Сон и явь. Перепутье - Брук Лин

— Марианна, нам пора, — сказал он мне и только после этого перевёл взгляд на Майера. — МЫ поговорим потом.

Я подошла к папе, бросив короткий растерянный взгляд на Итана, и не смогла даже вымолвить слов прощания.

Мужчина не стал настаивать на разговоре, и я была ему за это благодарна. Для меня было важно первой поговорить обо всём с отцом.

По дороге домой первое время в машине царила гробовая тишина, и она разъедала меня изнутри. Мне было тяжело дышать и думать. Мне были необходимы слова папы, чтобы стало легче.

— Поговорим? — спросила я у него, не выдержав его молчания.

Мама с сестрой удивлённо на нас посмотрели, но звука не издали.

— Тебе есть, что сказать? — он бросил на меня строгий взгляд через зеркало заднего вида.

— Хочу извиниться за увиденное тобой, — я с трудом произносила каждое слово, чувство стыда душило меня.

— Дело не в том, что я увидел, а в том, что ты нам лгала и скрывала правду.

— В чем дело? — спросила мама, не понимая, что происходит.

Лиана же сразу догадалась в чём дело, поэтому молчала и с волнением наблюдала за нами.

— Ты расскажешь или мне сказать? — обратился ко мне папа.

— Уже больше месяца я общаюсь с Итаном и Дженни, — начала я. — Не хотела говорить, потому что не знала, какой реакции ждать от папы. Он ведь так не хотел, чтобы мы были связаны с кем-то из общества дедушки.

— И поэтому ты на неё разозлился? — недовольно фыркнула мама на папу.

— Нет, — тут же вступилась я. — Дело в том, — замялась я. — Дело в том, что Итан поцеловал меня, а я не сопротивлялась. И папа увидел это.

Мне хотелось открыть дверь машины и выпрыгнуть из неё на ходу. Жуткое чувство вины сгрызало меня изнутри.

— Что?! — синхронно переспросили мама с Лианой.

— Ты в своём уме, Марианна? — добавила мама. — Ты только вчера замуж за другого собиралась.

— Мы расстались с Лукасом месяц назад, — ответила я резко и необдуманно.

— Вот так просто? Расстались, как только появился этот парень? — продолжала негодовать она.

— Как ты можешь так думать обо мне? — оскорбилась я. — Лукас оказался не тем, кем мы его знали. Он лжец и мерзавец.

— Стал им после появления Итана, мы правильно понимаем? — поддержал её папу.

Я психанула. Меня трясло от злости и обиды от их слов.

— Он изменял; крал украшения у любовниц и дарил их мне. Врал о работе и о много другом, — сорвалась я и сказала всё то, что должна была утаить от родительских сердец.

Меня задели их подозрения, будто я променяла Лукаса на другого.

— Мне стоит продолжать? — вспылила я. — Или информации будет достаточно, чтобы вы поняли, что дело вовсе в Итане, а в том, кто был со мной всё это время рядом и притворялся другим человеком?

Мама шокировано смотрит на меня, папа бросает недоверчивый взгляд через зеркало. И я сейчас так злюсь на себя, что не сдержалась и всё рассказала им. Я не хотела вдаваться в подробности перед ними. Не хотела расстраивать. И что в итоге получилось? Бардак!

— Ты уверена в этом? — сдержанно уточнил папа. — То есть, его не оговорили? Прежде, чем сделать выводы, ты нашла доказательства?

— Ты правда думаешь, что я поверила бы просто на слово?

— А какое место имеет в этой истории Итан? — спросила мама.

— Мы друзья, и я не знаю, что произошло сегодня. Правда. Это было неожиданно.

— Ты не выглядела так, будто тебе что-то не нравится, — сказал папа.

И я видела, как неприятно ему было говорить об этом. В целом, этот диалог причинял боль всем членам разговора.

— Это сложно и долго объяснять, пап, — я бросила отчаянный взгляд на Ли, желая получить поддержку сестры.

Она на моей стороне, а значит всё будет хорошо.

— Мы не тупые и никуда не спешим, — ответил он.

Они с мамой были расстроены. Лукас им нравился, впрочем, как и всему моему окружению. От того я злилась на него сильнее — ему удалось обмануть и разочаровать не только меня, но и всю мою семью.

— Она влюблена в Итана, разве непонятно? — неожиданно говорит сестра, и я с ужасом смотрю на неё.

— Ты с ума сошла? — шиплю на неё.

— Расскажи уже им все, как есть, — нервно отвечает она. — Зачем что-то придумывать и утаивать, если можно спокойно рассказать всё, как есть на самом деле.

Её слова обескураживают и меня и родителей. Я не могу поверить, что эти слова были произнесены вслух, ещё и не мной. Мама обернулась и смотрела на меня с ужасом в глазах. А папа целенаправленно избегал взглядов со мной в зеркало заднего вида. Я понимала — они обескуражены и разочарованы. И это разрывало моё сердце.

— Это правда? — спросила мама.

А я не могла и слова вымолвить, умирая от позора.

— Ты выглядишь ветрено, дорогая, — заявила она, ранив меня своими словами. — Ты знаешь этого парня всего на всего месяц.

— Как будто для того, чтобы что-то начать чувствовать к человеку требуется больше времени, — вдруг прорезался мой голос.

— Но ты только рассталась с человеком, за которого замуж собиралась. Говорила, что любишь его. И вот уже любишь другого?

— Не люблю. Разве кто-то сказал о любви?

— Объясни, что происходит в твоей жизни! — вновь заговорил папа строгим и требовательным голосом.

Это было настолько на них с мамой не похоже, что я растерялась и вновь потеряла дар речи. Не знала, с чего начать и к чему подвести. Боялась, что они не поверят мне, решат, что я спятила и придумала всё это для собственного оправдания. Эти мысли и страхи не позволяли мне открыть рот.