Брошенный вызов - Линн Грэхем

– Где ваш багаж? – сурово спросил он.

У Топси внутри все сжалось. Михаил действительно ждет, что она просто соберет вещи и улетит с ним в Лондон?

– Я вернусь сюда после обеда.

Данило не удостоил ее ответом – но он в принципе был неразговорчив. Вместо этого он остановился на пороге, достал мобильный телефон и произнес что-то по-русски, наверняка консультируясь с Михаилом.

Забрасывая сумочку на плечо, Топси увидела Данте, который замер в дверях своего кабинета – стройный, сильный, с напряженным лицом. При виде его сердце девушки сжалось, словно пойманное в чей-то кулак. Его прямые темные брови низко опускались над сверкающими зелеными глазами, обрамленными угольными ресницами. Он был так хорош собой… Внезапно Топси снова ощутила его пальцы на своих губах, и вспышки опасного удовольствия пробежали по позвоночнику, согрели самые тайные места, заставили грудь заныть и колени задрожать. Щеки вспыхнули румянцем, и она не могла отрицать пробуждающийся в ней голод.

– Вы готовы? – нетерпеливо позвал Данило.

Топси развернулась к нему и вышла в двери. К сожалению, летняя жара не помогла ей остыть.

Лимузин едва успел отъехать, как Данте пересек широкий холл и высокомерно склонил голову, кивая молодому мужчине, который ждал у другой подъехавшей машины. Он решил послать слежку за Топси, чтобы узнать, с кем она встречается во Флоренции и почему ее так потрясло приглашение. Чем больше он узнает, тем ближе подойдет к разгадке тайны происходящего в замке. Все вокруг вели себя странно. Мать лежала на кушетке, как хрупкая викторианская леди, а Витторе шептался по углам с наемными работницами.

Мрачный зять Топси встретил ее у дверей своих апартаментов в отеле. Официант уже расставлял еду с подогретой тележки. Михаил отпустил его властным жестом и велел Топси садиться.

– Итак, что происходит? – спросил он в лоб еще прежде, чем она успела опуститься на стул.

– Это мое дело, – тихо ответила Топси, усаживаясь и принимаясь за еду.

– Если это угрожает покою Кэт, то и мое дело тоже, – немедленно возразил Михаил. – Кстати, она снова беременна.

Новость удивила Топси, потому что ее сестра страдала от бесплодия и ей понадобилось ЭКО, чтобы зачать близнецов; после этого она несколько раз пыталась снова, но безуспешно.

– Это замечательно! – воскликнула она, зная, как сильно старшая сестра хотела еще одного ребенка. – Но… как?

– На этот раз естественным путем; но ты понимаешь, почему я не хочу ее расстраивать, – спокойно сказал Михаил. – Пора выкладывать карты. Если ты живешь в замке из-за Данте Леонетти, тебе нужно знать, какую жизнь он ведет.

– Дело не в Данте. И да, у меня есть секрет, но это мое личное дело, не касающееся никого в семье, – убежденно заявила Топси. – Мне скоро двадцать четыре, Михаил. Не стоит ожидать, что я буду объяснять все свои действия.

Зять поджал твердые губы:

– Я все еще помню тебя в школьной форме.

– Сколько лет назад это было? – вздохнула Топси. – Я уже выросла.

– Ты все еще малышка физически и все еще наивна, – нетерпеливо возразил Михаил. – Но не вини меня. Это твои сестры не хотят признавать, что малышка выросла.

Неожиданно понимающее признание заставило Топси немного расслабиться.

– Я знаю. Глупо, что в моем возрасте приходится лгать, чтобы жить независимо.

Михаил откинулся на спинку кресла.

– А Данте Леонетти? – спросил он, выгнув бровь. – Как он в этом замешан?

– Никак. Не понимаю, что ты к нему привязался. – Но Топси чувствовала, что у нее горят щеки, и не смотрела зятю в глаза. Данте ее безумно привлекал.

– Он плейбой, Топси. Ты с ним не справишься, – предупредил ее Михаил. – Пару лет назад он прославился среди банкиров тем, что у него было три любовницы одновременно. Одна в Нью-Йорке, одна в Милане и одна в Токио.

– Три? Серьезно? – повторила Топси, даже не пытаясь скрыть отвращение.

– Серьезно. Для неопытной девушки общение с ним – это самоубийство, – заявил Михаил.

– Между нами ничего нет, – парировала Топси. – Это летняя работа, на мать Данте, в красивой стране. Вот и все.

Три любовницы. Этот факт крутился в голове Топси всю дорогу в замок, так что ее начало тошнить. Какой мужчина меняет женщин как перчатки, использует их как взаимозаменяемые сексуальные игрушки? И почему порнографические образы, наполнявшие ее сознание, причиняли боль? Почему для нее имеет значение, что он делает в постели? Она же не планирует крутить с ним роман. И незачем ревновать мужчину, которого она едва знает. Однако Топси не могла и сомневаться в правдивости Михаила – на мужа Кэт работала высокопрофессиональная команда следователей. Благодаря им у него была вся информация о людях, с которыми он вел дела, и особенно тщательно проверялись те, кто мог представлять хотя бы отдаленную угрозу для его семьи.

Пока Топси обедала с Михаилом, Данте принимал неожиданного гостя. Джером Сент-Джеймс, член палаты лордов, вдовец, владел домом поблизости, где нередко проводил время со своими взрослым детьми и их семьями. Одно время Данте ходил в школу с сыном Джерома, Джеймсом, и давние соседи до сих пор иногда общались. Когда-то Данте даже надеялся, что его мать ответит на очевидный интерес и обожание Джерома, но из этого ничего не вышло. К его огорчению, графиня не замечала ухаживаний мужчин, пока не появился Витторе.

– Извини, что явился без приглашения. Я бы позвонил, но не знал, как подступиться к этому разговору, – сказал ему Джером с встревоженным выражением на благородном лице и нервным движением откинул назад густые седые волосы. – Боюсь, этот разговор будет крайне неловким, но я привязан к твоей матери и чувствую себя обязанным рассказать тебе все, что знаю.

Настороженный от этой вступительной речи, Данте еще больше нахмурился при упоминании графини, светлые глаза сузились.

– Боюсь, я не представляю, о чем идет речь, Джером.

– Об этом… – Гость положил перед ним местную газету.

Взяв ее в руки, Данте увидел фотографию матери, а позади нее стояла Топси. Фотография сопровождала подробную статью о благотворительном мероприятии в поддержку женщин, переживших выкидыш, – графиня организовала это мероприятие десять лет назад.

– В чем проблема? – спросил он.

– Красивая брюнетка, которая работает на твою мать. Я с ней… уже встречался, – неловко сообщил Джером. – В Лондоне. Я провел с ней вечер. Я… э-э… оплатил ее время.

Зеленые глаза Данте потемнели и стали на несколько градусов холоднее. Он уставился на мужчину, не скрывая недоверия.

– Топси? Вы оплатили ее время?

На щеках Джерома проступил румянец.

– Все не так ужасно, как прозвучало. Насколько я знаю, она не проститутка. Но когда я проводил с ней время, она была доступна в качестве эскорта за разумную цену. Мне время от времени нравится проводить вечер в обществе красивых женщин, а она была очень приятной компанией, – смущенно признал он. – Но почему такая девушка работает на твою мать?