Могикане Парижа. Том 2 - Александр Дюма

Сальватор медленно вошел в комнату; по мере того как он приближался, Петрус невольно поднимался ему навстречу.

— Все кончено? — спросил Петрус.

— Да, — отозвался Сальватор. Петрус покачнулся.

Сальватор подался вперед, чтобы его поддержать. Петрус понял это намерение и попытался улыбнуться.

— Пустое… Я знал, что это должно было произойти, — сказал он.

Петрус снова провел батистовым платком по взмокшему лбу.

— Я должен вам кое-что сказать, — тихо проговорил Сальватор.

— Мне? — переспросил Петрус.

— Только вам.

— В таком случае, прошу ко мне в комнату.

— Мы тебе мешаем, Петрус? — спросил Жан Робер.

— Что вы!.. Мне нужно побеседовать с господином Сальватором; я перейду в комнату. А вы все оставайтесь здесь. Жюстен должен сочинить музыку.

И он первым вошел в свою комнату, знаком пригласив Сальватора следовать за ним и предоставив ему притворить дверь.

Петрус, словно обессилев, упал в кресло и воскликнул:

— Она, она, этот ангел!.. Жена этого ничтожества!.. Нет, стало быть, справедливости в этом мире!

Сальватор посмотрел на молодого человека: тот сидел, обхватив голову руками, едва сдерживая рыдания и судорожно вздрагивая.

Сальватор стоял перед ним, и в его взгляде читалось глубокое участие.

Должно быть, этот человек знал меру страданий, испытав их на себе.

Он не спеша вынул из кармана письмо в изящном конверте из атласной бумаги и после некоторого колебания протянул его Петрусу:

— Возьмите!

Петрус отнял руки от лица, покачал головой и, потерявшись на мгновение, спросил:

— Что это?

— Письмо, как видите.

— От кого?

— Не знаю.

— Где вам его вручили?

— Напротив особняка Ламот-Уданов.

— А кто?

— Камеристка. Ей нужен был посыльный, тут я и попался ей на глаза.

— Это письмо адресовано мне?

— Взгляните сами: «Г-ну Петрусу Эрбелю, Западная улица».

— Дайте.

Петрус поспешно взял письмо из рук Сальватора, мельком взглянул на адрес и смертельно побледнел.

— Ее почерк! — вскричал он. — Она написала мне… сегодня?

— Я этого ожидал, — произнес Сальватор.

— Ах, Боже мой! Что же она может мне написать? Сальватор указал на конверт с таким видом, словно хотел сказать: «Читайте».

Петрус дрожащими руками распечатал письмо; в нем было всего две строки. Молодой человек несколько раз принимался читать, но глаза его застилала кровавая пелена.

Он сделал над собой невероятное усилие, подошел к окну с намерением прочесть письмо в последних лучах заходящего солнца и наконец с трудом разобрал две строки.

Несомненно, письмо содержало в себе нечто странное, потому, что он дважды на разные лады повторил:

— Нет, нет, это невозможно! Это не так, я грежу! Он схватил Сальватора за руку.

— Послушайте, — проговорил он, — я вам сейчас дам прочесть это письмо, а вы мне скажете, потерял я рассудок или я в здравом уме. А пока скажите мне правду… Может быть, какое-то непредвиденное происшествие, о котором вы и не догадывались, помешало этой свадьбе?

— Нет, — ответил Сальватор.

— Они обвенчались?

— Да.

— Вы их видели?

— Видел.

— Перед алтарем?