Проклятие дриады - Лиди Митрич

– И что дальше? Я могу обыскать дома и уничтожить свистульки? – мне казалось, что Вайль сейчас начнет кричать на меня, но вместо этого он кивнул. – А потом мы сможем поговорить?

– О чем же?

Я оглянулась на Грега и Лизетт. При них не хотелось ничего обсуждать.

Кажется, Вайль понял мой взгляд.

– Я сейчас отлучусь по делам. Надо найти мага воды для чистки колодца. А еще волонтеров для помощи местным. Как минимум им понадобится еда. Вечером вернусь за тобой.

И Вайль тоже растворился, оставив меня разбираться со свистульками. Ими я и занялась сразу после того, как ободрала ближайшую яблоню. И только теперь я заметила, что нас окружили призраки. Они знали, что сегодня им наконец выпал шанс вернуться в тела: я была уверена, что они были рядом все это время.

В соседний дом дверь снова отворила Эрика – она теперь ни на шаг от меня не отходила. Лизетт снаружи обрывала плющ с окон, чтобы впустить в дом больше света. Грег, шедший за мной, быстро нашел лампу и зажег огонь. Свистулька нашлась быстро – она аккуратно лежала на подоконнике у открытого окна. Не мешкая, я разломила ее напополам.

– Идите дальше, тут я помогу, – Грег вручил мне лампу, а сам пошел в сторону спальни.

Теперь от дома к дому за нами тянулась процессия призраков, которых после каждого дома становилось все меньше и меньше. Меня спасало то, что нир Гайлен действительно не заморачивался и не прятал свистульки.

Деревня оживала. Слышались разговоры, смех, плач. Кто-то торопился растопить уцелевшие печи. По улицам начали бегать ребятишки, весело махая мне руками. Даже и не скажешь, что они столько лет пробыли вне тела.

Ближе к вечеру рядом с деревней группа волонтеров разбила палатки. В целях безопасности местным жителям запретили в темное время суток приближаться к полуразвалившимся домам.

Едой тоже всех обеспечили – даже меня умудрились накормить прямо на ходу: я все отмахивалась, мол некогда. Хотелось как можно быстрее вернуть всех к жизни.

– Этот дом вроде последний, – судила я по наконец закончившимся призракам. Если кто-то спрятался – я не виновата. – Странно, что я его пропустила, он чуть ли не в центре деревни.

– А это мой дом, я хотела быть с тобой до конца, – внезапно сказала Эрика, помрачнев. – Я ведь не забуду то, что было?

Строение было совсем ветхим. Часть крыши и одна стена обвалились.

– Лизетт меня вспомнила, когда очнулась, значит и ты должна все помнить.

– Жаль, я бы хотела забыть.

Эрика быстро нырнула сквозь стену. В этот раз я пробралась в дом через щель между стенами. Я очень боялась, что свистулька где-нибудь под завалами, но выдохнула с облегчением, найдя ее воткнутой в цветочный горшок, лежавший на полу. Растение в горшке давно засохло, а свистулька все так же радостно демонстрировала свой серебристый бок.

– Где твоя кровать? – мне хотелось быть рядом с этой девочкой, когда она очнется. Я все поняла еще днем. Родителей Эрики больше не было. Девочка из-за нира Гайлена стала сиротой. И за это мне хотелось голыми руками оторвать ему голову.

На веранде я присела на постель рядом со сладко спящим телом.

– Готова? – спросила я.

Эрика зажмурилась, но кивнула.

Я разломила свистульку, после чего девочка-призрак исчезла.

Ресницы задрожали на бледном лице. Еще несколько секунд – и Эрика открыла глаза. И почти сразу бросилась в мои объятия, воя раненным зверем.

Мое сердце разрывалось. Я проклинала все на свете за то, что не могу ей ничем помочь кроме этих объятий.

– Нири Лисса, что у тебя снова случилось? – Вайль вздохнул как-то обреченно. – Почему ты не в лагере, уже стемнело.

Я баюкала заснувшую девочку.

– Ее родители погибли.

– Тоже мне проблема, – фыркнул Вайль.

Я хотела накинуться на некроманта за его бесчувствие, но его уже не было рядом. Вот и пусть катится к черту!

Где-то в глубине дома послышались голоса. Наверное, в лагере вспомнили про меня и пошли искать. Мне не хотелось будить Эрику, поэтому я решила дождаться помощи: мужчинам будет проще перенести девочку в безопасное место.

– Где моя дочь? – на веранду влетела растрепанная женщина. Девочку буквально вырвали у меня из рук.

– Мама? – проснувшаяся Эрика сонно потерла заплаканные опухшие глаза. – Мама!

От этого радостного крика зазвенело в ушах. Я снова рыдала – теперь уже от счастья и переполнявшей благодарности к Вайлю. Не знаю, как он это сделал, но он вернул Эрике родителей, а мне – веру в лучшее.

Мы помогли семье Эрики выбраться из дома и указали дорогу в лагерь, хотя огни костров прекрасно было видно и отсюда. Когда силуэты мужчины, женщины и ребенка между ними растворились в сумерках, я поняла, что все еще плачу.

– Может хватит уже сырость разводить? – проворчал Вайль, при этом протянув мне платок.

– Ты спас их. Почему?

– Потому что я – маг жизни. И потому что мог. А ты почему спасла жителей деревни?

– Потому что могла, – эхом отозвалась я. Мне все еще не верилось, что Вайль мог так поступить.

– Вроде разобрались. Пошли домой.

И некромант протянул мне руку.

Я доверяла всем, кроме него. А он оказался единственным, кому можно верить.