Приют - Алиса Бодлер

Экстренные службы были здесь.

Встав на первую ступеньку, Боузи обернулся.

Спаситель по-прежнему не выражал никаких эмоций. Его лицо напоминало маску, а маска не была способна ни моргать, ни улыбаться, ни плакать.

Каждый ли из нас обретает такую маску после смерти?

Едва ли.

Бабушка Самсона плакала, рыдала навзрыд.

– Спасибо, – из последних сил шепнул мальчик. – Ты еще придешь?

«Я никогда не уходил».

Это было последним, что следовало помнить о той ужасной ночи.

Глава 6

Я обнаружил себя на полу. У двери в ту комнату в доме мисс Мертон, что сам выбрал для изучения.

Чуть приоткрыв глаза, я столкнулся с тем самым золотым взглядом и, клянусь, был готов заорать, если бы Оуэн тут же не заморгал.

Но его веки шевелились, он разговаривал – нет, скорее ругался, – а значит, все было в порядке.

– Давай без суеты и паники, я прошу тебя, – устало успокаивал дядю я. – Обмороки в заброшках – это мой профиль. Не веришь – спроси у старика Сэма. Он видел меня таким.

Дождавшись, пока мистер Буква психанет на мою безобидную шутку, но при этом придет в себя и, наконец, отойдет от меня, – я сел.

Исследуя историю Бодрийяров, я мечтал о том, чтобы в одном из не показанных мне тайных мест Джереми была такая комната, от и до доверху наполненная кучей бумаг, которые могли заставить меня увидеть. Коснуться правды на практике, понять, осознать и уложить ее в голове. Но все интересующее меня находилось у Оуэна в сознании. И я постоянно стоял перед выбором: верить ему или нет.

Здесь и сейчас, в скудно оформленной комнате миссис Мертон, передо мной зияли физические подтверждения. Их можно было коснуться. Но, даже имея все это в своем распоряжении, убеждаться в том, что собранные крупицы информации о моем детстве были правдой, я просто не хотел.

Решено было разделиться. Я, наконец, включил фонарик на своем гаджете и взял на себя ту часть комнаты, что наглядно демонстрировала материал – рабочий стол и доску. Дяде же досталось недюжинное количество неразобранных архивных коробок – на кровати, на полу и на подоконнике.

У кипы бумаг не было ни начала, ни конца. Не зная, с чего стартовать, я пытался ухватиться за самый свежий вопрос, что преследовал меня, как уродливая тень.

Что же случилось с Тиной?

Я думал, что после выяснения причины смерти девушки подробности о кончине мисс Мертон последуют за этим фактом, как смысловая цепь. В конце концов, они жили вместе. И ближе друг друга, как мне казалось, у них не могло быть никого. И, несмотря на то что я не знал реальной причины, по которой Тина решила переехать к социальной работнице после того, как закончила свое пребывание в центре опеки, я догадывался о ней. Они обе были ужасно одиноки. Девочка, которая не смогла пережить смерть брата-близнеца и отдалилась от нас с Иви как от страшного воспоминания о его кончине. И женщина, никогда не имевшая семьи, но испытывающая несуществующую вину за то, что с нами всеми произошло.

В чем-то они были похожи на нас с Джереми.

Семья без прямого родства, созданная на обломках трагедии.

В первую очередь на мои глаза попадалось множество давних документов, которые я предпочитал оставлять на потом. Я все откладывал папки и откладывал, пока не дорылся до альбома с фотографиями. Он выглядел как исключительно новая, личная вещь, едва ли связанная с теми ужасами проекта «Escape», в которых копалась женщина.

Цветочное оформление, неизбежно отсылающее к паршивым обоям в доме господина Камерона, скрывало под собой полчище фотографий взрослеющей Тины. Вот она совершеннолетняя и первый год живет с мисс Мертон. Вот они вместе куда-то едут… Вот ее поступление в университет и выпуск. Простая одежда и уже знакомые бедные интерьеры этого дома. Но на фотографиях скудность не выглядела трагично. Даже за отсутствием некоторых предметов уюта пространство воспринималось как теплое и домашнее. Женщина делала все для того, чтобы Тина чувствовала себя комфортно.

Последнее фото было копией того, что я обнаружил в рамке. А затем следовали пустые, слегка бугристые страницы. Мисс Мертон плакала над этим альбомом. И хоть этой доброй, милой женщины уже не было в живых – ее боль оставалась на этих страницах. В испорченной бумаге отражались последние месяцы ее жизни, и все это казалось мне невероятно трагичным.

– Я нашел что-то, – вдруг прервал мои размышления корпящий в другом углу комнаты Оуэн. – Посмотрим вместе?

Я отложил фотоальбом и присоединился к дяде. Спустив коробки на пол, он ощупывал подозрительную щель на подоконнике и пытался вдавить ее пальцами. Я нахмурился:

– Ты зачем доламываешь?

Джереми закатил глаза.

– Засунь туда пальцы и поймешь, Боузи.

Меня передернуло, но я подчинился. Неуверенно коснувшись подозрительно ровной трещины, я почувствовал, как моя ладонь проваливается внутрь. Это был импровизированный тайник!

– Мне кажется, я могу разломать его.

– И покалечишь пальцы! – возмутился дядя. – Нет уж.

Он вновь достал свою тоненькую отмычку и принялся с видимым усилием распиливать ею щель.

– Да как они его туда положили… – тихо буркнул я.

– Скорее всего, он разбирается… Но я ума не приложу как. Так быстрее.

– Вандал.

Не менее чем через десять минут под обломками пластика нами был обнаружен миниатюрный, пыльный нетбук с зарядкой. Впрочем, мы не могли найти даже способ включить здесь свет, а потому о розетках мечтать было бесполезно. Мы уповали на то, что гаджет включится без подсоединения к питанию.

И нам повезло.

Тяжеленький, изрядно поцарапанный черный Lenovo модели десятилетней давности был не запаролен. На заставке красовалась картинка с замком, что уходил своим могучим основанием в пляжные пески.

– Это Тины… – с сомнением предположил я. – Думаю, ее.

Браузер неохотно предложил нам страницу с ошибкой. Если в доме и был Wi-Fi, то сейчас эта сеть не обнаруживалась.

Я обреченно принялся рыскать по рабочему столу в поисках хоть какой-то полезной информации. В самом углу главного экрана был сохранен один файл формата Word с неказистым заголовком. Просто имя – и больше ничего.

– Тина Гудман, – прочитал Джереми. – Эту фамилию ей что, тоже дали в центре?

– А откуда, по-твоему, ей взяться? – несдержанно отозвался я. – Читаем.

Документ открылся не сразу. Загрузка заняла дольше нужного, и я всерьез переживал, что тормозящее колесико свидетельствует о том, что гаджет скоро разрядится.

Когда перед моими глазами появился текст, я принялся читать вслух. Так быстро, как только мог.

«Согласно