Индейский трон, или Крест против идола - Андрей Посняков

Щелкнув пальцами, принц подозвал воинов и отправил всех на пристань дожидаться возвращения лодочников и лоцмана, ну и заодно поспрашиваать насчет сбежавших писцов. Мало ли – кто-нибудь где-нибудь их видел. Пустая, конечно, затея, но… надо же хоть что-то делать!

Слуг послал на местный рынок – тоже поспрошать, туда же – и Зеркальце, глядишь, что где и всплывет? Ну писцы, ну гады… Просмотрел, эх, просмотрел!

В мрачной задумчивости Куатемок нарезал по двору круги, когда к ограде подошел отряд вооруженных копьями и деревянными мечами воинов, сопровождавших невысокого человека в простеньком белом плаще.

– Добрый день, уважаемый. – Войдя во двор, незнакомец вежливо поклонился – худощавый, с приятным лицом и умным взглядом глубоко посаженных глаз. – Ты и есть приезжий тлакуил из Теночтилана?

Куатемок улыбнулся:

– Точнее, я их начальник.

– Ах вот как, – обрадовался незнакомец. – Ты-то, уважаемый, нам и нужен. Я – Ашкаятль, судебный чиновник…

– Судебный чиновник?

– Именно. А тебя, уважаемый, я попросил бы сейчас следовать за ними.

– Что?! – Куатемок было дернулся – воины выставили копья.

Не убежишь!

Чиновник поморщился:

– Вот только давай без этого, ладно? Не надо пытаться бежать, грозить своими связями – клянусь всеми богами, не поможет! Просто следуй за ним.

– А, так я задержан?

– Именно так.

– А на каком основании, интересно знать?

– По подозрению в убийствах, любезнейший.

– В убийствах?! Вот даже так! – Куатемок и не скрывал удивления. – И кого же, интересно знать, я убил?

– Пока только подозреваешься, – усмехнулся судейский. – В убийстве портового писца Теси…

– Что?!

– А также – в убийстве его напарника Эолатля… да-да, он не сам умер – его убили, подсыпав в питье яд. Родственники обнаружили чисто случайно.

– Вот как? Но при чем тут я?

– И еще в одном – в убийстве лоцмана Хаимбака.

– Кого?

А вот это был удар! Значит, лоцмана тоже…

Принц едва с собой справился, осведомившись, какие имеются основания подозревать лично его.

– Поверь, имеются, – улыбнулся чиновник. – Мы поговорим об этом в другом месте. И тут же кивнул воинам: – Взять его!

– Вот только не надо колоть меня копьями, – нервно хохотнул принц. – Я вовсе не собираюсь бежать. Но обязательно заявлю официальный протест!

– Что ж, это твое право. Что там у тебя за поясом, уважаемый? Никак нож? Ого, да какой странный! Никогда таких не видал. Порошу сдать.

Принца доставили в судебное присутствие – именно так он стал про себя именовать приземистое здание суда, одновременно включающее в себя и тюрьму, и зал заседаний, и канцелярию с обширным архивом, – ацтеки отличались большой склонностью к сутяжничеству, и суды никогда не простаивали без дела, главным образом разбирая многочисленные тяжбы, связанные с вопросами собственности и земельным правом.

Вот и сейчас в зале шло заседание – кому-то из домовладельцев не понравилась тень от соседского дерева, она якобы загораживала истцу солнце.

– Проходи. – Шедший впереди чиновник посторонился, пропуская задержанного в канцелярию. – Садись на циновку, здесь и поговорим. Пока – без записи.

Принц усмехнулся и махнул рукой: без записи так без записи – какая, к черту, разница?

Оставив двух воинов – скорее всего, просто для солидности – судейский чиновник Ашкаятль приступил к делу. Для удобства Куатемок именовал его следователем, хотя должность так не называлась, в ацтекских судах все совмещалось – следствие, судопроизводство, розыск…

Ну, точь-в-точь как в российских фильмах «про ментов», умиляющих знающих людей своей детской непосредственностью: опера почему-то расследуют уголовные дела (хотя опер – лицо непроцессуальное и в уголовном деле никто и звать его никак, но почему-то, вот, расследуют, а где следователи – бог весть). К тому же и сами дела как-то странно «заводятся» и «закрываются», словно какие-нибудь там двери. Ну нет таких постановлений – «О заведении уголовного дела» или о его «закрытии», а есть «о возбуждении» и «о прекращении», в крайнем случае – «об отказе в возбуждении». А тот вот еще любят путать «грабеж» с «кражей» – вещи, в общем-то, не тождественные. И еще выдумают какое-то «ограбление» – ни в каком кодексе не описываемое…

Ацтекские чиновники-крючкотворы, кстати, подобные вещи не путали, а кто путал, так того давно уже принесли в жертву охочим до человеческой кровушки божествам!

Перед началом допроса следователь наскоро помолился какому-то своему ведомственному богу, страхолюдный идол которого – невеликих, в общем, размеров – скромно притулился в углу. Судя по скопившейся на идоле пыли, судейские явно не страдали излишней религиозностью, может быть потому, что, благодаря специфике работы, были непроходимыми циниками, которых не удавалось развести даже жрецам.

– Ну… – Помолившись, чиновник уселся на небольшой стульчик без ножек и, вытащив из стоявшего у стен сундука бумагу с рисунками-записями, громко откашлялся. – Начнем, пожалуй, и да помогут нам боги.

– Да помогут! – молитвенно сложив руки, поддакнул принц.

– Итак…

Если бы у следователя в этот момент имелись на носу очки, если бы таковые здесь вообще знали, он бы, без сомнения, их многозначительно сдвинул бы сейчас на самый кончик носа – такой уж был у судейского вид. Вид унюхавшей след гончей, точней уж даже – легавой.

– Итак, вот к чему мы пришли… – Ашкаятль бегло просмотрел бумагу. – Вчера пополудни, по словам уже допрошенного нами Шичиултепека, чиновника с пристани, ты, мой господин, тщательно его выспрашивал о всех трех погибших. После твоих расспросов они и погибли – один за другим.

– После не значит – вследствие, – нервно заметил принц.

– Согласен, – усмехнулся следователь. – Однако есть еще кое-что – твой нож. Рана, нанесенная несчастному Шочитлю, очень необычна. Такую мог оставить именно такой нож, что сегодня был изъят у тебя. И больше – никакой другой.

– Мало ли на свете ножей?

– Таких, как твой, – мало. Наверное, их почти нет.

– Ладно. – Куатемок махнул рукой. – Значит, ты, уважаемый, считаешь, что это я убил всех трех бедолаг? Согласен, основания есть… весьма, впрочем, шаткие. Ну зачем, скажи на милость, мне было убивать лоцмана и портовых писцов?

– Вероятно, затем, что они случайно узнали о взятках, предлагаемых тебе некими нечистоплотными должностными лицами… Ведь так? Предлагали?

– Предлагали, – не стал отнекиваться принц. – Так ведь, я думаю, они ведь всем предлагают?

– Быть может, и так.

– И вовсе не обязательно из-за этого убивать…