моих любимых в детстве). В мире Доктора Дулиттла животные обладают интеллектом человеческого уровня, просто мы не понимаем их язык.

Первая книга серии вышла в свет в 1920 году — в то время, когда увлечение идеей о том, что животные могут обладать глубокими, не признанными нами когнитивными способностями, достигло своего пика. Это, в свою очередь, считается следствием растущего признания теории эволюции Дарвина. Если люди тесно связаны с остальным животным миром, возможно, животные больше похожи на людей, чем мы думали раньше.

Именно на этом историческом фоне, а точнее в 1904 году, Вильгельм фон Остен представил миру своего коня по кличке Умный Ганс. Вильгельм фон Остен был математиком, но, что, пожалуй, еще важнее, его описывают как дрессировщика-любителя, френолога (определявшего характер по шишкам на черепе) и мистика. Фон Остен потратил два года на то, чтобы научить Ганса читать — вы не ослышались: читать.

Фон Остен создал доску, где каждой букве алфавита соответствовало определенное число. Затем он произносил букву и держал копыто Ганса, пока тот выстукивал нужное количество раз. Со временем он постепенно убрал руку и позволил Гансу стучать копытом самостоятельно. Таким образом Ганс, судя по всему, научился складывать слова, а со временем и целые предложения. Разумеется, как только Ганс научился общаться словами, ему стали задавать вопросы. С помощью этого метода фон Остен научил Ганса определять время, ориентироваться по календарю, разбираться в теории музыки и решать арифметические задачи (утрись, мистер Эд!).

Ганс мгновенно стал сенсацией сначала в Германии, а затем и во всем мире. Он производил впечатление не только на толпу, но и на научное сообщество. За Гансом наблюдал психиатр Густав Вольф, который заявил, что убедился в том, «что животное может мыслить по-человечески и выражать человеческие мысли на человеческом языке». Другие ученые мужи