Репутация герцога - Сюзанна Энок

— Ты слишком беспокоишься. Король Кентал дал мне земли, а Испанию сейчас куда больше интересует Бонапарт, чем король Коста-Хабичуэлы. Я навел много справок, прежде чем попросил, чтобы нас представили герцогу Мельбурну. Он знает, что в случае неудачи здесь мы отправимся в Пруссию или во Францию. Англия хочет иметь зацепку в Центральной Америке и совсем не желает, чтобы ее имела Франция. Наш риск минимален, Жозефина, в нашем проекте заключена возможность очень большой прибыли.

— Ты гений, отец, я всегда это говорила, — ответила она.

Это прекрасный замысел. Ее отец стратег. И если глава Английского банка сэр Генри, Мельбурн или любой владелец нескольких лишних фунтов упустят возможность вложить деньги в их проект, они будут глупцами.

— Спасибо. И конечно, если дочь короля выйдет замуж за главу одного из старейших, уважаемых и самых богатых семейств Англии, это поможет Коста-Хабичуэле больше любых слов. Как я сказал, я провел изыскания.

И тот самый человек целовал ее всего час назад. Мельбурн целовался как сам дьявол — огонь и никакой пощады. Он фактически измял ее. Ее пульс зачастил сейчас только от одной мысли о поцелуе.

— Подходит он для наших целей или нет, Мельбурн не дурак. Он поймет, что мы с тобой заодно, если уже не понял.

— И что в этом такого? Он герцог, а ты принцесса.

— Два года назад я не была принцессой. А Гриффины герцоги чуть ли не со времен Цезаря.

— И все же он мужчина, а ты, моя дорогая, очень привлекательная молодая леди двадцати двух лет.

— Двадцати пяти.

— Думаю, вдовые герцоги предпочитают молодых и девственных. Ради Коста-Хабичуэлы можешь сбросить три года. — Он снова улыбнулся дочери, его светлые усы дрогнули. — Даже когда я был капитаном Эмбри в армии Георга Третьего, даже когда я был полковником Эмбри в войске Боливара, ты была принцессой. Для чего мы с матерью обеспечивали тебе лучших наставников и дали блестящее образование, как ты думаешь? Чтобы ты вышла замуж за фермера или лавочника? Я всегда говорил, что все происходит по…

— …определенной причине, — закончила она с улыбкой. — Так что тебе было предназначено стать королем Коста-Хабичуэлы.

— Да. Это второе самое большое достижение моей жизни… после тебя. — Он снова поцеловал дочь в лоб. — А тебе предназначено выйти замуж за столь могущественного человека, что в юности я не осмелился бы глаза на него поднять.

Дрожь охватила Жозефину, то ли от ожидания, то ли от страха. Мельбурн прекрасно целуется, но если он сообразит, что его влекут куда-то против его желания, последствия будут бедственные.

— Ты знаешь, покойная жена родила ему дочь.

— Знаю. А ты дашь ему сына. И страну в управление. — Он вытащил карманные часы, когда у подножия лестницы появился капитан Милтон. — Пора. Что ж, встретимся с банкиром.

Впечатление, которое они произведут сегодня на сэра Генри Спаркса, — это самое важное в их поездке в Англию. Жозефина знала, что отец репетировал свои аргументы долгие недели, хотя надеялся, что они не понадобятся. Что касается ее, она готова быть царственной и уверенной, какие бы оскорбления ни нанес ей Мельбурн. У нее хорошая голова, и она тоже провела собственные расследования.

Когда карета остановилась у широких ступеней, ведущих в здание банка, Жозефина, наклонившись мимо мистера Оррина, делового советника отца, выглянула в окно. На ступенях стоял невысокий полный мужчина с редкими седыми волосами. Рядом, в темно-синем и сером, возвышалась стройная фигура Мельбурна.

— Точно в срок, — пробормотал отец, ступив на землю, и подал Жозефине руку. — Хороший признак.

Она на это надеялась. Когда Мельбурн взглянул на них, она кожей почувствовала пристальный взгляд его темно-серых глаз, даже сквозь элегантное зеленое платье, которое надела для такого случая. Жозефина сопротивлялась желанию коснуться маленькой серебряной диадемы в волосах. Она надевала это украшение только раз и считала, что это лишнее, но отец сказал, что от этой встречи зависит их будущее.

— Ваше величество, ваше высочество, — сказал герцог, склонив голову, — позвольте представить сэра Генри Спаркса, директора банка. Сэр Генри, Стивен Эмбри, король Коста-Хабичуэлы, и его дочь, принцесса Жозефина.

Директор банка поклонился с куда большим уважением, чем Мельбурн.

— Рад познакомиться с вами, ваше величество, ваше высочество. Его светлость сказал, что вы желаете обсудить со мной некоторое дело.

— Действительно желаем, — сказал король с легкой улыбкой.

— Тогда прошу в мой кабинет.

Когда они последовали за сэром Генри в большое здание, служащие и клиенты останавливались посмотреть на них. Они, вероятно, узнали Мельбурна, но она, ее отец, их советник и два телохранителя, должно быть, тоже произвели впечатление.

Они сидели за большим столом красного дерева в центре небольшого, но прекрасно оборудованного кабинета. Сэр Генри предложил место за столом Мельбурну, но герцог вместо этого прислонился бедром к низкому шкафчику. Оррин стоял за спиной ее отца.

— Итак, ваше величество, — начал банкир, — что я и наш банк можем сделать для вас?

— Прежде чем ответить, я хотел бы сообщить вам немного информации непосредственно о себе и Коста-Хабичуэле.

— Разумеется.

— Я родился в Корнуолле и благодаря влиянию моего семейства купил в семнадцать лет патент лейтенанта. Через десять лет, став капитаном, я решил, что мне это наскучило, продал свой чин и решил путешествовать.

— Замечательно, — прокомментировал сэр Генри.

Жозефина не думала, что в его устах это комплимент.

— Спасибо. Однако мое истинное приключение началось, когда я достиг северо-восточного побережья Южной Америки. Вскоре я услышал разговоры о тяжелом испанском правлении и о растущем движении, целью которого было вынудить Испанию оставить американские территории. В это же время я был представлен генералу Симону Боливару, защитнику народа. Очевидно, я произвел на него такое же впечатление, как он — на меня, поскольку он предложил мне чин майора в его войске.

Долгие годы мы сражались вместе, освобождая от испанцев город за городом, долину за долиной. Я получил продвижение по службе, под моим командованием был теперь полк. Встретил мою будущую жену, Марию Констанцу-и-Венецию, женился и имею дочь Жозефину.

— Это просто очаровательно, ваше величество, но…

— Пожалуйста, позвольте мне закончить, сэр Генри, — перебил Эмбри. — Уверяю вас, все это важно.

— Продолжайте, — спокойно сказал Мельбурн.

Жозефина предположила, что он оценивал слова ее отца куда серьезнее, чем сэр Генри. В конце концов, если банк решит выпустить облигации, чтобы помочь развитию Коста-Хабичуэлы, это отчасти произойдет по воле герцога. Даже на Ямайке все знали о семействе Гриффин, их безупречной репутации и непревзойденном влиянии. Да, инвестиции — это пробный шар, с низким риском, но Мельбурна, как и сэра Генри, нужно убедить в этом.