Опальная жена Его Высочества. Право на предательство - Мария Вельская

Лицо кронпринца осталось таким же бесстрастным.

– Ты уверена в том, что императрица решила свести тебя с ума, таким образом избавив сына от постылой жены? – Новый вопрос.

Четкий, ясный, на который невозможно не ответить…

– Да. – Мой голос звучал тихо, но уверенно.

– Ты хочешь устроить переворот? – Вопрос, заданный таким же мерным тоном, даже не смутил.

– Нет!

– Ты желаешь зла правящему роду? – Сложный вопрос.

– Н-нет. – Если цепляться за слова, то именно правящим членам рода Мъярг я не желала ничего дурного. Но если Шаннер захочет копнуть глубже… – И я не желаю зла ни императору, ни кронпринцу, – добавила быстро.

Новый выдох со стороны Грэя.

Сейчас меня могут заключить под стражу и сгноить в темнице. Только из-за одного подозрения.

– Вот как…

Пылающие глаза приблизились.

Казалось, всю фигуру Шаннера Мъярга окутывало призрачное пламя.

Страх боролся в душе со странным трепетом. Пальцы дрожали, по спине медленно текли капельки пота.

Я не думала, что всё произойдет так. Но с самой первой минуты в новой реальности события вышли из-под контроля, покатились валом.

– Мой принц, я… – Грэй оторвался от стены, шагнув вперёд.

И замер, напоровшись на вскинутую руку кронпринца.

Кэс хватал ртом воздух, как будто что-то мешало ему шагнуть вперёд.

Ощущение ловушки усилилось, но я не готова была сдаться.

– Я действительно знаю, что император попадёт в ловушку, если ничего не изменить. Что существует заговор против него. Что самые близкие люди готовы вонзить вам, Ваше Высочество, нож в спину и лишить силы и магии, – голос дрожал, грудь распирало от жара и тревоги, но я не могла оторвать взгляда от лица Шаннера.

Впервые за долгие годы я проснулась от этого мертвого сна и готова была отстаивать своё. Так отчаянно, как только могла.

– Я, – голос захрипел.

– Я принёс воды, – непривычно робко пробасил Кэс.

– Дайте, – сухой приказ.

Небольшая запечатанная стеклянная бутыль быстро оказалась в руках Шаннера.

Я с едва заметной оторопью наблюдала за тем, как кронпринц коснулся бутылки кончиками пальцев, запуская диагностическое заклинание.

– Чисто, возьмите, Аэри. – Бутылку протянули мне уже открытой.

Едва соображая, я приникла губами к горлышку.

Обжигающая ледяная влага потекла в горло, освежая и возвращая к жизни.

В голове прояснилось. Сухость во рту уменьшилась.

Я медленно и неохотно оторвала бутыль с желанной жидкостью от губ.

– Спасибо, – выдохнула, понимая, что в комнате повисла напряжённая тишина.

Братья молча переглядывались, как будто решая что-то про себя.

Я ожидала допроса. Ожидала, что на мне используют один из амулетов императорской семьи, о которых ходило так много слухов.

Но…

– Вы не хотите выходить замуж за моего брата? – Бесстрастно спросил кронпринц.

Серебро его волос блестело короной в солнечных лучах.

Красив… Всё же что императорская семья, что высшая аристократия очень красивы. И чужды.

– Нет, я бы желала любой ценой избежать этого, – ответила твёрдо, – но это невозможно.

– Сейчас – да, – на губах Шаннера заиграла тонкая усмешка. Как будто он получил, наконец, тот ответ, на который рассчитывал.

– Я хочу попросить о помощи и заключить сделку, Ваше Высочество! – Я могла бы собой гордиться. Голос почти не дрожал.

Я не смотрела на братьев, чтобы не передумать. Они готовы меня защитить, но этого мало. Теперь я буду защищать их.

– Сделку? – Он не удивился. Только огненные глаза засияли ярче.

Кронпринц подался вперёд, опираясь о стол, и оказался в опасной близости от меня. Снова.

От него исходил едва заметный запах костра, грозы и скошенной травы. Это дезориентировало.

Холодное красивое лицо было близко, очень близко.

– Да, – по телу прошла дрожь. Мне казалось, что воздух вокруг начал потрескивать. Сейчас. Сейчас, Ари. Ты ведь хотела этого, – я готова поклясться вам в вечной преданности, Ваше Высочество, чтобы у вас не осталось сомнений в том, что я говорю или делаю.

– Нет, Ари! – Возмущенный вскрик Кэса быстро затих – Грэй зажал ему рот.

Кронпринц молчал. Молчал и смотрел, едва заметно постукивая пальцами по столу. Было невозможно понять, о чём он думает, время утекало сквозь пальцы.

– Я уверена, что видения ещё будут. Я не прошу вас соглашаться сейчас. Через месяц, – и мне остаётся молиться всем богам, чтобы императора спасли, – мы можем встретиться снова. И тогда вы дадите ответ. Мне нужно совсем немного.

– Развод с моим братом? – Тонкие губы шевельнулись.

Статуя заговорила.

– Да. Развод и полная защита от Тристана.

И императрицы. Но об этом я сейчас сказать не могу.

Я и так не понимаю, почему он не допросил меня, не вызнал подробности.

Я знала, что Шаннер Мъярг жёстко и даже жестоко пресекал любые поползновения в сторону своей семьи.

Это была опасная грань.

Может, он просто не понял глубину моей ненависти к двум членам его рода? Я оказалась достаточно хорошей актрисой?

Я не могла позволить себе надеяться.

Во рту стоял неприятный привкус. Тут не отравы, а ещё водички бы...

– Ваше Сиятельство, вы готовы? – Заголосил кто-то за дверью. – Да что ж такое, ручку заело!

О нет, за мной уже пришли!

К горлу подкатила тошнота.

Я не сразу поняла, что кронпринц сжал мою ладонь. Он смотрел без улыбки, но и без злости. Взгляд потемневших раскосых глаз пробирал до холодного пота.

– Я тебя услышал, Аэри Сорлейн. Я приму твою клятву. После свадьбы.

В ушах зашумело от облегчения. Кажется, я пошатнулась, но сильная рука не дала упасть.

– Кстати, то, что вы сделали, – меня окинули насмешливым взглядом, перейдя на официальный тон, – никак не скажется на законности ритуала.

– Нет? – Сердце упало.

Неужели все мои старания были напрасными?

– Если хотите поставить ваш брак под сомнение, но не опозориться… Впрочем, мой брат всё уже сделал за вас, – лицо Шаннера осталось бесстрастным, – доказательства у меня есть. Вам останется сущая малость…

Сухие губы коснулись моего уха, нашептывая шанс на спасение.

Только одно глодало меня.

Зачем это всё самому Шаннеру? Он в чем-то подозревает брата? Хочет сделать ему гадость? Реализует свой собственный план?

Мне оставалось только надеяться, что в этот раз я смогу вырваться из чужой игры невредимой. Да,