Летний сон в алых тонах - Кристоффер Хольст

Ина Леандер жила в усадьбе, смахивающей на старинный дом с привидениями. Ее родители приобрели имение больше двадцати лет назад, еще до того, как на Буллхольмене построили гавань и на острове стали появляться летние туристы.

Дом был высотой в три этажа, выкрашен в белый цвет и с мраморными колоннами у входа. Когда семья Леандеров туда переехала, усадьба считалась объектом, подлежащим капитальному ремонту. И, честно сказать, до сих пор им считается. Мама Ины, Луиза Леандер, обожает ремонты и прочие проекты. И это был далеко не первый и не последний дом, который она купила в своей жизни. Вначале ее планы всегда выглядели грандиозными. Снести, отстроить заново, отделать, обставить. Но когда договор купли-продажи оказывался подписан, а временная мебель перевезена на новое место, интерес постепенно начинал затухать. И вскоре Луиза Леандер находила новый объект, подлежащий реновации.

Усадьбой на Буллхольмене было удобно пользоваться все эти годы. В этом не было никаких сомнений. В то время как родители Ининых друзей платили за каждую ночь простоя яхт в гавани острова, у Ины и ее семьи имелась отдельная бухта рядом с домом, где можно было побыть одному и хорошенько отдохнуть или же закатить хорошую вечеринку. Все зависело от настроения. А поскольку дом все-таки был довольно ветхим, то не надо было бояться, что что-нибудь в нем сломается или испачкается.

Но Луиза с семьей приезжала сюда лишь в начале лета, а так дом по большей части пустовал. Время от времени то одна, то другая семья снимала его на несколько месяцев, после чего в дом являлась уборщица и вычищала все до блеска. И все равно каждый год в июне, когда в замке поворачивали ключ, дом вызывал щемящее чувство тоски. Дом пах пылью. Пах одиночеством и запустением.

Раньше Ина никогда не бывала здесь одна. Ей этого не хотелось. Луиза и ее муж Йоран несколько раз приезжали сюда без Ины, когда хотели устроить себе романтический осенний уикенд. Они жгли костер, выпивали по нескольку бокалов «Амароне», а потом засыпали, опьяневшие, под шум ноябрьских волн, бьющихся о скалы.

Но неделю назад Ина Леандер решила самостоятельно наведаться на Буллхольмен. И неважно, что ей всего девятнадцать лет – неужели она не сможет прожить неделю или две в доме, который знает как свои пять пальцев? У Луизы и Йорана на этот счет имелись большие сомнения. Тебе в самом деле так хочется побыть одной на Буллхольмене? Почему бы тебе не поехать с нами в Дубай, милая? Неужели ты не побоишься спать одна в таком большом доме?

Разумеется, Дубай это здорово. Впрочем, даже не будь это так здорово, у Ины все равно оставались два сезона американского реалити-шоу «Сестры Кардашьян», которых она еще не видела. Она никогда не устанет смотреть, как армянские сестры пьют холодный чай из «Старбакса» и поедают салаты в своем доме стоимостью в сто миллионов.

Но Ина твердо решила. В этом году праздник летнего солнцестояния она встретит на Буллхольмене. Впрочем, причина ее решения была всего одна. И называлась она Бенжамин Хамрен.

В интернет-блоге Каролины Ина прочла, что та будет отмечать праздник вместе со своей семьей и яхтой на Буллхольмене. А если Каролина там будет, то и Бенжамин тоже. Это уж как пить дать.

Теплый летний дождик стучит по стеклам окна в кухне. Ина сидит над кружкой с горячим чаем, и от поднимающегося вверх пара с ее ресниц начинает течь тушь, но ей плевать, что она выглядит как енот. Ведь в ее голове столько мыслей. Она приехала на этот остров, имея при себе план. Но потом все полетело к черту.

Потому что этой ночью убили ее лучшую подругу детства.

А сегодня утром полиция арестовала парня, которого она любит с пятнадцати лет.

Ина делает глоток горячего чая и обжигает себе горло.

Перед ней на пыльном кухонном столе лежит ее айфон (в чехольчике в виде баклажана) и фотоальбом. Мама так и не позвонила. Должно быть, в Дубае не нашлось достаточно хорошего вайфая, чтобы она смогла прочесть новости и узнать, что некая девятнадцатилетняя девушка найдена мертвой на Буллхольмене. А то бы непременно подавилась трубкой от кальяна.

Ина должна отправить ей эсэмэску и сообщить, что с ней все хорошо. Должна рассказать. Но она не может. Потому что если она так сделает, это будет означать, что все случилось взаправду. А она еще не готова столкнуться с такой правдой. Не готова набрать буквы, которые сложатся в слова:

Каролина мертва.

Ина также собиралась отправить сообщение Бенжи, но это и подавно плохая идея. Полиция наверняка забрала у него телефон, а Ина не хочет, чтобы кто-то еще, кроме Бенжи, читал то, что она напишет.

Стоит Ине зажмуриться, как перед глазами возникает картинка. Его загорелое тело, непослушные волосы, торчащие во все стороны, стоит ей стянуть с него кепку, мускулистый живот, фиолетовые плавки…

Она сглатывает.

Вчера ночью она была так близко. Так близко к тому, чтобы получить то, о чем она давно мечтала. Много лет. И когда она спала с другими, то всегда представляла его. И о нем она мечтала, просыпаясь по утрам и желая уснуть снова.

Когда Каролина вчера вечером пронеслась мимо них во дворе гостиницы и Бенжамин бросился за ней следом, Ина осталась одна. Она докурила свою сигарету и как раз собиралась вернуться в бар и утопить свое горе в джине с тоником. Но тут ее окликнули по имени. Он вернулся. И снова стоял перед ней. Бенжамин. Долгое время они просто смотрели друг на друга. Он был пьян, и она это видела. Ина знала, каким может быть Бенжамин, когда напьется. Сама не раз наблюдала. В такие моменты все границы и правила переставали для него существовать.

Он шагнул к ней и прижался губами к ее губам. Вкус табака, сахара и слюны. В точности как ей хотелось. Он взял ее за руку и повел за здание гостиницы, прочь, через высокие кусты смородины. Там они упали на прохладную траву. И пусть это было неправильно, но это было так фантастически прекрасно. Вначале. Но потом он остановился. Она еще раздеться не успела, как он внезапно попятился и встал. Застегнул ширинку, покачал головой и снова натянул свою кепку.

А Ина почувствовала, как ее захлестывает паника. Потому что все, чего ей хотелось, это снова повалить его на траву. Стянуть с него джинсы, раздвинуть свои ноги и впустить его в себя. Чтобы он заполнил ее, чтобы они стали единым целым. Она хотела закинуть ему на спину руки, прижать его к себе, ощутить вес его тела.

Я не могу. Вот что он сказал. Я не могу. А потом ушел и оставил ее.

Потому что он желал только Каролину. И никого другого. Каролину Аксен. Девушку, у которой и так уже было все и даже то, о чем Ина так давно мечтала. Бенжамин.

Но теперь у Каролины Аксен больше нет ничего. Даже пульса.

Ина берет со стола смартфон. Какое-то время пристально смотрит на фотоальбом. После чего звонит по номеру, который она не набирала уже очень давно.