Тень Тота - Михаэль Пайнкофер

— Дю Гар, это я, Сара Кинкейд.

Никакой реакции. Она наклонилась к нему и заглянула в глаза, казалось, смотревшие сквозь нее, затем тронула за плечо и легонько потрясла. Дю Гар не шевелился. Сара растерянно оглянулась вокруг, но в опиумной пещере никто не обращал на нее внимания, все были погружены в свои видения. Сара сняла с правой руки перчатку и отвесила Дю Тару пощечину, после чего тот моментально пришел в себя. Он моргнул, и в его глазах снова засветилась жизнь. Узнав Сару, он вытаращил глаза.

— Cherie? — спросил он бархатисто-мягким голосом, который Сара почти забыла.

— Сара, — внесла она ясность. — Мы же все решили.

— Oui, знаю, — кивнул он. — Tres malade, правда, жаль. Что ты здесь делаешь, черт подери?!

— Тот же самый вопрос я могла бы задать тебе, Дю Гар. Ты так и не бросил «охоту на дракона»?

— Oui, c'est vrai… Но ты же знаешь, как это. «Дракон» накрыл меня своим крылом.

Он виновато улыбнулся, и Сара подумала, что его улыбка осталась такой же обаятельной. К сожалению…

— Непросто же было тебя найти.

— Могу себе представить. — Он снова улыбнулся. — Но ты все-таки нашла, n'est-ce pas?

— Мне помогли.

— Кто?

— Скотланд-Ярд, — односложно ответила она, но этого было достаточно: Дю Гар побледнел.

— Ты никогда не была особенно разборчива, Кинкейд, — поморщился Дю Гар. — Можно спросить, зачем тебе понадобилась помощь этих скучных messieurs?

— Мне необходимо было тебя найти.

— Тебе необходимо было меня найти? — Он удивленно посмотрел на нее. — Что случилось? Ты соскучилась?

— Не в этом дело, — смущенно ответила она, выругав себя за собственную глупость. А чего, собственно, она ожидала? Что Дю Гар примет ее с распростертыми объятиями? — Мне нужна твоя помощь, Морис.

— Ах вот как! — Он приподнял брови. — Сначала ты меня бросаешь, а потом являешься и требуешь помощи.

— Прости, — сказала она без заметного сожаления. — Если это тебя утешит, могу сказать, что я бы ни за что не пришла к тебе, если бы не было очень нужно.

— Я так и думал, — уверенно парировал француз и поднялся с пола. — Et non, меня это никоим образом не утешает. Наше расставание пришлось мне не по вкусу.

— Мне тоже, Дю Гар.

— Ma chere, это не я растворился тогда в ночи и тумане.

— У меня были на то причины.

— Несомненно. — Он кивнул. — А теперь ты спустя столько времени вырастаешь как из-под земли и просишь моей помощи? Это несколько странно, Кинкейд, ты не находишь?

— Знаю.

— Назови мне убедительную причину, почему я должен тебе помочь. Может, ради славного прошлого?

— Нет. — Она виновато опустила глаза. — Ради моего отца. Как тебе известно, он всегда в тебя верил, и ты ему обязан. Или мне напомнить тебе о Париже?

— Non, не нужно. Но пожалуйста, скажи мне, как я могу быть обязан тому, кого уже нет в живых.

— Очень просто, мой друг. У Гардинера Кинкейда есть дочь, и ты имеешь шанс отдать этот долг ей.

— Да ну? — Дю Гар фыркнул, как буйвол. — Вот уж не чаял, что так повезет.

— Теперь все сомнения отпали. Ну так как? Поможешь?

— В чем?

— Нужно разгадать одну загадку.

— Загадку? Какая таинственность. Судя по всему, ты не изменилась, Кинкейд.

— Не обманывайся. Я уже не та наивная девчонка, и все, что было между нами, безвозвратно ушло в прошлое. Я предлагаю тебе хорошо оплачиваемую работу, благодаря которой ты сможешь отсюда выбраться. — Она как бы обвела рукой и подвал, и Принслет-стрит, и весь Ист-Энд.

— А кто говорит, что я хочу отсюда выбраться? Мне здесь очень неплохо. Это место словно создано для «охоты на дракона», если ты меня понимаешь.

— Прекрасно понимаю, — с горечью ответила Сара. — Ты только посмотри, во что превратился. Зачем ты похоронил себя здесь и бросил все, что…

— Не я один похоронил себя, Кинкейд, — вскинулся Дю Гар. — Вот как ты назовешь то, что сделала после смерти отца?

— Я уединилась, чтобы спокойно предаться своим занятиям.

— Вздор! Ты просто-напросто бежала, потому что не могла перенести то, что случилось. Разве не так? — Он с вызовом посмотрел на нее. — Похоже, у нас есть что-то общее, n'est-ce pas?

— Как бы то ни было, — тихо ответила Сара, призывая себя к спокойствию, — я вернулась к жизни. А ты?

На какое-то время француз умолк. Старые знакомые пристально смотрели друг на друга. И тут Дю Гар неожиданно сдался и озорно улыбнулся.

— D'accord, Кинкейд, — сказал он, пошарив во внутреннем кармане яркого камзола и вытащив колоду карт Таро. — Ты опять выиграла. Морис Дю Гар в твоем распоряжении.

— Спасибо, — ответила Сара, попытавшись скрыть облегчение, — но карты тебе не понадобятся.

— Non? — Он немного удивился. — Чем же могу служить?

— Правдой, Морис. Правдой…

Паб на углу улиц Фурнье и Коммёршл назывался «Десять колоколов». По вечерам он служил местом встреч игроков, пьяниц и проституток со всего квартала. Днем здесь можно было недорого и сытно поесть, запивая обед несметным количеством разбавленного джина.

Конечно, леди не пристало появляться в подобном заведении, но Сару Кинкейд никогда особо не беспокоили условности этикета. А Морис Дю Гар, кажется, чувствовал себя в компании поденщиков и пьянчуг совсем неплохо. Здесь, как он считал, кипела настоящая жизнь. Бледный, истощенный, он с жадностью набросился на заказанные Сарой баранину, фасоль и хлеб. Деньги, зарабатываемые им, уходили в основном в пасть «дракону», так что на жизнь, и прежде всего на питание, оставалось совсем немного.

Дю Гар обладал разносторонними талантами. Он гадал на картах, предсказывал будущее, практиковал ясновидение… Одни считали его медиумом, другие — ловким обманщиком. Родившись во Франции, большую часть жизни Дю Гар провел в Новом Орлеане, где его посвятили в тайны Таро и другие оккультные искусства. Сара относилась к ним очень скептически, но тем не менее уяснила для себя, что между небом и землей есть что-то, не поддающееся рассудочному осмыслению. Кроме того, ее отец высоко ценил Дю Тара, да и сама она не раз присутствовала при том, как он…

Сара перекрыла поток воспоминаний. Прикосновение к прошлому пробудило боль, которая, как она надеялась, осталась позади. Чтобы отвлечься, она принялась наблюдать за Дю Гаром (хотя то, как он поглощал обед, было не самым эстетичным зрелищем) и заодно рассказывать ему о деле. Она старательно умолчала о том, что в круг подозреваемых включаются весьма высокопоставленные особы, зато поведала о египетском иероглифе, найденном на месте убийств, о «Египетской лиге» и о том, что до сих пор Скотланд-Ярду похвастаться нечем.