Античные трагедии - Софокл

Медея

Пусть так оно и будет. Но поруки

Ты не дал нам. Могу ль покойна быть?

Эгей

Так разве мне не веришь ты, Медея?

Медея

Я верю, да. Но у меня враги:

В Фессалии и здешний царь. И если

Ты будешь связан клятвой, в руки к ним

Не попаду, я знаю, а без клятвы,

Лишь посулив спасенье, разве ты,

Их осажден герольдами и дружбой

Подвинутый, не можешь под конец

И уступить? Я тоже друг, положим,

740 Но слабый друг, а против нас – цари.

Эгей

(после некоторого раздумья, с тем же благодушным спокойствием)

Ты, кажется, уж слишком дальновидна.

Но, если так тебе душа велит,

Отказа нет тебе от нас и в этом.

Да, может быть, и нам всего верней

Перед твоим врагом сослаться будет

На то, что мы клялись… Тебе ж – залог…

Ну, называй богов, какими клясться.

Медея

Клянись Земли широким лоном, Солнцем,

Отцом отца Медеи и богами…

Всем родом ты божественным клянись.

Эгей

Что сделаю или чего, жена,

Не сделаю, сказать я, верно, должен?

Медея

Что сам Медеи не изгонишь, если ж

750 Кто из врагов потребует меня,

Покуда жив – и волею не выдашь.

Эгей

(поднимая руку)

Святынею Земли и Солнца, всеми

Богами я клянусь не изменить.

Медея

Так хорошо, а если ты изменишь…

Эгей

С безбожником да разделю конец.

Медея

(радостно, поднимая руки к небу)

Ну, в добрый час, Эгей, и добрый путь!

Я – следом за тобою, – только раньше

Готовое на свет явлю, и пусть

Желанное свершит судьба Медее.

Эгей уходит в ту сторону, откуда пришел.

Хор провожает его стихами.

Хор

Сын Майи, божественный вождь,

760 Да к дому приблизит Эгея!

И все, что задумал ты, царь,

Пускай совершится скорее.

Рожденья высокого знак

Ты в сердце зажег восхищенном…

Явление девятое

Медея и Хор

Медея

О Зевс! О, правда Зевса! Солнца свет!

Победой мы украсимся, подруги,

Победою. Я знаю наконец,

Куда мне плыть. И гавань перед нами

770 Желанная открылась. Стоит нам

Туда канат закинуть, и Паллады

Нас примет славный город. А теперь

Решение узнай мое, не думай,

Что я шучу, пожалуйста. Сюда

Рабыня к нам потребует Ясона

От имени Медеи. Он найдет

Здесь ласковый прием и убедится,

Что я на все согласна и что мил

Нам приговор Креонта. Лишь о детях

780 Его молить я буду, чтобы их

Оставили в Коринфе. Не затем

Я этого хочу, чтоб меж врагами

Оставить их, – но мне убить царевну

Они помогут хитростью, чрез них

Я перешлю дары ей: пеплос дивный

И золотую диадему. Тот

Чарующий едва она наденет

Убор, погибнет в муках, – кто бы к ней

Потом ни прикоснулся – тоже ядом

Я напою дары свои, жена.

790 Об этом слов довольно…

Но, стеная,

Я передам теперь, какое зло

Глядит в глаза Медее после… Я

Должна убить детей.

И их не вырвет

У нас никто. Сама Ясонов с корнем

Я вырву дом. А там – пускай ярмо

Изгнания, клеймо детоубийцы,

Безбожия позор – все что хотите.

Я знаю, что врага не насмешу,

А дальше все погибни…

Точно, в жизни

Чего жалеть бы стала я? Отчизны?

Родительского крова? Ведь угла,

Угла, где схоронить мои несчастья,

Нет у меня на свете. О, зачем

800 Я верила обманам, покидая

Отцовский дом, и эллину себя

Уговорить позволила? А впрочем,

Мы с помощью богов свое возьмем

С предателя. И никогда рожденных

Медеею себе на радость он

Не обольет лучами глаз, невеста ж

Желанная других не принесет.

Ей суждены, порочной, только муки

От чар моих и в муках – злая смерть.

Ни слабою, ни жалкою, наверно,

В устах людей я не останусь; нас

Не назовут и терпеливой; нрава

Иного я: на злобу я двумя,

А на любовь двойною отвечаю.

810 Все в мире дети славы таковы.

Корифей

Посвящен в твой замысел и только

Добра тебе желая, не могу

Я все ж забыть о Правде, – солнце миру,

И говорю тебе одно – оставь.

Медея

(подумав)

Мне поступить нельзя иначе. Муки ж

Не испытав моей, тебе, жена,

Понять мои желанья тоже трудно.

Корифей

И ты убьешь детей, решишься ты?

Медея

Чем уязвить могу больней Ясона?

Корифей

Несчастием еще ль ты не сыта?

Медея

Пусть гибнет все… А вы, уста чужие,

Свое уже сказали.

(одной из рабынь)

Ты ступай

820 И приведи Ясона к нам; коль верной

Потребует судьба у нас слуги,

Кого назвать другого? Ничего

Не говори ему о наших планах.

Но госпожу ты любишь, и сама

Ты женщина. Нас, верно, поняла ты.

Рабыня с поклоном уходит направо, по дороге. Медея с загадочной улыбкой делает несколько шагов к средней двери и, дав знак рабыням следовать за собою, входит в дом.

Стасим третий

Хор

С т р о ф а I О Эрехтиды древле блаженные,

Дети блаженных богов!

Меж недоступных хранят вас холмов

Нивы священные.

Там славы жар вам в жилы влит,

830 Там нега в воздухе разлита,

Там девять чистых Пиэрид

Златой Гармонией повиты.

А н т и с т р о ф а I Дивной Киприды прикосновение

Струи Кефиса златит,

Ласково следом по нивам летит

Роз дуновение.

Благоухая в волосах,

840 Цветы не вянут там свитые,

И у рассудка золотые

Всегда Эроты на часах…

Медея выходит из дому старательней причесанная и одетая, с видом более нежным и женственным. За ней – рабыни.

С т р о ф а II Тебя ж те чистые волны,

И город, и друг,

Скажи мне, принять

Решатся ли, если

850 Детей ты погубишь?

Представь себе только

Весь этот ужас…

Раны на детях!..

Видишь, твои

Я обняла

В мольбе колена…

(Медея молча ломает руки. Глаза ее сохраняют странное светлое выражение.)

О, пощади,

Не убивай,

Медея, милых.

А н т и с т р о ф а II Откуда же дерзость рука

И сердце возьмут,

Скажи мне, скажи,

Зарезать малюток?

860 Лучи, упадая

Из глаз на дрожащих,

Выжгут ли слез

Детскую долю?

Нет, никогда

Руку в крови

Детей молящих

Ты не дерзнешь

Свою смочить

В гневе безбожном.

Во время пения последних