Секретный ингредиент Маргариты - Лия Джей

На второй день своей мини-депрессии я заметила, что корни сильно отросли, и решила это исправить. Обычно я освежаю цвет в салоне, но в этот раз мне жутко не хотелось куда-либо идти. Думала, куплю краску и… Купила осветлитель. Поняла это, только когда смыла его с волос. Теперь они идеально белые. Но мне нравится.

— Не только, — Сангрия вглядывается в меня так, будто нас разделяет не полумрак костюмерной, а толстая ледяная стена. Она прозрачная, но искажает все до неузнаваемости, как кривое зеркало.

— А про что еще? — я захлопываю дверцы шкафа и спешу выйти на свет к трюмо. — Я потолстела⁈

Обхватываю бедра руками. Да нет, у Пины пошире будут.

— Сдурела, что ли? Ты отлично выглядишь! — успокаивает меня Королева. — А вот мне бы диета не помешала, — кисло выдавливает она, щипая себя за бока.

— Успокойтесь, вы обе шикарны, — Сангрия упирает колено в пуфик позади нас. — Но послушай, Текила… Тебе не нужно становиться кем-то другим, чтобы быть счастливой.

Что она имеет в виду? Мое сходство с Пиной? Или мое желание вечно скрывать одну сторону себя, чтобы казаться идеальной, сильной, непобедимой?

Я пересекаюсь с Сангрией взглядом через зеркало. Серые глаза предостерегающе хмурые, как небо перед ливнем.

— Просто будь собой.

Будь собой? Танцуй, кайфуй, веселись, не думаю о мнении окружающих — делай, все, что хочешь. Живи полной жизнью!

Легко сказать! Правда, поселим мы тебя в вольер с проволокой под напряжением. Попробуешь выйти за рамки, и тебя тут же шибанет током. Вот оно — главное правило общества.

— Спасибо за великую мудрость!

Не выдерживая, я закатываю глаза. Сангрия медленно убирает ногу с пуфика, вздергивает брови. Обиделась? Ну а что еще я должна была сказать?

— Буду на втором этаже, — она взъерошивает каре и растворяется в темноте коридора.

Оставив костюм на трюмо и переодевшись в репетиционную форму, я выхожу следом. Вика плетется сзади, зевая.

— Тебе идет этот оттенок, кстати.

— А то! — я подтягиваю хвостик, улыбаясь своим мыслям. Убийственно холодный блонд — истинный цвет Текилы-killer.

Нет, я не стала похожей на Пину. Я наконец-то стала собой.

Всю репетицию Вика дрыхнет, свернувшись калачиком на диване в углу. Чутье заставляет ее проснуться за пару минут до появления Дамира. Менеджер окидывает придирчивым взглядом ее голубые сапоги, недавно царапавшие кожаную обивку дивана, затем смотрит на нас с девочками.

— Пина пришла? — его жесткие усы недовольно дергаются.

Неужели Дамир потерял свою золотую иголку в стоге сена?

— Пусть зайдет ко мне в кабинет, как появится, — он поворачивает руку с часами циферблатом к себе. — Пятнадцать минут до открытия. Переодевайтесь.

Вика желает мне удачного выступления и отправляется занимать лучшее место для охоты на мужиков — за баром. Мы с коллегами идем в гримерку — наносить глиттер и поправлять растрепавшиеся прически. Пина так и не появляется, поэтому за три минуты до выхода нам приходится экстренно менять рисунок. Сангрия переставляет меня в центр, и папикам с туго набитыми кошельками это приходится по вкусу. На проходке после шоу один засовывает мне «хабаровск» в топ, не забыв при этом сжать грудь своей грязной лапищей. Мне хочется дать ему шпилькой по яйцам, но я сдерживаюсь. С натянутой улыбкой упархиваю к следующему клиенту, напоминая себе о долге «Абсенту», который мне все еще предстоит выплатить. С той же мыслью соглашаюсь на випку, хоть запрос клиента и кажется мне странным.

— Какой-то извращенец хочет выпить коктейль с твоей попы, — докладывает мне Анфиса, когда я подхожу к ресепшену.

Чуть было не давлюсь водой, украденной по пути из бара. Кстати, Королеву я там не заметила. Надеюсь, никакой бегемот в поло не затащил ее в туалет.

— Коктейль уже отнесли в випку, но нужен кто-то, кто поставит его тебе на копчик.

Медленно хлопаю ресницами, пытаясь вообразить, как будет выглядеть эта конструкция.

Анфиса вертит головой по сторонам, ища в толпе свободного официанта. Я следую ее примеру, и тут натыкаюсь на Мишку. Это точно он. Рубашка с попугаями, куцый хвостик и красные очки на голове. Что он тут забыл? Неужели других клубов в Москве нет?

Я в маске, он меня не узнает. А даже если и узнает, скрывать мне уже нечего. Он был одним из первых, кто раскрыл мою тайну. И одним из тех, кто слил ее всему универу.

Подонок.

С Воронцовым на пару. Видеть их обоих не хочу!

Поспешно отворачиваюсь, нечаянно задевая локтем вазу. С грохотом, который едва перекрывает доносящаяся из зала музыка, она опрокидывается за ресепшн.

— Текила, е мое! — всплескивает руками Анфиса.

А я говорила, что это хрупенькое беленькое убожество долго тут не продержится.

Тяжело вздыхая и переступая через осколки, Анфиса выходит из-за ресепшена.

— Лонг, иди сюда! — она подзывает его рукой, и Лонгу приходится выйти из коридора для персонала в холл.

— Убирать не буду. У меня перерыв, кисунь! — он демонстративно откусывает круассан и запивает его кофе.

— Потом поешь, — Анфиса бесцеремонно отбирает у него бумажный стаканчик. Круассан Лонг в обиду не дает. — Дело для тебя есть.

— Никаких дел, кисунь! У меня заслуженный отдых! Ты видела, как я фонжи** сегодня сделал?

— Нет, господь уберег, — Анфиса сжимает его плечо и угрожающе шепчет ему на ухо: — Не согласишься, я расскажу Дамиру, как вы с Лешкой вчера…

— Эй! — Лонг давится круассаном. — Запретная зона!

— … бухали за баром в рабочее время, — Анфиса заботливо хлопает его по спине.

Лонг бросает на нее косой взгляд. Приняв это за согласие, Анфиса рассказывает ему про випку и коктейль. Пару раз сморщив нос, как крыса, Лонг наконец соглашается помочь. На лестнице, ведущей на второй этаж, он запихивает в себя остатки круассана и, выйдя в зал, принимается облизывать пальцы.

— Твоя любимая клиента-sugar mommy сегодня не пришла, можешь не стараться, — я борюсь с желанием переломать ему эти чертовы пальцы. Ужасно противный звук.

— Зато sugar-daddy тут полно, — хихикает он.

Лонг прав. Все восемь диванчиков заняты. Вокруг них клубится кальянный дым с разноцветными пятнами софитов. Будто кто-то разбросал самоцветы на водную гладь реки Стикс. На стенах горят зеленые огни, похожие на глаза древнего чудовища, выглядывающего из расщелин пещеры. Музыка гипнотизирует переливами низких аккордов, сплетенных с высокими нотами. Наверное, так