Французский садовник - Санта Монтефиоре

— Ну, пока что Гас не успел покусать Рейфела.

— Гас образумится. Дай ему время. — Миранда озабоченно нахмурилась. Едва ли проблема с Гасом разрешится сама собой. — Ты не думаешь, что его стоит кому-нибудь показать? — нерешительно спросила она.

— Шринку? — ужаснулся Дэвид.

— Ну, детскому психологу.

— Только через мой труп. Я никому не позволю цепляться к моему сыну. Гас в полном порядке. Все его капризы исправит закрытая школа.

— Но до нее осталось ждать больше года, и вдобавок он не хочет ни в какой интернат.

— Мальчик переживает трудный возраст, надо набраться терпения. Он преодолеет этот этап, и все образуется. Тебе просто нужно внимательнее следить за ним. Не спускай с него глаз. Он ведь всю неделю на твоем попечении. Все зависит от тебя.

— Похоже, сейчас ты мне скажешь, что семья, как и всякий бизнес, нуждается в управлении. А Гас — мой самый важный клиент. — Миранда невесело рассмеялась.

— Нет, дорогая, Гас — это бизнес, — поправил ее Дэвид. Л твой самый важный клиент я.

Посмотрев по телевизору новости, супруги отправились в спальню. Дэвид уселся в кресло читать «Экономист», а Миранда, опьянев от вина, еле живая от усталости, свернулась в клубок на постели, заслонив глаза от света подушкой. Они не занимались любовью. Дэвид не сделал первого шага, а Миранда, хотя и обиделась, что муж после недельного отсутствия не проявляет к ней ни малейшего интереса, в душе испытала облегчение.

На следующее утро Сторм тихо играла у себя в комнате, а отлученный от телевизора Гас уныло побрел в лес ставить ловушки на ни о чем не подозревающих зверюшек. За наскоро приготовленным женой завтраком — яйцами, беконом и тостами — Дэвид читал газеты. Миранда немного нервничала в ожидании прихода садовника.

— Ты не хочешь тоже взглянуть на него? — спросила она мужа, но Дэвид, не отрываясь от страниц «Телеграф», заявил, что это сугубо ее территория.

— Ты у нас министр внутренних дел.

— А кто же ты? — поинтересовалась Миранда, уязвленная его безразличием.

— Я премьер-министр, — отозвался Дэвид. — Если тебе понадобится стороннее мнение, я с удовольствием дам тебе совет. Но вообще-то, дорогая, я всецело доверяю твоим суждениям и заранее согласен с любым вердиктом.

Отправив Дэвида в город попробовать кофе Кейт Шарп, Миранда отправилась к себе в кабинет. Она устала справляться со всем в одиночку. Достаточно вспомнить, как ей пришлось командовать целой армией строителей и декораторов, чтобы превратить Хартингтон-Хаус в дом ее мечты. В отделке особняка Дэвид предоставил ей полную свободу и безропотно оплачивал все счета, заявив, что безупречный вкус Миранды — одна из причин, по которым он женился на ней. От «министра внутренних дел» требовалось построить дом для мужа и детей. Дэвиду даже в голову не пришло спуститься со своего Олимпа и помочь жене. Миранду вдруг поразила неприятная мысль, что их с мужем больше ничто не связывает. Даже дети оказались теперь в ее юрисдикции, в то время как Дэвид оставил за собой роль «премьер-министра», кукловода, дергающего за веревочки.

Пока она с горечью раздумывала о своем браке, раздался звонок в дверь, и Миранда поспешно выскочила в холл. Сделав глубокий вдох, как перед прыжком в ледяную воду, она взмолилась, чтобы мистер Андервуд оказался превосходным садовником, и в надежде, что Господь ее снисходительно слушает, ввернула словечко о поварихе и уборщице. Распахнув дверь, Миранда увидела перед собой коренастого, похожего на гнома человечка в коричневой куртке, темных брюках и твидовой кепке, прикрывавшей на редкость густую курчавую седую шевелюру. При виде хозяйки он поспешно сдернул кепку и прижал к жилету.

— Я мистер Андервуд, пришел насчет работы по саду. — В речи старика слышался резкий акцент уроженца Дорсета. Миранда не решилась протянуть руку: садовник выглядел так, словно понятия не имел об обычае обмениваться рукопожатиями.

— Входите, мистер Андервуд. — Миранда отошла в сторону, пропуская человечка в холл. Вместе с ним в открытую дверь ворвался промозглый ветер, обдав Миранду брызгами дождя. — Боже, ну и погода. — Она поежилась, закрывая дверь. — Ненавижу изморось.

— Глобальное потепление, — уныло пожал плечами мистер Андервуд. — Сегодня жарко как летом, а завтра холодно точно в Сибири! Нынче уже и не знаешь, чего ожидать.

— Давайте пройдем в мой кабинет, мистер Андервуд.

Старичок последовал за Мирандой, с любопытством оглядывая отделанный плитняком пол и свежевыкрашенные кремовые стены холла. В огромном пустом камине могли бы уютно гореть дрова, а на красивом коврике перед ним явно не хватало пары спящих собак. Когда дом принадлежал Лайтли, здесь всегда пылал огонь, а широкий длинный стол в холле был уставлен цветами. Теперь его место занял одинокий круглый столик, украшенный одной лишь безжизненной каменной скульптурой.

— Значит, вы недавно въехали? — спросил садовник. Он говорил медленно, с ленцой, как человек, которому некуда спешить.

— Да. А вам знаком этот дом?

— Ага. Когда-то здесь был самый красивый сад в Дорсете.

— Неужели? — Миранда жестом предложила старику кресло. Андервуд заметил, что камин не горел и в кабинете, но в воздухе чувствовался легкий запах дыма, что обнадеживало.

— Миссис Лайтли была садовницей от Бога.

— Да, мне говорили.

— В таком доме, как ваш, грех не пользоваться каминами. Я мог бы приносить вам дрова, если хотите.

— Спасибо. Сами видите, нам нужен кто-то вроде вас, — отозвалась Миранда, но когда Андервуд сунул короткий толстый палец в ноздрю и повертел, ее уверенность заметно поубавилась.

— Нос чешется, — пояснил старик, проделав еще раз тот же фокус.

— Спасибо, мистер Андервуд. Как я поняла, вы работали на Джереми Фицгерберта?

Старик извлек палец из ноздри и вытер его о куртку.

— Я работал на ферме больше сорока лет. Пахал, сеял, но больше всего мне нравилось заниматься садом. Вы видели поганки в лесу? — Его глаза сверкнули, как пара черных осколков гематита.

Миранда недоуменно нахмурилась:

— Поганки?

— Ну да. Здесь их полным-полно. Осень выдалась дождливая. Вы знаете, что грибы — это плоды, которые рождаются на свет благодаря подземным корням, грибнице?

— Нет, я этого не знала.

— Только когда грибница разрастается настолько, что начинает давать семена, появляются грибы.

— В самом деле? — Миранда попыталась изобразить интерес, но настроение у нее упало. Похоже, ее надежды не оправдались.

— Среди поганок много съедобных, но большинство людей об этом не знают и считают их ядовитыми. Миссис Андервуд готовит чудесный суп из поганок. Она умеет отличить хороший гриб от плохого. — Миранда обратила внимание на внушительный живот мистера Андервуда. Старика определенно хорошо кормили. Она задумчиво прищурилась.