Когда мы встретимся вновь - Елена Лабрус

Они договорились встретиться в воскресенье на катке.

Вернее, на автобусной остановке, что находилась у дома Эрики.

А каток находился в глубине большого парка.

Эрика сняла эту квартиру в пригороде как раз потому, что куда бы они ни шли — в садик, на работу, в магазин — всегда можно забежать в парк покататься на качелях, или покормить карпов в большом пруду, или собрать большой букет осенних листьев или, как сегодня — поваляться в снегу.

Майку она сразу сказала:

— Я буду с детьми. — «И это не обсуждается!»

И он, очевидно, был хорошо воспитанным человеком — даже искренне изобразил радость. Иллюзий на этот счёт Эрика не строила. Но Нина и так возилась с малышами всю рабочую неделю: отводила в сад, забирала, гуляла, занималась с ними сама и когда приходили репетиторы. Домашние задания, поделки, баловство — всё доставалось ей. А ещё готовка, стирка, уборка. Эрика с этой новой работой в центре уезжала затемно и возвращалась затемно третий месяц. Но в выходные как могла старалась дать сестре отдохнуть, и дети были с ней.

Они с малышнёй вышли из подъезда и уже повернули в сторону остановки, когда её окликнул знакомый голос:

— Эрика!

«Да вашу ж меня! — выругалась она, а дети понеслись назад с криками «Алый!» — Ему-то я позвонить как раз и забыла».

— Привет! — развернулась она, улыбнулась. И решила сразу с этим и покончить, с тем что забыла сделать вчера. — Спасибо большое за подарки!

— Но? — поздоровавшись с Данилом по-мужски за руку и обняв Глафирку, Алый засунул руки в карманы тёплого «бомбера» и вид у него был недовольный и обиженный. — Ты же что-то хотела добавить ещё? — спросил он с вызовом. — Спасибо, но?

— Не надо было, Алый.

— Не надо было что? Дарить детям игрушки? Привозить фрукты? Или в принципе приезжать? — шагнул он к Эрике. Ей пришлось поднять голову, чтобы заглянуть в его волевое жёсткое лицо с трёхдневной щетиной. Красивой густой щетиной, неожиданно тёмной для его светло-русых волос. И глаза цвета мечты смотрели на Эрику холодно.

— Не надо было дарить им подарки до Нового Года, — сделала она шаг назад, игнорируя и его вызов, и саму причину его злости. Но тут и к бабке не ходи, было ясно, что теперь он будет давить. Он устал ждать, устал уговаривать её выйти за него замуж. Устал быть добрым, терпеливым и понимающим. И вот-вот поставит ультиматум. А пока просто предупредил, что запас его прочности на исходе и Эрике придётся определиться.

— На праздник я подарю им другие, — и как сказал классик, арктические льды по сравнению с его взглядом казались горячими пирожками.

— А мне подаришь? — улыбнулась она как ни в чём ни бывало, невинно и кокетливо. Но он же не рассчитывал, что она, Эрика Максимова, испугается. Да она даже обязанной себя не чувствовала. И пусть в кармане у неё осталось не больше тысячи до зарплаты, справится. Да, она плохая, злая, упрямая девочка. И она не из тех, что бегают за богатыми дяденьками, размазывая по лицу сопли.

— А что ты хочешь? — заинтересованно потеплел взгляд Алого.

— Удиви меня, — сделал она ещё шаг назад и махнула близнецам, возившимся в снегу: — Дети, пошли!

И они пошли. Оставив Алого скрипеть зубами так, что даже Майк это заметил.

— Не хочу показаться, э-э-э, забыл, как это по-русски… оbsessive… — почесал он затылок. — В общем, тем, кто лезет не в своё дело. Но этот парень, я видел, вы разговаривали. И он был чем-то расстроен.

— Алый? — оглянулась Эрика, словно после того как она познакомила детей с Майком, и они прошли уже пол парка, он всё ещё мог стоять у неё за спиной. «Я бы сказала: чертовски зол, а не расстроен», — усмехнулась она. — Он друг семьи.

— Алый?! — удивился Майк. — Это никнейм?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍