Пуритане - Джек Кавано

Собравшиеся покидали дом Сайреса Фермана по одному. Энди ушел предпоследним, перед Дэвидом Купером.

— Я глубоко раскаиваюсь в том, что в гибели Кристофера Мэтьюза есть и моя вина, — сказал Энди сапожнику. — Я знаю, как сильно он любил вас. Надеюсь, когда-нибудь вы сможете простить меня.

Могучей волосатой рукой сапожник дружески похлопал Энди по спине.

— И еще кое-что. Я не хотел говорить это при всех… У викария была еще одна просьба.

— Какая же?

— Он просил меня позаботиться о Нелл и Дженни.

Купер обнял Энди за плечи.

— Об этом можешь не беспокоиться, сынок, — сказал он. — Их уже нет в городе. Я отправил их подальше от Эденфорда.

— Куда?

Сапожник покачал головой.

— Это уже не твоя забота, сынок. Не волнуйся, они в надежном месте.

— Что это?

Главный констебль сидел за столом, держа в руке измятый клочок бумаги. На нем были написаны ряды цифр. Перед ним стоял Элиот Веннер.

— Тупоголовый сын сапожника пытался спрятать от меня этот листок. Когда я вошел в мастерскую, он расшифровывал эту записку.

Главный констебль сложил руки на животе. В желудке у него урчало. До ленча было еще часа два. Так долго ему не выдержать.

На листке было написано следующее: (20/16/13/17/24/23). (21/4/18/33/29/9), (28/9/17) (20/16/4/18/13/21/19/6/4/16/19/22/33).

(18/4/28/4/16/19) (4/20/21/9/16/36). (20/19/8/21/19/5/18/19/22/23/ 13) (20/19/12/8/18/9/9).

В правом верхнем углу стояла цифра «3», обведенная кружком, а под первой цифрой послания — буква «п».

— Это почерк Джеймса. — Элиот наклонился и ткнул пальцем в цифру «3» в кружке и букву «п». — Могу добавить и кое-что еще. Здесь не обошлось без Энди Моргана.

— Энди Морган? Да он просто спятил, если решил появиться здесь!

Элиот пожал плечами.

— Я видел этот шифр. Он использовал его при переписке с епископом.

— Значит, ты сможешь расшифровать письмо.

Элиот покачал головой.

— Нет. Этот шифр знают только епископ и Энди.

Главный констебль задумчиво потер тройной подбородок. Похоже, утро обещало быть интересным, и время до ленча пролетит незаметно.

— Цифрами обозначены буквы, — сказал он. — Номер двадцать — это буква «п», — он выпрямился и закричал: — Все понятно! Один — это «а», два — «б» и так далее.

Загибая пухлые пальцы, он дошел до буквы «п» и снова склонился над письмом.

— Не получается, — удивился он. — «П» — семнадцатая буква, а не двадцатая.

— Я же говорю, что Джеймс Купер — болван, — подтвердил Элиот. — Наверно, он что-нибудь перепутал.

Эта мысль показалась главному констеблю разумной. Загибая пальцы, он начал переводить послание.

— Что получилось? — спросил Элиот, когда главный констебль расшифровал первое слово.

— Т-О-Л-П-Ц-Х, — прочел тот и откинулся на спинку стула. — Интересно, что означает эта тройка в углу?

— Возможно, кодовый номер Джеймса, — предположил Элиот. — Энди — это номер один, кто-нибудь еще — номер два, а Джеймс — номер три…

— Нет. Не забывай, что тройка написана рукой Джеймса.

— Разгадка должна быть очень простой. Умом Джеймс не блещет.

— То-то и оно! — главный констебль поднял глаза. — Он написал эту цифру, потому что он олух! Это ключ к шифру!

Элиот не понял.

— В этом письме двадцать — это «п», так?

Элиот кивнул.

— Но в алфавите буква «п» — семнадцатая.

Элиот кивнул опять.

— Еще не понял? — Главный констебль наслаждался тем, что он разгадал тайну быстрее Элиота. Впрочем, по его мнению, это было неудивительно. Больше всего Хоффмана раздражало то, что он вынужден якшаться с теми, кто глупее его и хуже образован.

— Все очень просто, — сказал он. — Сколько получится, если от двадцати отнять семнадцать?

— Три.

— Вот именно! — Главный констебль ткнул пухлым пальцем в цифру три в верхнем углу.

Элиот поднял брови. Он понял, в чем дело.

Главный констебль снова расшифровал первое слово, на этот раз предварительно вычитая из каждого числа три. Покончив с первым словом, он победоносно улыбнулся. Расшифровав письмо до конца, он прочел его вслух:

— «Плимут. Раньше, чем планировалось. Начало апреля. Подробности позднее».

— Они собираются бежать!

— Пока я — главный констебль, у них ничего не выйдет. Вызови ко мне начальника городской стражи. К апрелю солдат здесь будет больше, чем горожан.