Нефритовая лиса - Крис Велрайт

Тенин, хоть и радовалась за госпожу, слегка нахмурилась.

— Вы уверены, что он узнал вас, госпожа? — спросила она тихо.

Ицин замерла, её улыбка немного потускнела, но она быстро взяла себя в руки.

— Конечно, он узнал меня, — уверенно заявила она. — Мы же несколько раз встречались взглядами. Он точно видел меня, Тенин. К тому же, на мне была повязка.

Тенин покачала головой, улыбаясь, но с лёгким сомнением.

— Ваши глаза, госпожа, действительно незабываемы. Но мужчины… Они иногда смотрят и видят только то, что перед ними. Возможно, он просто восхищался вашей грацией, вашей загадкой, а не понял, что это вы. Мы не можем быть уверены наверняка, передал ли господин Чжэнь то письмо. Я ему не доверяю.

Ицин снова замерла, обдумывая слова служанки. Её лицо стало серьёзным, а пальцы невольно начали теребить складки платья.

— Ты думаешь, Чжэнь мог так со мной поступить? — Её глаза вспыхнули возмущением. — Как ты можешь так говорить?

Она знала, что Тенин недолюбливает Чжэня, но обвинять его в подлости?

— Ты считаешь, что мой брат мог меня предать? — её руки сжались в кулаки на коленях.

Тенин мягко вздохнула, но не отвела взгляда.

— Я не сказала, что он хотел вас предать, госпожа. — Она говорила тихо, осторожно. — Но Чжэнь всегда действует так, как выгодно ему. Он смышлёный, поэтому я ему не доверяю.

— Это не так! — резко отрезала Ицин.

Она не хотела это слышать. Не хотела верить. Чжэнь был остроумным, хитрым, иногда наглым, но он её брат. Разве он мог так с ней поступить?

— Он поддерживал меня с самого начала, — продолжала она, её голос стал твёрже. — Если бы не он, у меня бы не было шанса очаровать Шу Чао. Если бы не его план, я бы уже сейчас сидела в углу, готовясь к жизни жены торговца! Да я бы, вообще, могла никогда не узнать о Шу Чао и не суметь его увидеть.

Тенин не возразила сразу. Она опустила глаза, как будто обдумывала ответ, а затем осторожно заговорила:

— Госпожа… я просто хочу, чтобы вы не доверяли ему безоговорочно.

Ицин сжала губы, чувствуя раздражение и досаду.

— Ты ошибаешься, — сказала она, глядя Тенин прямо в глаза.

Служанка не спорила больше, но её лицо оставалось настороженным. В комнате повисла напряжённая тишина. Ицин отвернулась, глядя в сторону.

Сомнение шевельнулось в её сердце. Но зачем ему это? Им нечего делить.

Они оба оказались заложниками амбиций семьи — он как наследник, она как выгодный союз. Ведь Чжэнь сам говорил, что понимает её. Что их судьбы в каком-то смысле одинаковы. Разве он не говорил это с искренностью? Разве он не обещал ей поддержку? Но всё равно…

В её мыслях всплыло лицо наложницы Фань. Почему она так поступила во время танца?

Зачем она обратила внимание матери на Ицин? В груди вскипело тревожное подозрение.

Тенин внимательно посмотрела на госпожу, заметив, как та напряглась, погружаясь в свои мысли. Она поняла, что задела её сильнее, чем хотела. Мягко, почти извиняющимся тоном, она заговорила:

— Госпожа, не слушайте меня. Я просто глупая служанка, откуда мне разбираться в том, что на самом деле думает господин Чжэнь? Помните, вы и сами мне говорили, что я плоха в этих ваших играх слов и все такое…

Она улыбнулась, стараясь разрядить напряжённость и продолжила:

— Я просто привыкла быть осторожной. И да, мне не нравится Чжэнь, так что я наговорила вам чепухи. Но вы были прекрасны! Я даже не знала, что вы умеете так танцевать. Была бы я мужчиной…

Тенин игриво подмигнула Ицин, видя, как та начала улыбаться.

— Если даже это не заставит господина Шу Чао расшевелиться, то я не знаю, какая сила сможет сдвинуть такую упрямую гору. Вот увидите, он теперь сам прибежит к вашему порогу. — Речь Тенин становилась все веселее, видя, как ее госпожа снова наполняется решимостью. Она вскочила и сделала грозный вид. — Только я его прогоню для начала. Пусть побегает собачкой под окнами! Чтобы не решил, что ему вот так просто достанется моя госпожа.

Ицин тихо засмеялась, когда дверь в комнату резко распахнулась, словно вихрь прорвался внутрь. На пороге стояла служанка матери, её взгляд был тяжёлым, но растерянным. А через мгновение в комнату вошла сама мать Ицин. Её лицо было напряжено, глаза метали молнии, а губы поджаты в гневе, который она уже не пыталась скрывать.

— Вот ты где! — воскликнула она, не тратя времени на приветствия. Её голос был громким, полным ярости и разочарования. — Духи! Что же я сделала, чтобы заслужить такую дочь?

Ицин поднялась и замерла, её веселье мгновенно сменилось холодным страхом.

Тенин, стоящая рядом, поклонилась, но мать не обратила на неё никакого внимания.

— Ты! Ты понимаешь, что ты натворила? — продолжила мать, её голос становился всё громче. — Ты дочь наместника! А ты позволила себе… отплясывать перед гостями! Притвориться танцовщицей, будто у нашей семьи нет ни чести, ни гордости!

— Мама… — начала Ицин, но мать перебила её, сложив руки, как будто молилась.

— О, духи, — воскликнула Тай Дзяо, запрокинув голову. — Зачем вы наслали мне это испытание? Моя дочь — позор семьи! Теперь ей дорога только в бордель или наложницы!

— Хватит! — внезапно даже для самой себя, крикнула Ицин. Её глаза вспыхнули гневом. — Ты ничего не понимаешь! Ты только и делаешь, что молишься своим духам и демонам. А я хочу жить! Я хочу, чтобы меня заметили! Чтобы у меня был шанс!

Мать сделала шаг вперёд, её лицо перекосилось от ярости.

— Шанс? — переспросила она, её голос зазвенел, как удар ножа. — Ты потеряла свой шанс, как только ступила на эту сцену. У тебя больше нет ни чести, ни будущего! Немедленно упади на колени, — приказала она, её голос был холодным, как лёд. — Моли духов, чтобы они скрыли этот позор. Моли, пока не услышишь их прощение!

Но прежде, чем Ицин успела ответить, в комнату прозвучал новый голос.

— Духи ей уже не помогут, госпожа, — прозвучала мягкая, но зловещая речь наложницы Фань, которая появилась в дверях. Её улыбка была холодной, а глаза сияли от скрытого торжества.

За ней вошёл отец. Его лицо было каменным, а взгляд тяжёлым.

— Значит, это правда, — медленно