Кукловод - Сергей Шхиян

Остаток ночи прошел спокойно. Когда мы остались вдвоем, я почувствовал, как княжна напряжена, вполне ясно понимал причину ее волнения и постарался не давать ей никаких поводов для сомнений в своем «джентльменстве».

— Я не буду раздеваться, — сразу же заявила Маша, когда Прошка принес старый овечий тулуп и ушел.

— Хорошо, — согласно кивнул я, — стели здесь на лавке и ложись. Постарайся сразу заснуть. Нам нужно будет выехать как можно раньше.

— А ты где ляжешь, — спросила она, ожидая нескромного предложения, лечь вместе.

— Я? В парной на полке. Если хочешь, ложись там, тогда я буду спать здесь, в предбаннике, — ответил я, принципиально, не замечая ее волнения. — Там теплее, но мало воздуха, тебе, пожалуй, будет лучше здесь.

— А мне не будет страшно? — задала она вполне прогнозируемый вопрос.

— Здесь тебе нечего бояться, — успокоил я, расстилая тулуп. — Закроем дверь на засов и сюда никто не сможет войти.

На этом наши интимные отношения кончились. Я, предоставив ей самой укладываться, оставил догорать лучину и ушел в парную. Там действительно было душно, но выбора не было, и я сразу растянулся на полке. Я много проспал днем, потому долго не мог заснуть, обдумывал создавшуюся ситуацию. Все складывалось весьма странно, и пока даже примерно нельзя было прогнозировать ближайшее будущее.

Мне было понятно, что княжне возвращаться домой нельзя ни в коем случае. Ее брат не зря мне сказал, что она должна умереть и предпринял для этого уже две довольно успешные попытки. Я не очень верил в его способности к массовому гипнозу, хотя и был свидетелем и участником общей паники в имении. Другого разумного объяснения, чем гипноз, своего беспричинного страха и внезапного бегства крестьян от скотного двора я придумать не смог.

Я решил, что для нас, самым простым будет затеряться в массах людей поднятых с насиженных мест войной, сделать выдержку, а потом подготовиться и действовать по обстоятельствам. Сон все не приходил. Лавка подо мной казалась жесткой, ноги упирались в стену, дышать было нечем, и я не выдержал, решил выйти на свежий воздух.

Стараясь не скрипеть половицами, я тихо пробрался в предбанник. Там оказалось чуть светлее, чем в парной, отражаясь от снега, в окно попадал слабый лунный отсвет. Княжна тихо спала на лавке, закутавшись в бараний тулуп. Я прокрался к выходу, нащупал стальной засов и совсем, было, собрался его отодвинуть, как услышал снаружи какой-то подозрительный шорох.

После недавнего нападения нервы были напряжены, и я сразу же схватился за саблю. Однако непонятный звук не повторился, и я решил, что мне просто показалось. Засов был не смазан, дверь разбухла от влаги и когда я его начал отодвигать, он заскрипел.

— Не открывай дверь, — тихо приказали снаружи.

От неожиданности я вздрогнул и задвинул засов до предела и севшим голосом прошептал:

— Кто там?

— Это я, — ответил тот же человек, — в смысле, я это ты.

У меня слегка поехала крыша. Голос был незнакомый, но интонации очень напоминали мою собственную манеру говорить.

— Интересно, — сказал я, — почему тогда я тебя не узнаю по голосу?

— Идиот, потому что никогда не слышишь себя со стороны! Кончай придуриваться!

Вот это уже было больше похоже на мою манеру изъясняться. Однако я еще сомневался.

— А как ты меня сумел здесь найти?

— Ты что шутишь? Я, то есть ты, в смысле мы, я, слушай, ты меня совсем запутал! Раз ты сейчас в этой чертовой бане, то значит, я тоже в ней был! Я тебя тут караулю целую неделю!

Я подумал и нашел в его словах противоречие:

— Если ты знаешь, когда я здесь буду, зачем так долго ждешь?

— Балда, затем чтобы не пропустить! А если бы меня по пути задержали?!

— Ладно, согласен, — сказал я, не очень обидевшись на грубый эпитет, — тогда почему ты не разрешаешь мне выйти?

— Потому! Откуда мне знать, что случится, если мы встретимся? А если взорвемся или разлетимся на атомы? Я и так пошел на слишком большой риск, у меня против тебя защита, как на атомной электростанции.

— Ну, ты даешь, — сказал я, — тоже мне, физик теоретик! Хоть взглянуть, что ты придумал, можно?