Древний Рим. Имена удовольствий - Регина Грез

Кто бы еще видел выражение лица этого полководца! Не похоже, чтобы он очень проникся моим бедственным положением… Консул быстренько повязал поясом короткую рубашку, то есть тунику, что подал ему юноша — слуга и кинулся в мою сторону, а я так испугалась и растерялась, что не смогла удержаться и сорвалась со стены прямо ему на руки.

— Ой, спасибо! Вы меня просто спасли! Я была в отчаянии… почти… совсем. Надо же, у вас голубые глаза, а я думала, что все итальянцы — черноглазые, а уж древние римляне и подавно.

Консул немедленно поставил меня на землю и я чуть-чуть поклонилась ему в знак благодарности и зачем-то даже захлопала в ладоши, уж очень рада была снова оказаться внизу.

— Какие еще древние римляне… Хм… Значит, твое имя — Наталия? И откуда ты прибыла в Великий город?

— Я из Этрурии…

— Ты не похожа на тамошних женщин, у тебя северные черты лица… ты была рабыней?

— Нет же! Я родилась и умру свободной женщиной! Выдумали тоже… И, вообще, я против рабства и эксплуатации военнопленных. И ваша политика экспансии…

Тут я прикусила язык. И очень даже вовремя. Потому что, вести такие речи перед римским полководцем было крайне неразумно, однако Гай Марий отчего-то вдруг рассмеялся.

— Жаль, что женщинам запрещено выступать в Сенате, ты бы там могла затмить своими речами самого Петрония Главка. Странная ты женщина, Наталия… как твое полное имя?

— Русса… я — Наталия Русса! Скажите, вы не сердитесь за тот камень? Вам не очень больно было? А, можно мне поискать у забора мой золотой шнурок? Честно, эта вредная птица уронила его где-то с вашей стороны, как только я его найду, сейчас же уйду к себе и избавлю вас от дальнейших хлопот. Обещаю!

Эта женщина, и правда, была очень странной. Одета как мальчишка — подросток… хотя сама уже не так и юна… опять же, зачем-то залезла на забор, разговаривала так замысловато и дерзко… и так много… Гай Марий задумчиво смотрел на девицу перед собой и не мог понять, что за «птица» залетела в его сад и нет ли в этом какого умысла богов. Консул поднял голову и стал наблюдать за ясным небом… давняя привычка, еще с тех времен, когда его, молодого, но подающего большие надежды воина, назначили управлять сотней легионеров. Опытный декан Геллий, прошедший немало страшных боев, негласно взял командира под свою опеку:

— Если нужно принять решение — обрати взор к небесам. Одинокий ворон — есть дурной знак! Стайка мелких птиц — тревоги и склоки, пустая трата сил…

Сейчас же из под крыши большого двухэтажного дома Каррона вылетала пара красноватых римских голубей и, забавляясь друг с дружкой, пронеслись почти над самой головой консула и его удивительной гости.

— Хорошо! Можешь искать здесь свое украшение, а после Артик проводит тебя до ворот. Меня ждут дела!

Мужчина отвернулся и вместе со своим чернокожим спутником быстро удалился по усыпанной гравием дорожке в сторону дома. Я же осталась наедине с миловидным рыжеволосым юношей, который в отличие от своего патрона смотрел на меня с вежливой улыбкой.

— Тебя зовут Артик? А ты откуда? Из Галлии… Получается, ты почти француз, тогда почему рыжий… А чем ты тут занимаешься? Сильно тебя угнетают эти римляне, да? Нет… значит, повезло! Поможешь, мне шнурок найти? А что это за растение… ой, правда? Такое ядовитое… Так чего же оно у вас прямо во дворе растет? Только если его пожевать… нет, нет, я листьями не питаюсь… А этот Консул ваш, он очень строгий… и что, до сих пор один? И даже не нравится никто… вот же проблема… а он ничего, симпатичный… когда не хмурится…

Через полчаса мы с Артиком сообща нашли в траве мой злополучный шнурок, еще поболтали немного о всяких римских сплетнях и расстались у ворот Клодия совершенными друзьями.