Остров Дохлого Дракона - Андрей Готлибович Шопперт

Сейчас приближались места, где плыть следовало особенно осторожно – сплошные рифы и мелкие островки, остатки, как говорили легенды, великого материка, на котором жили легендарные племена людей. За своё богатство и зазнайство эти люди были наказаны богами. Весь их материк утонул за одну ночь и не один человек не уцелел. Ходили слухи, что гоблины иногда наведываются сюда, чтобы понырять за затонувшими сокровищами, но Ивашка неоднократно бывавший в этих местах, гоблинов здесь не встречал, слишком далеко на юге были их владения.

Ветер крепчал, из умеренного он уже превратился в сильный, и солёные брызги всё чаще долетали до капитанского мостика, где стоял Ивашка.

- Пора бы паруса зарифить, - спеша от кормы, прокричал капитан, только что высунувшийся из своей каюты и сразу окаченный холодной волной.

- Рановато, судя по карте, до рифов ещё миль пятьдесят, - против ветра и солёных брызг во всё горло прокричал штурман.

Но слова, подхваченные очередным порывом ветра, вместе с капельками воды видно отнесло прочь. Видя, что капитан не услышал, Ивашка спустился с мостика и, пробравшись мимо отдыхающих гребцов, добрался до капитанской каюты. Зайдя вслед за хозяином и плотно прикрыв дверь, он охрипшим от солёной воды и ветра голосом пояснил.

- Да островов и рифов, ещё миль пятьдесят, наверное, а ветер попутный, я думаю пару часов можно плыть, если ветер конечно не усилится.

- А если мачту сломает? – капитан отхлебнул разогретый ром и протянул стаканчик Ивашке.

- Я же не пью, клятву дал. А мачта должна выдержать, я Толстуна поставил смотреть за парусами и мачтой, если, что он не прозевает.

- Парус, вижу парус, - раздалось в это время с вершины мачты, где, несмотря на погоду, сидел наблюдатель.

Капитан с Ивашкой поспешили на нос галеры и внимательно оглядели море, там, куда указывал матрос.

- Зелёный, - ледяным, как пронизывающий их ветер, тоном произнёс капитан.

- Зелёный, - как эхо произнёс Ивашка.

- Гоблины, - капитан повернулся к своему помощнику. – Далековато забрались, не слышал я, чтобы они заплывали так далеко на северо-восток.

- Идут нам наперерез и наверняка нас заметили, говорят, у них есть такие штуки, подзорная труба называется, через которую вдали видно всё как на ладони.

- Я тоже об этом слышал. Что будем делать? – капитан оглядел галеру, как бы оценивая её боеспособность.

- У них же просто парусник, а у нас галера, может, попытаемся уйти против ветра на вёслах, - Ивашка кивнул на гребцов, - а затем взять западнее, прямо к рифам.

- Решено, - и капитан поспешил на мостик.

- Спустить паруса. Левый борт гребёт, правый гребёт в обратную сторону, - галера, повинуясь ударам вёсел, в считанные минуты повернулась на месте, парус, потерявший ветер затрепетал и упал на палубу.

- Ей у штурвала, курс прямо на ветер. Боцман, самый быстрый ритм гребцов. Начали.

Заухал барабан в сумасшедшем ритме, и десятки вёсел разом врезались в воду, толкая судно против волны. Галера, медленно, зарываясь носом в высокую волну, поплыла на север, прочь от корабля гоблинов. Те не могли двигаться против ветра и стали маневрировать, пытаясь галсами приблизиться к кораблю гномов. Но уже через час стало видно, что при таком сильном ветре и высокой волне попытки гоблинов ни к чему не привели. Расстояние между судами увеличилось. А ещё через час зелёный парус исчез в пучине волн. Для безопасности гребли ещё пару часов, но уже в более медленном ритме, галера шла на север.

Капитан с Ивашкой всё это время простояли на мостике, напряжённо вглядываясь в свинцовый горизонт. Зелёный парус не появлялся.

- Ну, теперь можно повернуть и на запад, - Ивашка подождал, что скажет капитан, но тот молчал. – Поворачиваем? – ещё раз спросил капитана наш штурман.

- А может не надо, ветер не утихает, обойдём, рифы с востока, уже темнеет и гоблины не должны нас заметить, не хочется мне лезть в рифы. По преданиям все эти люди были колдунами и ночью там страшновато, наверное, - капитан повернулся к рулевому. – Курс на восток, - и уже к Толстуну. – Ставим парус.

- Иди, Ивашка, отдохни, а я постою здесь. Через два часа меня сменишь.

Только тут Ивашка почувствовал, как устал, ноги затекли свинцом, от солёной воды постоянно слезились глаза, промокшая одежда стояла колом. В каюте он первым делом разделся и насухо вытерся полотенцем, затем надел чистую сухую одежду и блаженно растянулся на кровати, изредка приподнимаясь, чтобы отглотнуть горячего кофейку, принесённого коком.

Через пару минут глаза его стали слипаться, и Ивашка погрузился в сон.

Глава 6

Событие седьмое

Йо-хо-хо! И бутылка морковного сока!

Цитата из мультфильма «Ледниковый Период 4: Континентальный дрейф»

Во сне Ивашка увидел эльфа. Тот что-то говорил на своём гортанном языке и показывал на море. А Ивашка ничего не видел и сердился на эльфа. Тогда он стал колдовать, и всё заволокло туманом. Чем там всё закончилось, наш гном разобрать не успел, пришёл капитан и разбудил его.

- Иди, подежурь, - капитан был весь мокрый с кончика его колпака, поникшего от брызг, на бороду сбегали капельки воды и, не задерживаясь, падали на пол. – Рифы, наверное, уже прошли, можно брать юго-западнее. Иди под парусом, гребцы пусть отдыхают.

Ивашка выглянул на палубу, огромные волны перекатывались за бортом. Ветер свистел в снастях, навевая тоску и тревогу, блеклый рассвет всё не мог пробиться сквозь завесу туч. Только белые барашки волн и больше ничего не видно.

Поплотнее закутавшись в водонепроницаемую накидку, наш гном пошёл на капитанский мостик и приказал развернуть корабль по ветру.

- Табань вёсла. Курс юго-запад, - тяжело заскрипел разворачиваемый парус, разом вздохнули вымотавшиеся гребцы. Галера рывками поймала ветер и понеслась, обгоняя, барашки волн. Бортовая качка тут же прекратилась, и волны перестали захлёстывать капитанский мостик. Ивашка поудобнее устроился у штурвала и позвал Толстуна. Тот