Сон и явь. Перепутье - Брук Лин

— Мы поставили паузу в наших отношениях. Я решила, что нужно взвешенно подойти к вопросу создания новой семьи.

— Поразительно, помню твой папа был противоположного мнения, — говорит мне с улыбкой на лице тот мужчина, что задал вопрос.

— Я и сейчас остаюсь при нём, — вмешивается в разговор папа. — Когда хочешь создать семью, нет никакой необходимости что-то взвешивать. Это я конечно говорю об отношениях, где есть любовь, а не расчёт.

— Ты остался таким же романтиком, брат.

— Прости, что продолжаю тебя разочаровывать, — с ухмылкой отвечает отец.

— Я согласен с Дионисом, — вдруг раздаётся голос Итана, и мне хочется его придушить.

Вместо того, чтобы закрыть разговор, он лишь подливает масла в огонь.

— Считаешь, что нужно женится, не думая? — спрашивает у него брат папы.

— Считаю, что, когда любишь, перестаёшь рационально думать. Просто хочешь создать семью с человеком и всё. Нет никаких преград, — отвечает серьёзно Майер.

— И к чему привёл тебя такой бездумный брак?

— А к чему привёл такой брак Диониса? Исход браков одинаково хорош и печален как по любви, так и по расчёту. Речь идёт о том, что, когда человек влюблён, он уверен в своём выборе.

— Итан, думаю тот, кому ты хочешь донести эти слова, тебя услышал. Не стоит объясняться перед другими, — говорит папа, игнорируя брата.

— А что думает об этом Марианна? — интересуется всё тот же мужчина.

— Я думаю, что папа с Итаном правы. И буду благодарна, если мы закроем данную тему разговора, — мягко улыбаюсь, стараясь выглядеть вежливо.

Папа быстро меняет разговор на другой, и весь оставшийся вечер проходит за разными беседами. Какие-то меня увлекают, и я присоединяюсь к ним, на другие не обращаю внимание, переключая своё внимание на Итана Майера, который одним своим видом и манерами кружит мне голову.

Вскоре, когда все начинают делиться на группы по интересам, гуляя по дому, я решаю выйти на задний двор и подышать свежим воздухом. Меня поражает ландшафтная красота, и я с восторгом разглядываю всё вокруг. Прохожу по маленькой аллее, идущей вдоль красивых цветов и кустов, и нахожу скамейку. Я присаживаюсь на неё и с облегчением выдыхаю. Когда я только пришла, казалось, что день обречён на провал, но вечер сумел меня приятно удивить, как и некоторые родственники папы.

Я поднимаю голову вверх и с упоением смотрю на звездное небо. Оно сегодня необычайное. Помню видела такое в последний раз во сне.

— Не помешаю? — раздаётся голос Итана позади себя, и я оборачиваюсь, чтобы посмотреть на него.

— Нет, конечно. Присоединяйся, — двигаюсь, чтобы дать ему место на скамье. — Посмотри, какое красивое небо.

Он садится рядом со мной и смотрит наверх.

— И вправду красиво, — отмечает он.

— Помню во сне, я лежала во дворе, смотрела на такое же прекрасное звездное небо и говорила с тобой по телефону. Кажется, мы тогда обсуждали мечты.

— У меня была мечта?

Задумываюсь, пытаясь вспомнить.

— Нет. Ты говорил, что всё, что желаешь, можешь приобрести в короткие сроки. Меня это расстроило.

Он широко улыбается.

— Сейчас у меня есть мечта, — признаётся честно.

— Правда? — я с радостью смотрю на него.

— Я хочу открыть фотошколу. Уже лет пять я иду к этой мечте.

— А, — улыбаюсь ему. — Тогда ясно, почему во сне мечты уже не было. Ты её заполучил.

— А ты о чём-то мечтаешь?

— Да, — с теплом вспоминаю я. — Мечтаю увидеть снег.

— Хорошая мечта.

— Знаешь, во сне ты осуществил её, — почему-то решаю сказать об этом откровенно. — И меня не покидает ощущение, что эта мечта уже сбылась и на яву, ведь я отчётливо помню каждую минуту, проведённую в горах.

Он молчит, вдумчиво смотрит мне в глаза, словно что-то анализируя.

— Мы были вдвоём? — спрашивает он, чуть помедлив.

Его вопрос ставит меня в тупик. Я судорожно пытаюсь придумать какую-нибудь ложь. И вспоминаю, что он привёз меня туда под предлогом работы, и хочу сказать именно эту версию, но он опережает меня.

— Я был влюблён в тебя в этом сне? — задаёт ещё более обескураживающий меня вопрос.

Я смотрю на него потерянным взглядом и не понимаю, что ему ответить.

— Почему ты спрашиваешь? — единственное, что приходит мне на ум.

Он протягивает руку к моему лицу и нежно берёт меня за подбородок.

— Потому что уверен, что встреть я тебя в реальности чуть позже, то влюбился бы с первого взгляда.

И не дав мне даже осознать всю суть сказанных им слов, он целует меня в губы.

Глава 18

Я лежу в кровати и не могу уснуть. Сердце бешено стучит в груди, и мне хочется зарыться поглубже, чтобы заглушить все мысли и переживания. Никогда раньше я не испытывала на себе родительского разочарования. И вот теперь я им пропитана с головы до пят.

Закрываю глаза и вспоминаю, что было прошлой ночью. Я обомлела, когда почувствовала прикосновение губ Итана на своих губах. Мой мир замер. Казалось, вся Вселенная сузилась до нашего поцелуя. И я потихоньку начинала сходить с ума. Его слова перед поцелуем эхом звучали в каждом уголке моей души, и мне казалось, что я вот-вот потеряю сознание от переизбытка своих чувств.

И всё бы было, как в самом волшебном сне, если бы вдруг кто-то позади нас не откашлялся, желая привлечь к себе наше внимание. Я тут же вздрогнула и пришла в себя. Отстранилась от Итана, повернула голову назад и, увидев папу, оцепенела. Температура моего тела поднялась до максимума. Мне хотелось надеяться, что он ничего не увидел, но это было просто невозможно. И я сгорала со стыда перед ним. Итан тут же взял себя в руки, встал с места и хотел заговорить с папой.

— Дионис, — обратился