Знакомьтесь, литература! От Античности до Шекспира - Константин Александрович Образцов

имена в рыцарских романах Бретонского цикла получали и другие герои кельтских преданий: например, доблестный воин Дростан и его возлюбленная красавица Ессилт стали знаменитыми Тристаном и Изольдой, чья история вплелась в общий весьма пестрый рисунок артуровского цикла. Легендарный король был своего рода центром культурного притяжения, вокруг которого группировались большие и малые собрания рассказов о чудесах и героях, подобно тому, как, например, образ вполне исторического киевского князя Владимира объединяет русский былинный эпос.

Гобелен с изображением Короля Артура (из серии южно-нидерландских Гобеленов Героев) Ок. 1400–1410 гг.

Первым и самым прославленным автором бретонских романов, который попытался неким образом обобщить разрозненные предания о короле Артуре, стал французский ученый поэт Кретьен де Труа. Большинство исследователей соглашаются с тем, что он был не рыцарем-трубадуром, а принадлежал к ученому сословию и, вполне возможно, какое-то время бродил по дорогам Европы от одной соборной школы к другой. Известно, что более двадцати лет Кретьен де Труа жил и творил при дворе прославленной Марии Шампанской и Филиппа Эльзасского, графа Фландрии; с 1170 по 1191 годы им были созданы пять больших романов артуровского цикла: «Эрек и Энида», полная приключений история о брачном мезальянсе и о том, как любящая жена помогает мужу вернуть былую славу; «Клижес», в котором герои кельтского эпоса перенесены в декорации Византии; «Ланселот, или рыцарь телеги», посвященный любви рыцаря к королеве Гвиневере; «Ивейн, или рыцарь льва» — классика рыцарского жанра, где есть куртуазная любовь, подвиги и приключения; и оставшийся неоконченным «Персиваль», в котором Кретьен де Труа начал разработку темы поисков Святого Грааля.

Сирийский султан Саладин выбил крестоносцев из Иерусалима, Ричард Львиное Сердце едва не разорил Англию своими поборами на войну, в Киеве после серии кровавых междоусобиц установилось двоевластие черниговского и смоленского княжеских домов; в Европе даже не пахло порохом, не известный никому Чингисхан еще только боролся за власть в далеких степях, а изысканно переплетенные в тисненую кожу и украшенные цветными миниатюрами пергаментные тома романов Кретьена де Труа уже расходились по европейским странам, занимая досуг знатных кавалеров и дам рассказами о великой любви, высокой доблести и фантастических приключениях.

Популярность рыцарских романов у авторов и читателей не ограничивалась романскими землями. В конце XII в. к общему увлечению историями о короле Артуре и его рыцарях присоединилась Германия. Тут уже были свои трубадуры — они назывались миннезингеры[95], были свои городские повести — шванки[96], нашлись и собственные романисты, из которых самым прославленным был Вольфрам фон Эшенбах, позднее и сам ставший героем эпического произведения, но не литературного, а музыкального — оперы Рихарда Вагнера «Тангейзер».

Он жил и творил примерно с 1170 по 1220 год и был не только миннезингером, но и рыцарем, профессиональным военным. Все это дало основания предполагать в нем неизвестного автора «Песни о Нибелунгах», в стилистике которой много характернейших черт, присущих куртуазным романам, в том числе сам принцип осовременивания древнего эпоса и пересказ его в реалиях актуальной эпохи. Такая гипотеза не нашла достоверного подтверждения, однако и без того Вольфрам фон Эшенбах вошел в историю мировой литературы как создатель эпического романа «Парцифаль» — немецкий вариант имени Персиваль — продолжающий тему поисков Святого Грааля, заданную Кретьеном де Труа в его последнем и неоконченном произведении.

Голова короля Франция, ок. 1230–35 гг.

Несмотря на то, что образ легендарного короля Артура был в буквальном смысле слова родом с Британских островов, самой Англии долгое время оставались чужды и рыцарская куртуазность, и связанные с ней произведения литературы. Они прочно ассоциировались с привнесенной нормандской культурой, с чужим языком пришлых завоевателей, борьба с которыми тянулась столетиями и вспыхивала продолжительными и кровавыми войнами то на острове, то на континенте. Тем более удивительно — и символично! — что черту не только под историей рыцарского романа как такового, но и под всей литературной средневековой традицией подвел именно английский рыцарь, сэр Томас Мэлори, создавший в середине XV в. свое единственное произведение с говорящим названием «Смерть Артура».

В Средневековье сформировались и существуют поныне три типа художников: рыцарь, ученый, вагант. Конечно, в чистом виде они встречаются редко, но ведущие характеристические черты всегда различимы: безусловными рыцарями были, например, Лермонтов, Гумилев и Маяковский; поэтом-ученым не только по званию, но и по сути являлся Ломоносов, а еще Гоголь, Толстой, Соловьев, Мережковский; настоящим вагантом-бродягой был Велимир Хлебников; Чехов, на мой взгляд, сочетал в себе черты ученого и печального шутника-ваганта, а Пушкин — рыцаря и тоже ученого, исследователя старины глубокой.

О жизни сэра Мэлори известно немного — обычное дело для средневекового автора; ясно только, что она сама по себе была достойна отдельного приключенческого романа, и что первую ее часть он прожил истинным рыцарем, а остался в веках как ученый-поэт.

Кончина короля Артура. Фотограф: Джулия Маргарет Кэмерон (1815–1879)

Томас Мэлори родился в начале XV столетия в графстве Уорикшир, в самом центре Англии. Он принадлежал к древнему и знатному уорикширскому роду и дважды, в 1444-ом и в 1445 годах, представлял свое графство в парламенте. В 1455 году Англия вступила в тридцатилетие разрушительных внутренних войн и междоусобных конфликтов, вызванных борьбой за власть между наследниками королевского дома Плантагенетов — династиями Йорков и Ланкастеров. Этот период известен под названием Войны Алой (Ланкастеры) и Белой (Йорки) Роз; кстати, именно династическая борьба Ланкастеров и Йорков стала историческим прототипом событий небезызвестного телевизионного сериала «Игра престолов».

Томас Мэлори, разумеется, не остался в стороне от событий и в составе армии своего сюзерена, графа Ричарда Невилла, сражался за Йорков и побеждал вместе с ними в кровопролитных битвах при Сент-Олбансе, Блор Хиф, Нортгемптоне, Феррибридже и Таутоне. Уже давно минула эпоха воинов-крестоносцев в кольчугах и грубых шлемах-топфхельмах на головах; рыцари XV века выглядели, что называется, канонично: они были закованы с головы до ног в миланские и готические доспехи, забрала шлемов полностью закрывали их лица, а в бою шли в ход длинные мощные копья, тяжелые молоты, способные пробить закаленную сталь, двуручные мечи и стилеты, которые втыкали упавшим меж доспешных пластин. Будущего автора величайшего из рыцарских романов на поле боя щадили и мечи, и копья, и арбалетные стрелы, и каменные ядра из уже появившихся пушек, и свинцовые пули первых ручных кулеврин.

В 1462 году граф Ричард Невилл, предав короля Эдуарда IV, перешел на сторону Ланкастеров; Мэлори, как истинный рыцарь, последовал за своим сюзереном. Решение