Воины Новороссии. Подвиги народных героев - Михаил Иванович Федоров

Такой выбор не мог не сказаться на последующем решении, когда в тяжелые для Донбасса дни в 2014 году она в ополчении оказалась именно в артиллерии. На вопрос: «Что для вас артиллерия?» — заданный ей в бытность службы в Армии ДНР, она ответила: «Артиллерия — это мое кредо. Это моя жизнь. Именно реактивная артиллерия. Мне даже сережки подарили в виде артиллерийских пушек. С 2015 года их не снимаю»[23].

Помимо технического Ольга Сергеевна, видимо, получила и юридическое образование и шестнадцать лет проработала в одном из районных отделов милиции Донецка на должностях, связанных со следственной работой. Молодых девушек с обостренным чувством справедливости жизненный путь часто приводит к профессии следователя, где они помимо защиты себя могли защитить обиженного, вывести на чистую воду преступника. И здесь школьное и вузовское прошлое в политехническом институте, где точные предметы приучали к четкости, конкретности, логичности, только способствовали ее следовательскому труду. И, думается, она находила в этом удовлетворение, несмотря на тяготы и испытания: суточные дежурства; невзирая на дождь и снег, выезды на места происшествия, в этом, казалось бы, мужском деле.

Со временем Ольга Сергеевна перешла в милиции на штабную работу, что только расширило ее узкую специализацию и заточенность на конкретные уголовные дела. Теперь она погружалась в общее состояние преступности в городе, анализировала истоки и корни, тем самым становилась ближе к нуждам живущих рядом с ней людей, все более привязывалась к этому с некоторых пор родному уголку Донбасса.

С опытом защитницы «сирых и убогих» и сердцем патриотки она не смогла спокойно смотреть на беды, которые принесла ее краю киевская власть. События на Майдане, в Доме профсоюзов в Одессе, расстрел милиции в Мариуполе тогда многих привели в ополчение.

Ольга Качура взялась за оружие.

Этим событиям предшествовали трагичные события в жизни великой страны, в которой она родилась. По ее семье, как и по семьям тысяч и тысяч ее соотечественников, страшным смерчем прошелся развал СССР.

«…Вот когда это все развалили. Честно говоря, у меня никто не спрашивал. Не помню ни референдума, хотя памятью не страдаю. Просто взяли и оторвали и откинули. Вы посмотрите, сколько населения, которое называется русским, сейчас оказываются на территориях, которые называются Украиной. Нас (видимо, имела в виду вывод войск) вывели из Германии в 1992 году и сказали: вы теперь живете здесь. А в 1992 году выяснилось, что мы все украинцы и обязаны остаться на Украине. И в том же 1992 году поувольняли очень многих. Моего отца уволили. Сказали, что все, отслужил, русский офицер, ты никому здесь не нужен. Меня не спрашивали тогда. По-моему, не спросили очень многих… Я не против Украины, не против ее красивых песен, я против ее разделения, когда вы почему-то считаете, что я хуже вас. Я — русская и горжусь этим»[24], — вырывалось из «Корсы» в порыве откровения.

Ее семье досталось в 1992 году и не прекращалось все последующие годы.

2. Командир дивизиона

Вот эта русская женщина Ольга Сергеевна Качура стала в одном строю с мужчинами на защиту Русского мира в Донбассе. Может, кто-то ее и отговаривал: не место здесь женщине, сидите дома. Тем более она рвалась не в медсанбат, не в обслугу, а в самое что ни на есть пекло, на передовую! Да еще в войска, служба в которых не только требует элементарных военных умений обращения с автоматом и пулеметом, но и особенных, специальных знаний. Вот тут-то, видимо, и пригодилось студенческое прошлое в политехническом институте.

Ольга Качура

Она командовала дивизионом ракетных систем залпового огня РСЗО БМ-21 «Град». Казалось, РСЗО «старушка». Ее создали в далеких 1960-х. Но именно эта техника погасила конфликт на Доманском полуострове в 1969 году. Тогда вопреки указаниям свыше на свой страх и риск командующий Дальневосточным военным округом отдал приказ применить секретные системы залпового огня, и китайцы на острове были разбиты.

Теперь, спустя годы системами залпового огня «Град» в пику командирам-мужчинам командовала женщина с позывным «Корса».

Она говорила: «У войны не женское лицо, согласна. Но кто будет сильнее охранять волчат? Волк или волчица? Попытайтесь у собаки забрать щенят — она вас порвет… Если резюмировать, я не вижу разницы между женщиной и мужчиной, что на войне, что в мирной жизни»[25].

Так же она отвечала, служа в милиции, фактически выполняя мужскую работу.

Предпочитала принимать в дивизион мужчин, которые могли поднять снаряд под сто килограммов, а исключение составляли женщины, которых можно было использовать в качестве наводчика, фельдшера, повара, радиотелеграфиста. Служила у нее в подчинении и ее дочь.

«Корса» на передовой жесткая, требовательная, а в быту, в редкие часы отдыха женственная. На ее щеках играют мягкие складочки, в глазах горит огонек.

«Женщина-военный — это не значит страшная, грязная образина с обкусанными ногтями, и не мужик в юбке. У меня есть личный состав, который ежеминутно меня оценивает. И тут ни в одном пункте нельзя не соответствовать, — рассказывала в одном из интервью “Комсомолке” Ольга Качура. — Логика проста — если наплевать на себя, на все остальное и подавно. Не надо красных ногтей, намазанных губ, все должно быть подтянуто, начищено, аккуратно. Каков поп, таков и приход. Мое подразделение называется “Корса” — и это мой позывной. Уже никто не различает, где я, где моя фамилия, где мой позывной. Я не требую от подчиненных больше, чем от себя. Пришли служить в “Корсу”? Извольте соответствовать»[26].

О своей службе она говорила скупо и конкретно, как подобает настоящему командиру. А началась она в Славянске. Всем памятны дни, когда безоружные люди пытались остановить технику ВСУ и в людей стреляли. Там «Корса» обрела свой первый боевой опыт. Она воевала и в Логвиново. А ведь там захлопнули дебальцевский котел, и враг несколько дней безуспешно пытался вырваться.

Качура говорила:

«Выполнять задачи приходится по разным направлениям в ДНР. Это и северное, и южное, Авдеевка опять же. И даже в Луганской Народной Республике повоевать пришлось. Куда дадут команду выехать, туда и поедем, там и будем работать… Воюем с НАТО. Тут нет противоборства чисто с Украиной. Мы воюем с НАТО. Территория Украины — это плацдарм военных действий. Если бы я воевала с Украиной, они бы, наверное, сейчас только на ослах ездили и стреляли бы с