Влюбленный Дед Мороз - Ольга Арсентьева

Екатерина Сергеевна, стоя перед большим зеркалом рядом с гардеробом, застенчиво глянула на отражение математика. Хорош, ничего не скажешь, хорош! Высокий, тонкий, изящный… хоть спереди и не походит на Киану Ривза, а все равно хорош! Если б не слишком умное выражение лица, был бы вообще красавец.

Но и она сегодня выглядела недурно — два часа между педсоветом и встречей с Олегом у метро «Горьковская» были потрачены не зря.

Волосы почти не примялись меховой шапкой. Французская тушь на ресницах не осыпалась и не растеклась от налипших снежинок.

На щеках — нежный румянец, на губах — грамотно подобранный оттенок вишневой помады. Любимое темно-зеленое, под цвет глаз, платье выгодно облегает фигуру, подчеркивая то, что следует подчеркнуть, и маскируя то, чему лучше остаться незамеченным.

— Я очень рассчитываю на сегодняшний вечер, — доверительно сообщил Олег, когда они поднялись по лестнице к холлу.

Екатерина Сергеевна вздохнула; сердце ее радостно затрепетало.

«Ну и что с того, что я на три года старше, — вдруг пронеслась в голове шальная и, конечно же, преждевременная мысль. — Какое это имеет значение? Я еще и родить могу!»

Но Вещий Олег тут же разрушил очарование.

— Я застрял на одном месте и никак не могу двинуться дальше. В таком случае любая мелочь, любой пустяк могут послужить… А уж музыкальная вещь с таким названием… Вы понимаете?

Екатерина Сергеевна уныло кивнула.

Они вошли в зрительный зал.

— Поэтому я здесь, — повторил Олег, уверенно ведя свою даму к шестому ряду партера.

— Но что привело сюда вас, литератора и вообще гуманитария?

Екатерина Сергеевна запаниковала. Сказать, что в свободное время она так же, как и он, мучается над альтернативным доказательством? Ага, а если он заведет с ней разговор, так сказать, по существу?

Делая вид, что не слышит вопроса, она оглянулась по сторонам.

— Ой! — радостно воскликнула она, — смотрите! Там, на другом конце ряда, Нина Соболева с отцом! Ну, Нина, мама моего Мити Соболева!

Никогда еще Екатерина Сергеевна не была так рада видеть Нину.

Олег, не догадываясь о причинах подобного восторга, нехотя оглянулся.

* * *

— Ой, — радостно воскликнула Нина, — ой, папа, смотри! Там, на другом конце ряда, — Катя со своим Олегом! Ну, Катя, Екатерина Сергеевна, Митькина классная руководительница! Я тебе про нее рассказывала!

Александр Васильевич Соболев, не догадываясь о причинах подобного восторга, повернул в ту сторону свою увенчанную роскошной серебристой шевелюрой голову.

— Где-то я уже видел этого молодого человека, — задумчиво произнес он.

— Какая же Лилия молодец! — продолжала восхищаться Нина. — Только вчера Катя сказала в Клубе, что хочет сойтись с математиком, а он весь из себя такой неприступный… и вот вам, пожалуйста! Сегодня они вдвоем пришли на мюзикл!..

— Уже третий звонок, — мягко прервал ее Александр Васильевич, — в антракте, если хочешь, подойдем к ним. А кто такая Лилия?

Но тут в зале погас свет, и Нина не успела ответить.

* * *

— Знакомое лицо, — сказал Олег, — где-то я уже видел этого почтенного старца.

— Да? — удивилась Екатерина Сергеевна. — Он живет в Великом Устюге и в Питер приезжает редко. Вы, наверное, ошиблись.

— Может, и ошибся, — согласился Олег. — Хотя у меня хорошая зрительная память, а он…

Но тут раздались звуки увертюры, и на него зашикали сзади.

* * *

Музыка, если честно, оказалась так себе. По крайней мере, для Екатерины Сергеевны, любившей мелодии гармоничные и плавные, с выдержанным тактом и четким, но ненавязчивым ритмом.

Не очень ей понравились и исполнители, которые пели и плясали как-то лениво, без огонька. Но, глянув осторожно на сидевшего рядом Олега Павловича, она удивилась: на его худом горбоносом лице присутствовало выражение самого живого интереса.

«Скажу, что пришла сюда, потому что очень нравится музыка, — решила она. На всякий случай полезла в программку, уточнить фамилию композитора. Розенблюм… ни о чем не говорит. Ладно, не важно это! А важно, что ему нравится…»

Олег издал какой-то странный звук — то ли всхлипнул, то ли судорожно вздохнул.

Сзади зашипели. Екатерина Сергеевна, испугавшись, накрыла ладонью его вцепившуюся в подлокотник кисть. Олег, увидев у Екатерины Сергеевны программку, жестом попросил ее себе.

— Эврика? — нагнувшись к нему, шепотом спросила Екатерина Сергеевна.

Он буркнул что-то невразумительное — в зубах у него был зажат колпачок от паркеровской шариковой ручки. Сама ручка быстро записывала что-то на белых полях программки, которую Олег положил себе на колено. Екатерина Сергеевна, перегнувшись через подлокотник, попыталась разобрать, что он там пишет; но единственным знакомым ей символом оказался знак «равно».

— Интегрирование по эллиптическим контурам. Численным методом. В банаховом пространстве, — блестя глазами, сообщил ей Олег.

— Ну разве что в банаховом, — неуверенно согласилась Екатерина Сергеевна.

— А скоро антракт?

— Молодые люди, потише! Сколько же можно любезничать?!

— Извините, — обернувшись, виновато прошептала Екатерина Сергеевна.

* * *

— Вы не обидитесь, если я сейчас уйду? — едва дождавшись антракта, спросил Олег.

— Нисколько, — мужественно ответила Екатерина Сергеевна. — Мне и самой здесь не очень нравится. Этот мюзикл — не самая лучшая вещь Розенблюма…

При этих словах Олег взглянул на нее как-то странно.

— Кроме того, я обещала навестить заболевшую подругу, — продолжала Екатерина Сергеевна, — так что я тоже пойду.

Остатки джентльменских чувств заставили Олега спросить:

— А где живет ваша подруга?

— На Митрофаньевском шоссе, в доме номер тридцать шесть.

— Так это неподалеку от меня, я живу в тридцать восьмом.

«Знаю, — подумала Екатерина Сергеевна. — За небольшую шоколадку секретарше я досконально изучила твое личное дело. И про подругу наполовину правда — в тридцать шестой дом недавно переехала Нина Соболева со своим Митькой».

Вслух же она сказала:

— Надо же, какое совпадение! Значит, нам по пути!

* * *

— Ты смотри, они уже смылись! — воскликнула Нина. — Как у них быстро пошло на лад! Нет, все-таки Лилия — гений!..

— Ты второй раз произносишь это имя, — заметил Александр Васильевич.

— Ну да, да, Лилия — хозяйка нашего Клуба… Помнишь, я говорила тебе, что записалась в Клуб?