Перекрестки судеб - Михаил Дёмин

И помаленьку он все ближе и ближе подступал к тому месту, где начинается искомая тропа.

Размышляя о связи шоферов с бандитами, Самсонов подумал также о том, что пришельцы эти должны скрываться где-то поблизости от Холма Пляшущего, где-то совсем рядом…

Еще там, в тайге, Самсонов подметил одну любопытную деталь. Дело в том, что убитый одет был слишком легко, очень уж для Севера небрежно… Под его полушубком была только нижняя, нательная рубашка. И обут он был в сапоги – но на босу ногу. Однако в Заполярье весной никто так не ходит! Так может одеться лишь человек, второпях выскочивший из тепла, из дому.

Второпях выскочивший из тепла! – эта мысль сразу тогда возникла у Самсонова. И теперь, вернувшись к ней, капитан еще раз все взвесил. И вновь утвердился в своей правоте. Да, безусловно, незнакомец обитал где-то совсем рядом с холмом. И ютился он не у костра, не под открытым небом, нет.

Но в окрестностях Холма Пляшущего находилось всего два пункта, по-настоящему пригодные для жилья. Во-первых – якутское стойбище. И во-вторых – старая, заброшенная шахта. А так как стойбище, естественно, исключалось, то оставался лишь второй вариант…

«Причем эту чертову шахту давно уже никто не осматривал, – подумал капитан, – о ней как-то все позабыли. А между тем она примыкает к территории прииска. И стало быть, должна находиться под контролем.

Такой контроль по правилам должен был бы осуществлять комендант… Но его ведь нету. А новый – еще не прибыл. Пока что на прииске единственная власть – это я. И терять даром время я не имею права. Действовать надлежит – без промедления…»

Он залпом допил стакан. Выбил пепел из трубки. Поднялся и потянулся с хрустом. И потом устало, медленно пошел в спальню.

И, уже улегшись, прислонившись к теплому, мягкому боку жены, он подумал сонно: «На шахту надо сходить завтра же. Хотя нет. Завтра вряд ли получится. Много всяких дел… Но послезавтра – это уж точно».

Глава 6

Беспокойный рассвет. Откуда они берутся, эти болота? Западня. На нашу кровушку теперь найдется много любителей…

Капитан задремал с мыслью о старой шахте, о людях, таящихся там… И спал потом крепко. Но на самой-то этой шахте людям было в ту ночь не до сна!

Расставшись с Игорем, который должен был срочно пригнать машину в поселок, Николай и Иван хлопотали еще долго – вплоть до рассвета. На них как-то сразу свалилось множество дел. И самой неотложной и трудной задачей была очистка шахтной территории… Требовалось как можно быстрее уничтожить все видимые следы работ. А за два истекших месяца таких следов накопилось немало.

Когда над болотами растеклась далекая бледная заря, они присели наконец отдохнуть. И Иван сказал:

– Ну, так… Кажись, все. Теперь – вот это. – Он потряс лопатой. – Это куда? У нас же ведь уйма всего – лопаты, ломы, разные сита… Их, значит, – в шахту?

– Нет, я передумал, – лениво проговорил Николай, – спрячем здесь где-нибудь… Утопим в болоте – и все дела!

– Может, и камешки тоже где-нибудь здесь зарыть? – предложил Иван. – Я хочу сказать: наверху…

– Камешки – статья особая! В шахте будет надежней.

– Надежней? – с сомнением повторил Иван. – Хм… Не думаю. Ты же сам видел: в штреках полно воды, рудничные стойки шатаются… Ну, инструменты пропадут – не жалко! Их все равно бросать. А вот если что с алмазами случится…

– Да что может случиться-то? – развел руками Николай. – Эта шахта без нас сколько лет стояла – и ничего. Не обрушилась. И еще продержится… Она пробита не в мерзлоте, не на болотной почве, а в пластах гранита.

– Знаю, – кивнул Иван.

– Ну, еще бы! Ты должен знать это все лучше меня. Не новичок все-таки…

– Вот потому и говорю: старые шахты всегда опасны. А в эту даже и заглянуть-то страшно.

– Так для нас – чем хуже, тем лучше! Никто, стало быть, не захочет там долго шарить.

Николай утер ладонью слюнявую заячью свою губу. И добавил, помедлив:

– Но пойми, чуть только мусора обнаружат в шахте роккер, джигу и другие вещи – они сразу догадаются, что у нас там какой-то тайник… И уж тогда-то все перевернут вверх дном.

– Ты считаешь, что они такие догадливые? – вяло пробормотал Иван.

– За всех не скажу… Но есть у них капитан Самсонов. Вот он – настоящая бестия! На три метра сквозь землю видит.

– Ты с ним знаком?

– Немного… Когда я промышлял здесь мехами, он меня пару раз прихватывал.

– И что же?

– Штрафовал, грозил посадить… В общем, любви между нами не было. Не получилась как-то любовь.

– У него какая же должность?

– В том-то и дело, что – главная… Вся здешняя милиция у него в подчинении.

– Тогда тебе нельзя попадаться ему на глаза!

– Но и уходить отсюда тоже ведь нельзя! Ты – как хочешь, а я лично камешки без присмотра не оставлю.

– Камешки! – Иван дернул плечом. – Если уж подопрет – выбирать не приходится… Своя голова дороже.

– Так ведь, чудак, – тихо, проникновенно сказал Заячья Губа, – без этих камешков мне все равно – хана. Так или иначе, а отвечать-то придется головой… Я же объяснял тебе, с кем мы связаны. «Серые» шутить не любят.

– Да-а-а, – протяжно вздохнул Иван, – это ясно. Это я понимаю. И милиция, конечно, не страшнее «Серых». Скорее, наоборот.

– Вот именно, – сказал Николай. – Да и что милиция может нам предъявить? Мы же тут никому не мешаем. И бумаги у нас чистенькие…

– Та справочка, какую ты мне дал, – она, разумеется, липовая?

– А как же ты думал! Но эта липа – первоклассная. Выглядит в сто раз лучше настоящей.

– Ну а если Самсонов здесь появится? Ты же сам говоришь: его обмануть нелегко…

– Да, трудновато… Но по поводу справочки ты не волнуйся! Сейчас ты такой же, как и я, охотник-промысловик. И работаешь по договору с конторой «Заготпушнина».

– Между прочим, отстрел дичи в мае запрещен.

– Да ведь мы и не стреляем. Упаси бог!

– А что же мы, кстати, здесь делаем? – если спросят…

– Просто живем временно, почему бы и нет? Шахта же брошенная. Просто живем, ждем открытия охотничьего сезона. И все дела!

Они отдохнули, поднялись и сразу заторопились. Дел оставалось еще немало – а время летело неудержимо, восток становился все светлей.

Край неба пожелтел. Потом он окрасился в багряный цвет. И тайга, казавшаяся раньше черной, густой, как бы вдруг поредела.