Остров Дохлого Дракона - Андрей Готлибович Шопперт

- А, я сильно перетрусил, когда Толстун два раза подряд промахнулся, - Ивашка отклонил предложенный ему капитаном стакан рому и потянулся к кофе.

- Не пью я, клятву мы с Толстуном дали, не пить больше, когда в тюрьме сидели. Ведь из-за рома проклятого мы здесь с ним оказались.

Капитан покровительственно улыбнулся и отхлебнул из своего стакана.

- А знаешь, может и правильно, я тут разговариваю иногда с попавшими на галеру и все до одного здесь из-за пьянки.

- Слушай, я всё спросить хотел и забывал, а как сюда эльф попал, - Ивашка даже кофе отставил.

- А вот про эльфа я ничего не знаю, хотя знаю, что он переведён с другой галеры, наверное, давно уже плавает.

Солнце, наконец, пробилось сквозь тучи и осветило море, то заискрилось, посветлело, стало на взгляд приветливое, тёплое. Ивашка любил такое море, он стоял на корме и взгляд его скользил по убегающей назад пене в кильватерном следе. За кораблём увязались дельфины, они устроили игру в догонялки по правому борту, обогнали его, а потом чуть снизили скорость и плыли вровень с кораблём, высоко выпрыгивая из воды, и с плеском снова погружались в неё. «Дельфины – предвестники суши». – Подумал наш штурман и как бы в подтверждение увидел чаек, этих маяков суши.

Сзади подошёл капитан.

- Чайки. Я тоже обратил внимание, где-то не далеко земля.

- Справа по борту остров «Медузы», но мы пройдём мимо, не будем заходить.

- Конечно, конечно. Я же говорил, нам свою экспедицию афишировать не стоит, - капитан бросил в воду корочку хлеба, и сейчас же десяток чаек бросились вниз, и одна даже на лету умудрилась подхватить кусочек.

- Дня через три – четыре будем на месте, - Ивашка посмотрел на трепещущий гномский флаг, - ветер как на заказ.

- Слушай, Ивашка. Я тут посмотрел на личное дело этого эльфа, оказывается, его пытались задержать как шпиона, а он вызвал молнию и поубивал несколько стражников, пока его не схватили.

- Дак он колдун?

- Точно, но говорят, силы эльфов на воде сильно уменьшаются из-за этого его и держат на галерах.

- Капитан, пока всё спокойно, можно я с ним поговорю, поизучаю язык эльфов и попытаюсь узнать кто он такой, - Ивашка прямо чувствовал тут тайну и даже больше, он чувствовал, что этот эльф как-то связан с его кладом и серебряными пластинами.

Глава 7

Событие восьмое

И снова концерт громогласно ревёт,

Потанцуй со мной, ибо шторм грядёт

- Валяй, только будь осторожен не вызови гнев этого колдуна, я и сам дал надсмотрщику и боцману команду обходить его стороной. Не буди лиха пока оно тихо, – капитан бросил ещё один кусок хлеба, и чайки опять устроили в воздухе целый концерт.

Ивашка больше не стал оттягивать и направился к правому борту, где был прикован эльф. Тот сидел у борта, и так как судно шло сейчас под парусами – отдыхал, привалившись к веслу. Ивашка, конечно, по несколько раз в день проходил возле эльфа, но почему-то особенно к нему не приглядывался, а сейчас снова, как и в первый раз внимательно осмотрел его. Эльф был сильно измождён, кожа на его лице сморщилась и как-то позеленела. Глаза были тусклые, запали. И сам он сильно исхудал.

Гном присел на свободную скамейку перед эльфом, и чтобы привлечь его внимание похлопал по плечу. Тот вздрогнул, но, увидев Ивашку, расслабился, и подобие улыбки отразилось на его сморщенном лице. Поток незнакомых слов на птичьем языке эльфов выплеснулся, было на штурмана, но так же внезапно прекратился. Эльф замолчал, глаза его стали меркнуть, и он как-то съёжился весь.

Ивашка сбегал на камбуз и взял свежий выпеченный только что хлеб и засахаренный лимон, вернулся к эльфу и протянул тому.

- Пожалуйста, ешь.

Эльф не заставил себя ждать.

- Наверное, тебя плохо кормят, - решил Ивашка.- Я коку дам команду, и тебе будут давать офицерскую еду.

Эльф кивнул, видимо понял, и снова подобие улыбки расправило морщинки у него на лице.

- Земля, земля, мне нужна земля. Эльф нужно земля, эльф нельзя вода, - коверкая слова и строя при этом уморительные рожи, скороговоркой заговорил эльф. – Нельзя вода – умирать сила, - эльф изобразил, что умирает.

Ивашка и сам знал, вернее, слышал, что если эльфа оторвать от его лесов, от земли и поместить надолго в море, на корабль, то сила его убывает. Он начинает чахнуть и умирать. И самое главное – эльфы не могут колдовать на воде. Желая успокоить эльфа, он показал три пальца и, тоже для чего-то коверкая слова, произнёс.

- Три дня. Три дня и земля. Приплывём. – И снова показал эльфу три пальца.

Тот понял, показал три пальца и изобразил, как солнце проходит по небу. Ивашка закивал головой. Подтверждая, что эльф понял правильно.

Эльф аж засветился от радости, даже кожа его зеленоватая, казалось, приобрела прежние розовые тона.

- Язык, учить язык, хочешь? – предложил наш штурман чуть ожившему эльфу.

- Да, язык учить хочешь, - утвердительно прочирикал эльф.

Несколько часов занимался Ивашка со своим учеником. Эльф схватывал всё очень быстро, да и нельзя сказать, что он совсем не знал гномского языка. Всё, что связанно с морем и кораблём он отлично понимал. Они прерывались только для того, чтобы поесть.

На следующий день Ивашка продолжил урок. Он выяснил, что эльфа зовут Оуэн. И что он путешественник, исследователь, которого король эльфов отправил составить карту островов в тёплом океане и Восточного материка. Не зная ещё, друг этот эльф или враг гномам, штурман не стал говорить ничего о цели их путешествия и о карте островов вокруг «Медузы». Однако это совпадение очень заинтересовало Ивашку. И что это вдруг всех сразу заинтересовали острова?

Остров увидели на рассвете третьего дня. Голая скала, камень серый, уже весь выветрившийся от времени. Он показался с востока, на фоне только что взошедшего солнца, и оттого ещё более мрачным выглядел. Высокая, но будто отпиленная вершина горы почти касалась облаков.

Для начала решили обойти его со всех сторон и в полдень точно определить его долготу и широту, чтобы сверить с картой. Как раз до обеда