Индейский трон, или Крест против идола - Андрей Посняков

Поправив плащ, Шочипильцин скептически посмотрел на Сиуа, оказавшего общему делу уже довольно много услуг, а потому с недавних пор пользующегося относительным доверием жреца.

– Думаю, речь идет о наследнике, – не отрываясь от фишек патолли, отозвался юноша. – Ну, о том, что усыновили.

– Именно так. – Гость улыбнулся, как всегда, лишь одной половиной лица. – Кстати, этот клеврет – опытный и безжалостный убийца, и помощники его – точно такие же.

– Постой, постой, – перебил Куатемок. – А не эти ли люди причастны к таинственной смерти чиновника… и того музыканта из Ацтакалько?

– Очень может быть, что и так, – согласился жрец. – Очень и очень может быть.

– Ха! Я снова выиграл! – громко засмеялся Сиуа. – Теперь осталось только отыскать этого клеврета… точнее – наследника.

– А вот ты в этом нам и поможешь! – Шочипильцин ухмыльнулся. – То есть не ты, а твой родной отец – он ведь дворцовый архитектор, не так ли?

– Да, и очень хороший! Ходят слухи, сам Кортес хочет заказать ему какой-то новомодный дворец! Если для вас это, конечно, показатель…

– Твой почтенный отец должен быть хорошо знаком со всеми жрецами храма Тескатлипоки. Он же его перестраивал лет пять назад!

– Ну конечно, знаком. А как же!

– Так пусть узнает, были ли в последнее время посланы куда-нибудь и зачем-нибудь младшие жрецы из подсобных служб? Это же ему нетрудно?

– Нетрудно.

– Ну вот. Только пусть спрашивает осторожно, дескать, хотел хоть кого-нибудь попросить осмотреть по пути каменоломни… ну, или что-нибудь типа того.

– Да, понял, понял. – Сиуа со смехом поднялся. – Ну, мне, пожалуй, пора. Постараюсь все разузнать и сразу же явлюсь.

– Бог в помощь! – пожелал уходящему Куатемок.

– Бог? – Шочипильцин пристально посмотрел на принца. – Как-то странно ты выразился.

– Я верю теперь только в Белого Тескатлипоку – благого Кецалькоатля. Да-да, это «белый» бог, бог белых людей, которого они называют Иисус Христос! Именно его эра сейчас наступает.

– Иисус Христос, – старательно выговорил жрец. И тут же напомнил: – Так ведь и я – служитель Кецалькоатля! И мне без особой разницы, как этот бог именуется… пусть даже Иисус Христос!

Куатемок не выдержал, расхохотался:

– О, да я смотрю, ты уже почти епископ!

– Епископ?

– Так белые люди называют своих главных жрецов.

– Да. – Шочипильцин лукаво прищурился. – Я, наверное, был бы хорошим епископом!

– Скажи это патеру! То есть нет – я сам при случае скажу.

Они еще посидели, выпили, потом гость ушел, и в комнату неслышно проскользнула Тескаль. Сбросив одежды, тихо прижалась к принцу:

– Я очень соскучилась…

Погладив девушку по плечу, Куатемок схватил ее в охапку и без лишних слов бросил на ложе… Устал.

Утром, ни свет ни заря, явился Сиуа, сообщил не очень-то радостную весть: его отцу так и не удалось выяснить, кто и куда уезжал из храма Тескатлипоки.

– Младшие жрецы сказали: никто никуда, – вздохнув, пояснил подросток. – Правда, кто-то из них обмолвился, что у храма несколько раз видали одного лодочника, из тех, услугами которых так часто пользуются средней руки торговцы.

– Лодочник, – тихо повторил Куатемок. – Значит, лодочник.

Накинув на плечи простой белый плащ, принц явился в Тлателолько, как обычно в последнее время – инкогнито. Огромный – огромнейший – рынок шумел, словно бескрайнее море.

– Где мне найти господина Шиутека? – молодой человек сразу же обратился к смотрителю – важному и седому, но еще не старому мужчине в цветном плаще, который тут же провел его между рядами торговцев и показал рукой:

– А вот теперь все прямо, прямо, а дальше спросишь.

Принц прошагал прямо, наверное, с километр – а рынок и не думал кончаться. Наконец он очутился на небольшой круглой площади, тоже полной народу, от которой влево и вправо отходили сплошь заставленные различными товарами улицы.

– Эй, уважаемый! – Куатемок ухватил за локоть пробегавшего мимо приказчика. – Где мне найти Шиутека? Того, что торгует с Теуантепеком.

– А, вот ты о ком! Видишь длинный-длинный вал? Ну, там, где перья?

– Ну!

– Там и есть Шиутек.

– А он еще здесь? Никуда не отправился?

– С утра еще был здесь, а сейчас – не знаю.

Куатемок все же разыскал старого друга, тот тоже обрадовался, подмигнул, мол, сейчас выпьем. Да, контроль-то в последнее время ослаб, можно было и выпить, и принц с большим удовольствием опрокинул кружку холодной, щедро сдобренной перцем, бражки! Ах, хорошая штука… зря только они в нее перец кладут, ироды! Впрочем, здесь во все перец добавляют…

– Так ты что-то хотел спросить, дружище! Лодочник? Какой лодочник? Ну да, ну да, знаю.

Куда отправлялись? Так в Шалтокан. Больше в последнее время – никуда, а в Шалтокан – точно. Там довольно большой караван собрался, лодок двадцать, весело плыть!

Шалтокан… Вот, значит, куда… Если, конечно, верить собственным расчетам. Ну, а почему бы им не верить?

Немедленно посоветоваться с Шочипильцином!

А Шочипильцина и след простыл! Не появлялся и день, и второй, и третий. И куда, спрашивается, делся?

Бог надоумил принца обратиться к патеру Ольмедо, как раз заглянувшему в гости.

– Шочипильцин? – повторил святой отец. – Нет, не помню такого… Хотя! Не тот ли это паскудный слуга Сатаны, коего мне третьего дня притащили по показаниям служителя препоганейшего демона Тлалока? Да-да, кажется, именно так его богомерзкое имя – Шо-чи… дальше, прости Господи, и не выговоришь!

– Да где же он?

– Сидит у меня в яме, – довольно сообщил патер. – Арестованные говорят: этот самый упертый! Из самых гнусных – гнуснейший. Я пока с ним и не говорил – держу…

– Так позволь мне поговорить!

– Э, нет, сын мой! При всем к тебе уважении – сначала я! Таковы уж наши правила.

– Ну что ж, правила так правила, – пряча глаза, кивнул принц.

Ну, и как же будет разговаривать со жрецом сей достойный падре? Уж конечно, не через донью Марину. Через Сиуа, через кого же еще-то?

Однако после допроса первым явился патер, а вовсе не сын архитектора. Уселся, очумело вращая глазами, и только попросил:

– Воды… Уф… Этот ваш жрец!

– Что такое? Он что же, не отрекся от своих ложных богов?

– Отрекся, и сразу же! Даже больше того… Изъявил желание стать епископом!