Синдром зверя - Наташа Шторм

Нет, нет, только не открывать глаза. Это всего лишь дурной сон. Вот сейчас я проснусь…

— Доброе утро.

Открыть глаза всё-таки пришлось. Не сон. Мой утренний кошмар повторился в третий раз, и к коту это не имело никакого отношения. Я лежала совершенно голой рядом с абсолютно голым мужчиной на диване, причём теперь моя рука, пересекая широкую грудь Эдика, заканчивалась на его плече. Это что? Шутка такая?

Эдик приложил палец к губам, стараясь предотвратить вопль, который я уже была готова выпустить наружу.

— Только не кричи. Я всё объясню.

Он безропотно отдал мне одеяло, бесстыдно развернулся ко мне и приподнялся на локте.

— Что ты мне объяснишь? Ты специально заставлял меня пить. Вычислил мою реакцию «то помню ― то не помню» и воспользовался.

— Ничем я не пользовался, хотя мог бы.

— Слабое утешение. Как ты вообще умудрился перетянуть меня на диван так, что я даже не почувствовала этого?

Я отползала на край, заворачиваясь так быстро, как только могла.

— Очень мне было нужно! Я уже спал, когда ты сама пришла, без одежды, и сказала: «Пододвинься. Я замёрзла под кондиционером!»

Я завыла.

— Не было такого.

— Да? А что значат твои слова: «Вот, шпион, я и добралась до тебя»?

Осмотревшись, нет ли под ногами Василия, я помчалась в спальню, спотыкаясь о края одеяла.

Наскоро одевшись, я попыталась сообразить, что происходит. Эдик появился в штанах.

— Аль, хватит капризничать. Признай, что я неотразим. Ты хочешь спать со мной, обнимать меня.

— Да пошёл ты! Не верю я в эти внезапно вспыхнувшие чувства. Говори, что тебе от меня надо? Решил уложить в койку и украсть открытие отца? Так вот. Мне ничего об этом неизвестно, а, если бы я что-то и знала, ничего бы не сказала даже под пытками. Поэтому вали к своей Анечке, а пигалица и без тебя проживёт.

Я даже не заметила, как по моим щекам потекли слёзы. Эдик подошёл ближе и обнял меня за плечи.

— Подслушивала?

— Нет. Просто в первый раз пить очень хотела, а во второй наоборот.

Эдик усмехнулся.

— С чего начать? Пожалуй, с Ани. Она не моя, совсем не моя. Анна Игоревна ― жена моего друга. Теперь ты. Ты, действительно, пигалица, маленькая, юркая, неугомонная. Сначала я решил, что тебе лет шестнадцать, пока паспорт в кармане не нашёл.

— А ты ещё и по карманам моим лазил?

— Естественно. Должен же был я знать, кого пустил на ночь.

Моему возмущению просто не было предела.

— Не могу сказать, когда возникли эти чувства. Возможно, когда я увидел тебя под окном с бутылкой водки, а, может, тогда, когда ты спорила со мной, стоя на четвереньках. Я понимал, что мне не хочется отпускать тебя, но возраст не давал мне покоя.

— Классно. Это не помешало тебе улечься со мной рядом.

— Но я не тронул тебя и пальцем.

— Зато выставил себя на полное обозрение.

— Но это ты стянула с меня одеяло.

Он был прав.

— Пока ты собиралась, я… В общем, я нашёл твой паспорт в куртке. А на следующую ночь ты сама попросила тебя раздеть…

Я чуть не завыла. Какой стыд!

— Что касается шпионов, то ты в чём-то права. Только я тут ни при чём. Подумай. Кто-то побывал в твоей квартире, а потом пытался выкрасть тебя. Есть люди, которым ты зачем-то понадобилась. Только вот зачем? Думаю, это как-то связано с работой твоего отца. Ты реально ничего не знаешь?

— Ничего. Нас с мамой отец никогда не посвящал в свои дела. Но существует персонаж, который очень интересовался информацией у Раисы Владленовны.

Я изложила всё, что услышала в салоне Раймоны.

— Значит, мужика этого ты не разглядела и номеров машины не запомнила?

Я кивнула.

— Что ж, тогда нужно всё узнать у твоей хозяйки. Думаю, лысого мы отыщем быстро.