Не будите спящего спинорога - Тим Дорси

В дом номер 867 по улице Спинорога постучали. Дверь открыл Серж в поварском колпаке. Он жевал сандвич с куриным салатом.

Стучал Джим Дэйвенпорт.

– О, Джим! Как дела, дружище? Джим с обеспокоенным видом вошел.

– Я должен с тобой кое о чем поговорить.

– Сандвич? – предложил Серж, демонстрируя Джиму свой, частично съеденный.

– Нет, спасибо. Я…

– С куриным салатом, – сказал Серж, выразительно шевеля бровями.

– Послушай, я хочу поговорить о нашем двойном свидании. Марта не…

– Мой фирменный рецепт, – оборвал его Серж. – Кусай. Если не понравится, не ешь.

– Нет, я…

Серж разорвал сандвич пополам, вручил половинку Джиму и вышел из комнаты.

Джим смущенно оглядел комнату и увидел на диване Коулмэна, который ковырялся у себя в пупке.

Вернулся Серж с большой миской и лопаткой, что-то перемешивая.

– Итак, берем сверххрустящую курятину по-кентуккийски. Извлекаем кости, режем на мелкие кусочки. Потом смешиваем с майонезом и – секретный ингредиент, который делает блюдо незабываемым, – кешью!

– Серж, я должен тебе что-то сказать. – Джим рассеянно укусил сандвич. – Я зашел, чтобы… – Он остановился и посмотрел на сандвич. – Слушай, а неплохо!

Серж указал на диван.

– Садись!

– Я ненадолго.

Серж сел и включил телевизор пультом.

– Садись. А то обижусь.

Джим осторожно присел на краешек дивана. Серж переключился на Ти-би-эс, где как раз показывали фильм «Избавление».

– Серж, послушай…

– Обожаю «Избавление»! Я сделаю тебе сандвич, досмотрим вместе. Прекрасный фильм для скрепления дружеских уз.

– Серж…

– Ш-ш-ш! – сказал Серж. – Как раз сцена с Недом Битти. Каждый раз хохочу – не могу.

– Черт возьми, Серж, надо поговорить! Серж выключил телевизор.

– Господи, Джим, прости. Я и не думал, что это так важно! Что случилось?

– Мелвин…

Серж быстро встал.

– Что с Мелвином? Что с ним?

– Мелвин в порядке…

Серж снова сел.

– Ф-фух! Ты меня до инфаркта доведешь. Он славный мальчуган.

– Это да.

– Ты должен им гордиться.

– Горжусь.

– Слушай сюда, Джим. У тебя классный сын. Я бы сам хотел такого, но как-то все не складывается. Скажи мне, в чем проблема, и я сделаю все, чтобы тебе помочь. Только скажи. Что угодно.

Джим заколебался и опустил глаза.

Серж положил руку на плечо Джиму.

– В чем дело, Джим? Доверься мне.

Джим поднял глаза.

– Марта решила… Мы решили, что не можем пойти на свидание.

– Понял.

– И вообще мы бы хотели, чтобы ты больше к нам не заходил…

Серж поднялся и подошел к окну. Положил сандвич на подоконник. Молча посмотрел на улицу, засунув руки в карманы. Пели птицы. Серж взял сандвич и укусил.

– Мне это очень неприятно, – продолжал Джим. – Но у нас дети, а у тебя… такой образ жизни…

Серж повернулся и снова сел на диван. Положил Джиму руку на плечу.

– Значит, такое ваше мнение?

– Да, такое наше мнение.

Серж укусил сандвич и кивнул, потом присел на кофейный столик перед Джимом.

– Знаешь, Джим, Марта прекрасная женщина. Тебе очень повезло.

– Спасибо.

– И она замечательная мать.

– Я знаю.

– А мать должна поступать так, как велит ей материнский долг. Иначе она плохая мать.

– Согласен.

– Так что я все понимаю. Я не буду вас беспокоить.

– Серж, надеюсь, ты не…

– Нет, нет. – Серж поднял руку, останавливая Джима. – Не объясняй. Семья на первом месте.

Входная дверь распахнулась и ударилась в стену. В проеме возник силуэт Шэрон, высвеченный солнцем: расставленные ноги, руки на бедрах, как у суперменши. На ней были ковбойские сапоги, темные очки, обтягивающие штаны и топ. Без лифчика. Светлые кудри беспорядочно разметались. Шэрон была вне себя, что выглядело очень сексуально.

– Где этот придурок Коулмэн? Ну погоди, вонючка, я до тебя доберусь!

– Шэрон! – окрикнул ее Серж. – У нас гость!

Джим встал и протянул руку для пожатия. Шэрон посмотрела на нее как на какашку. Потом прошла мимо, стряхивая пепел от сигареты на пол.

– Что за придурок?

– Шэрон! – возмутился Серж. – Это наш сосед! Где твои манеры!

– Насрать на манеры! И насрать на него! – Шэрон обратилась ко всем присутствующим: – В этом сортире вообще есть чего выпить?

Серж сорвал с нее очки и бросил в стену.

– Ты что! Это были мои любимые! – Она ткнула ему в руку горящим концом сигареты.

– А-а-а-а-ау! – завопил Серж, глянул на ожог и тыльной стороной ладони заехал Шэрон по лицу, так что та вылетела на кухню. Шэрон встала и дала ответную пощечину. Завязалась драка. Опрокинулся стул. Шэрон вырвалась, Серж бросился вдогонку. Она схватилась за люстру и запустила ее назад, попав Сержу прямо по лбу.

– О-о-о-оу! – Серж споткнулся. Шэрон потянулась к колоде для рубки мяса. Серж достал какую-то кухонную принадлежность из керамической вазы-петуха. Шэрон вытащила из колоды мясницкий топор и развернулась, но Серж стукнул ее по макушке половником.

– Ой! – Она уронила топор и обеими руками схватилась за голову.

– Тебе конец! – прошипел Серж.

– Ой, блин! – Шэрон убежала по коридору в спальню и захлопнула за собой дверь.

Серж спокойно прошел за ней и пинком ноги открыл дверь.

Раздались ругательства, сильнейший грохот и женский крик. Что-то разбилось.

Джим тревожно посмотрел на Коулмэна и указал на коридор.

– Может, их как-то разнять?

– По-моему, они хотят побыть вдвоем.

– Что?

– Послушай, – сказал Коулмэн.

Джим прислушался. За стенкой все еще ругались и кричали. Но постепенно в шуме проявился смутно знакомый скрип пружин.

– Присаживайся, – сказал Коулмэн. – Они ненадолго.

Джим неловко присел на диван рядом с Коулмэном.

Коулмэн переключил телевизор на шоу Джерри Спрингера, где две страдающие ожирением усатые дамы дрались за сторонника супрематизма белой расы, пробравшегося в их туалеты.