Влюбленный Дед Мороз - Ольга Арсентьева

Александр Васильевич слегка поморщился.

— Но ты еще не знаешь, чем мы там занимаемся. — Нина, понизив голос, отвела отца в оконную нишу, подальше от бродящих по фойе и разглядывающих макеты и фотографии зрителей.

— Ты, верно, думаешь, что это обычная служба знакомств — так нет! Мы там…

И Нина начала рассказывать. Александр Васильевич слушал внимательно, и ироническое выражение его красивого, моложавого под седыми кудрями лица, которое очень оживляли ярко-синие глаза, постепенно смягчалось.

— То есть получается, что мы с этой Лилией — коллеги, — совсем уж доброжелательно усмехнулся он, когда Нина, смолкнув, стала осматриваться в поисках буфета.

— Получается, так, — согласилась Нина, — только ты занимаешься чудесами под Новый год, а она и весной, и летом, и осенью… А вот где бы нам с тобой выпить чаю?

— Похоже, что негде. В соседнем зале только водка, коньяк и минеральная вода. Но знаешь, какая мысль пришла мне в голову?

— Нет, — радостно улыбнулась Нина, знавшая, что отцу приходят в голову лишь удачные мысли.

— Ну его, этот мюзикл. Не знаю, как тебе, а у меня Пьер де Ферма, одетый в лиловое трико и поющий каким-то фальцетом, не вызывает никакого доверия. Поедем лучше в «Восточный экспресс», там метрдотелем мой старинный знакомый и бывший сотрудник. Это нам по дороге, так что успеем вернуться домой до полуночи, как и обещали Мите.

* * *

Екатерина Сергеевна никогда раньше не бывала на Митрофаньевском шоссе и не представляла себе, где в этой мрачноватой, плохо освещенной, со старинными зданиями местности может располагаться дом номер тридцать шесть. Оказалось, что в самом конце, перед Кубинской улицей. Там год назад возвели три новостройки, но еще не успели облагородить территорию.

Но Олег, разумеется, хорошо знал свои окрестности и уверенно вел Екатерину Сергеевну сквозь белесую от свежевыпавшего снега темноту к самому дальнему семиэтажному силуэту.

Екатерина Сергеевна лихорадочно обдумывала дальнейшие действия. Олег явно стремился как можно скорее исполнить джентльменский долг, довести ее до нужного подъезда и вернуться домой к компьютеру.

Со стороны детской площадки доносились звуки откупориваемых бутылок и молодецкое ржание. Екатерина Сергеевна потянула Олега за рукав, намереваясь обогнуть площадку по очень широкой дуге, но было поздно. Их заметили.

Из теремка выбрались пошатывающиеся тени и преградили им путь.

— Эй, мужик, закурить не найдется?

* * *

— По-моему, у детской площадки что-то происходит, — сказал Александр Васильевич.

— Происходит, — согласилась Нина и, близоруко прищурившись, посмотрела в сторону площадки, — опять местные хулиганы драку затеяли. Хорошо, что Митька всегда возвращается домой засветло… — Она повернула в сторону своего подъезда.

— Подожди, — остановил Нину Александр Васильевич. — Там не только хулиганы. Там женщина. Двое зажали ей рот и тащат в подъезд, а остальные трое дерутся с мужчиной.

— Так надо вызвать милицию…

— Иди домой, — коротко отозвался Александр Васильевич. Скидывая на ходу овчинный полушубок, он молодой рысью рванул к детской площадке.

* * *

— Эй, дед, тебе что, жить надоело?!

Александр Васильевич, небрежно отмахнувшись от вопрошавшего, на всякий случай оглянулся. Двое тащивших в подъезд молодую женщину теперь лежали в снегу и отдыхали. Сама молодая женщина что есть силы лупила сумочкой по голове упавшего на колени третьего нападавшего.

Молодой человек в длинном, облепленном снегом черном пальто отбивался от четвертого, который был на голову выше его и по крайней мере в два раза шире. Молодой человек яростно хлюпал разбитым в кровь носом, но держался достойно, и Александр Васильевич решил пока не вмешиваться в поединок.

— Эй, дед, ты что, оглох? — не унимался пятый.

Александр Васильевич небрежно ударил его под дых, чтобы тоже успокоился, и присел на скамеечку у детской горки. Прибежала Нина с его полушубком, уселась рядом, тяжело дыша и возбужденно сверкая глазами.

— Он совсем не умеет драться, — заметил Александр Васильевич, указав Нине на катающегося по снегу в обнимку с громилой молодого человека, — но в смелости ему не откажешь.

Молодая женщина, добив сумочкой третьего, подбежала к ним.

— Нина!

— Катя!

— Ой, это вы, Александр Васильевич! Спасибо вам огромное, избавили меня от этих мерзавцев… а Олегу вы разве не поможете?!

Александр Васильевич внимательно посмотрел на Екатерину Сергеевну. Потом перевел взгляд на дерущихся. Потом снова посмотрел на нее — прямо в ее расширенные от пережитого страха темно-зеленые глаза — и мягко и убедительно произнес:

— В этом нет нужды. Он справится и сам.

И Екатерина Сергеевна против воли почувствовала, что успокаивается. К тому же отец Нины оказался прав. Буквально через несколько секунд Олег, изловчившись, ударил противника коленом в причинное место, и тот, истошно завопив, откатился в сторону.

* * *

— Идемте к нам, — предложила Нина, — помоетесь, почиститесь, и вообще…

Олег, приложив к носу наполненный снегом носовой платок, помотал головой.

— Спасибо, но нет. У вас ведь дома Митя. И он наверняка не спит. А я не могу показаться перед своим учеником в таком виде.

— Это верно, — поддержала Олега Екатерина Сергеевна, — перед своим учеником нельзя. Но вы не волнуйтесь, Олег живет совсем рядом, во-он в том доме. Я провожу его и окажу ему всю необходимую помощь!

— Совсем рядом, значит, — усмехнулась Нина, но отец взял ее под руку, и она замолчала.

— В таком случае — до свидания… наверное, уже в Новом году.

— Может, еще и в старом увидимся, — отозвался Александр Васильевич.

Мужчины крепко пожали друг другу руки.

— Спасибо, — хлюпнув носом, сказал Олег.

— Не за что. Рад был познакомиться, — сказал, улыбаясь, Александр Васильевич.

* * *

Причина, по которой наши герои почти одновременно появились во дворе домов тридцать шесть и тридцать восемь, была самая банальная — городской транспорт. Покинув ДК металлургов, Олег с Екатериной Сергеевной снова долго ждали троллейбуса, снова не дождались и пошли к метро пешком. Выйдя со станции «Балтийская», они опять ждали — на сей раз маршрутное такси — и тоже не дождались, и тоже пошли по Митрофаньевскому пешком.

За это время Александр Васильевич с Ниной, не испытавшие по дороге никаких затруднений, успели посидеть в «Восточном экспрессе», напиться чаю с любимыми Ниной трубочками с заварным кремом и вернуться к себе, в свой двор, в самый что ни на есть подходящий момент.

Митька и в самом деле не спал, дожидался мать с дедом. Но, поскольку окна их новой двухкомнатной квартиры выходили не во двор, а на улицу, он ни о чем происшедшем не знал и спокойно смотрел себе по телевизору американский фильм «Один дома».