Шейх моей сестры - Каролина Дэй

— Если бы я не взял его себе, европейцы бы зашугали его до смерти, а собаки загрызли бы.

— Ты подобрал его с улицы?

— Да. В моей квартире в Мадриде ему нравилось больше, но и тут с ним неплохо обращаются.

Котик сразу присел, чтобы прыгнуть на плечи хозяина, но Карим строго посмотрел на него и сказал «нет». Какой строгий хозяин у тебя, Зейн. Он словно понял хозяина с полуслова и обиженно вышел из комнаты.

— Он, наверное, обиделся.

— Ничего страшного, я задобрю его угощением.

— У тебя есть только кот?

— У меня да. У моих кузенов есть тигр, однако он содержится в специальном заповеднике. Мы не имеем право заводить животных забавы ради. Дядя всегда учил, что нужно брать ответственность за тех, кого приручаешь.

— Сколько у тебя кузенов? — внезапно спросила я.

— Гугл тебе не подсказал?

— Я у него не спрашивала.

Мужчина тут же посерьезнел и присел на кровать возле меня. Он все ещё держал расстояние, и я снова почувствовала аромат свежести и легких мускусных ноток. Но лишь на мгновение. Потому что потом я взглянула в его выразительные карие глаза и не заметила в них той игривости, присутствующей в нем до этого.

— У нас будет достаточно времени, чтобы узнать друг друга поближе. У меня два кузена с папиной стороны отца и три кузины со стороны матери. А также младший брат и сестра.

— Сестра старшая или младшая?

— Близнец. Но я родился на пять минут раньше.

Не знала, что у него есть близнец. То есть по дворцу может ходить его женская копия? Теперь у меня не будет проблем с тем, чтобы распознать его сестру. Странно, что я не заметила ее на свадьбе. Интересно, я увижу ее сегодня на праздновании?

— Теперь моя очередь задавать вопросы.

Карим придвинулся чуть ближе и задал роковой вопрос:

— Кто этот парень со свадьбы?

Глава 11

— Кто этот парень со свадьбы?

Я перестала дышать и опустила глаза. Я не видеть больше эту серьезность, не желала слышать уверенный тон, которым он задал вопрос. Воспоминания вчерашнего позора вновь обрушились на меня. Я никогда не прощу себя за то, что так сильно ошиблась в человеке, что доверилась ему и позволила приблизиться к себе морально во время учебы. Джахид не был против нашего общения, брат всегда понимал меня, но он, видимо, тоже был ослеплен доброжелательностью Шахира.

— Мой одногруппник.

— Просто одногруппник?

Этот разговор казался мне неловким, ненужным. Он касался лишь меня и моей приватной жизни. Моего прошлого и моих ошибок. Но я понимала, что не должна врать мужу. Аллах накажет меня за это и спросит за это в судный день.

— Он должен был пойти к отцу после окончания университета. Но я рассталась с ним, когда ты сказал…

— Вы были с ним близки? — перебил меня Карим.

Я не спрашивала, почему он так жестко задавал вопросы. Почему не отрывал от меня серьезный взгляд, словно пытался заменить детектор ли. Стоило мне вспомнить, как на меня смотрел отец в ожидании ответа, как яростно выкрикивал слова Шахир, я готова была покрыться краской.

Казалось, все гости и родственники готовы были напасть на меня, однако мой остановил всех и увел меня из холла. Он увел меня от позора, заставив замолчать всякого оклеветавшего меня. Наверное, Аллах за этим послал Карима на мой путь. За тем, чтобы быть защитником и опорой в моей жизни.

Тем, кем когда-то был Шахир…

Мой муж должен верить мне.

— Да. Он защищал меня от травли на первом курсе, помогал с домашним заданием, знакомил с культурой запада, поддерживал, если на меня смотрели косо на улице.

— Я имею в виду физическую близость.

Я почувствовала, как краска прилила к лицу, а пальцы подрагивали под рукавами моей сорочки. Этот вопрос возмутил меня больше, чем вопрос о самом Шахире.

— Но… но я…

— Ты девственница?

Он придвинулся еще ближе. Внимательные карие глаза цепляли, я не могла оторваться от них. Но дело не в цвете или каком-то притяжении, как при первой встречи. Он желал услышать четкий ответ, и я выпалила его шепотом, практически в его слегка приоткрытые губы.

— Да…

Я не понимала, к чему этот вопрос. Перед свадьбой я проходила обследование, и папа разговаривал с шейхом по поводу моего здоровья. Они наверняка смотрели мою карточку, пока Назира следила, чтобы доктор не написал ничего лишнего.

— Прекрасно.

Карим резко отодвинулся на огромное расстояние. Его наступление закончилось, а я позволила глотнуть в легкие влажный воздух с залива. Почему напряжение все время сковывало меня, когда рядом находился этот мужчина?

— Теперь нужно убедить гостей со свадьбы, что ты не распутная женщина.

Что?

Я не знала, что чувствовать: стеснение и неловкость или злость и ярость. Эмоции смешались во мне, словно я закинула их в миксер, как ингредиенты для смузи, и пыталась сделать однородную массу. Но они как вода с маслом — смешиваются. И масла, то есть злости, оказалось гораздо больше, чем стеснения.

— Зачем кому-то что-то доказывать? — осмелилась спросить я.

— Ты жена члена королевской семьи, Амина. И ты подвергла мою честь сомнению. Я не хочу

— Ты мог попросить справку от врача перед свадьбой. Я проходила полное обследование. Гинеколог скажет, что я невинна.

— Я доверился слову твоего отца. Кажется, он тоже ошибся на этот счет.

Он сомневается в словах папы? Человека, который имел немалый вес в обществе и в чьих словах не сомневался никто в Эмиратах? Одного из самых влиятельных бизнесменов, кто продвинул продажи и туризм в стране на несколько шагов вперед?

— Завтра к тебе придет врач и подтвердит девственность.

Я приоткрыла рот, чтобы возразить мужчине, однако он развернулся и направился к выходу. Что он творил? Он пошутил? Как же слова о доверии? О защите? Или он защищает меня от самого себя или себя от моего позора?

От злости у меня затряслись пальцы рук, и я попыталась сжать их в кулак. Что там говорили о счастливой семейной жизни? Что я буду купаться в золоте и жить как в сказке за спиной влиятельного и богатого мужа? Кто-то забыл добавить ментальное состояние помимо материального.

Это унизительно для женщины. Унизительно для меня.

— Ты считаешь, это нормально?

Он остановился у дверей, так и не коснувшись позолоченной ручки и развернулся.

— Что нормально? Что ты унизила меня? Нет.

— К чему эти проверки?

— Я хочу убедиться, что ты девственница.

— Ты мог убедиться в этом в брачную ночь.

Кто тянул