Лесная сторожка - Виктор Яковлевич Аланов

Митька спешит на выручку

Было уже поздно, когда Митька получил на другой день от деда еще одно задание. Егор Николаевич велел ему снова сбегать к хромому объездчику, да побыстрей.

— Смотри, сынок, если задержишься, можешь заночевать в деревне у дружка своего, а еще лучше — у дяди Ильи..

— Хорошо, деда, где-нибудь переночую, — беспечно ответил Митька, заворачивая в чистую тряпку кусок мяса на дорогу. Потом он подтянул штаны, зашнуровал покрепче ботинки, нахлобучил на голову серую, видавшую виды кепку и, взяв палку, собрался в путь. Перед уходом все же не удержался, подбежал к голубятне, посвистал голубям и направился к лесу.

Пройдя прямиком чащу, Митька вышел к Белому камню. Остановившись у горы, он посмотрел на расстилавшееся внизу Сорокине. Тихо теперь в деревне. Люди боялись гитлеровцев и редко появлялись на улице. Зато по селу без конца сновали фрицы. А вот и часовой, как всегда, стоит у школы. Теперь его хорошо видно издали: фашисты вырубили на дрова все деревья вокруг здания. В лес они стараются не ходить — боятся партизан…

«Красиво-то как!» — подумал Митька, взглянув на клонившееся уже к закату солнце.

В это время где-то вдалеке, в стороне Марьинского хутора, раздался выстрел. Он прозвучал, словно хлопок пастушьего кнута. Митька долго смотрел в ту сторону, потом перевел взгляд на речку. Она извивалась серебристой лентой среди лугов, местами скрываясь в густых зарослях. Там, где в низинах речка пробегала мимо болотца, уже поднимался предвечерний туман. Заметно темнело. Надо торопиться.

Митька присел на камень, снял ботинки, вытряхнул набившиеся в них песок и хвою и, связав шнурки, перекинул через плечо. «Босиком скорей добегу, — решил он. — А то тесноваты ботинки стали. Натрешь ноги, потом хоть плачь, не обуешься».

Поднявшись с земли, он посмотрел в сторону Барсучьих ям. Оттуда, вздымая дорожную пыль, двигалась колонна гитлеровцев. «Наверное, они и стреляли. А вдруг объездчика убили?.. Узнать бы… Что если сейчас в деревню вперед фрицев прибежать? — И, цепляясь за кусты, он быстро спустился с горы. — Хорошо бы Тольку встретить. Уговорились ведь у речки сойтись, а я проспал!» — огорченно подумал Митька.

Подбежав к домику дяди Ильи, он увидел рыбака, который развешивал на заборе мокрую сеты

— Ты куда это летишь со всех ног? — спросил тот у Митьки.

— Некогда, дядя Илья! Фрицы в деревню идут, хочу посмотреть! — вместо ответа выпалил Митька и помчался к дому Коровиных.

Толька и бабка пилили во дворе какую-то доску. Рядом с ними стоял ящик, похожий на скворечню, но с задвижной крыщкой.

— Здравствуйте, бабушка, — вежливо поздоровался Митька.

— А, это ты!.. Ну вот и хорошо, как раз вовремя пришел. Помоги-ка вот дружку своему. А то совсем меня, старую, замучил: попили да попили с ним. Стара уж я для таких дел. — И бабка, продолжая что-то бурчать, ушла в избу.

— Скворечник делаешь? — удивился Митька. — А почему такой большой?

— Какой тебе скворечник! Не видишь, что ли? Ловушку для хорька строю! — сердито ответил Толька, заколачивая гвоздь. Но, засмотревшись на друга, промахнулся и ударил молотком по пальцу. Отбросив молоток в сторону, Толька мгновенно сунул палец в рот, потом схватился ушибленной рукой за ухо и запрыгал на одной ноге, будто по ней, а не по руке стукнул только что молотком.

— Все ты виноват… — забубнил он. — Пришел, и давай расспрашивать, что да зачем… Вот я и бац, прямо по пальцу. — И Толька, забыв даже спросить Митьку, почему он не пришел в условленное место, начал было скакать снова, но вдруг, увидев входивших в деревню гитлеровцев, остановился и закричал: — Митька, гляди! Полна деревня фрицев! Бежим, посмотрим…

Выскочив за калитку, друзья остановились.

— Глянь, глянь!.. — дергал Толька друга за рукав. — Поймали они кого-то! Ой, избили-то как!.. Смотри, один совсем маленький, чуть больше нас с тобой… Может, партизаны это?..

Но Митька не ответил другу. С остановившимся сердцем, широко открытыми от ужаса глазами смотрел он на избитых людей. Расставив ноги, с руками, связанными за спиной, в центре группы стоял командир партизанской разведки Павел Смирнов. Митька знал его: Смирнов часто бывал у деда. Рядом — Коля Маркин и еще один. Его лицо было залито кровью. А четвертый… четвертым был объездчик Дроздов с Марьинского хутора! На нем не было заметно следов побоев, но и у него, как у остальных, руки были закручены за спину и связаны. Свисавшая с них веревка волочилась почти по земле.

«Как же это их поймали? — молнией пронеслось в голове у Митьки. — Теперь расстреляют или повесят!..»

— Пошли ближе, посмотрим, — предложил Толька.

Очутившись неподалеку от партизан, Митька прижался к забору. Посмотрев на окружающих, Павел Смирнов встретился с ним глазами, и Митьке показалось, что во взгляде разведчика сверкнула искорка надежды. Но Смирнов тут же перевел взгляд в сторону.

— Митька, смотри! Хромой объездчик с Марьинского тоже здесь! — взволнованно прошептал Толька.

И как раз в этот момент Дроздов резко повернулся в сторону ребят и в упор посмотрел на Митьку. Митьке почудилось даже, что объездчик сказал что-то еле слышно.

«Наверно, ждал меня и в это время попался…»— с болью подумал Митька и стиснул кулаки.

В стороне, за садом, раздался резкий окрик, потом топот копыт, и к схваченным партизанам подскакали три кавалериста. Один из них, видимо командир, что-то крикнул солдатам, повернул коня, и Митька узнал в нем того самого офицера, который чуть не убил деда и приказал сжечь сторожку. «Еще заметит, сволочь!» — подумал Митька и, потянув друга за рукав, проговорил:

— Бежим, Толька! Я этого гада знаю — это он наш дом спалил!.

Один за другим протиснувшись сквозь щель в заборе, друзья кустами заросшего сада стали пробираться к дому. Уже темнело.

— Толька, давай все же посмотрим, куда партизан поведут!..

— Давай! А ты откуда знаешь, что это партизаны?

— Сразу видно, — пожал плечами Митька, поняв, что проговорился. — Почему же фрицы их так избили и веревками связали? Конечно, партизаны.

Ребята притаились за забором, следя за четверкой арестованных и окружавшими их гитлеровцами.

— Убьют их, — взглянув на друга, сказал дрогнувшим голосом Толька. — У фрицев разговор короткий — трах, и капут! Глянь, в избу к дяде Максиму повели. Видать, там запереть собираются. У него изба крепкая…

— Вот бы налететь ночью да выручить, — горячо сказал Митька.

— Так ведь их фрицы стерегут. Стрелять будут! — испуганно глядя на друга, возразил Толька.

— «Будут»… А если не выручить