Абитуриентка. Студентка - Роман Абдуллов

Дэр Кастор истолковал ее молчание правильно:

— Согласен, сумма не маленькая, но если ваш рецепт действительно так хорош, то мы готовы за него платить.

— Да я вроде как не хочу его продавать… — пробормотала Лера, приходя в себя. Неужели не понятно, что условия она не из детской шалости написала?

— Конечно, это ваше право. Сейчас всем необходимым вас обеспечивает академия, и нужды в крупной сумме нет, не так ли?

Лера кивнула. С этим не поспоришь.

— Тогда я предлагаю другой вариант. — Дэр Кастор чуть склонился вперед и доверительно понизил голос. — Мы с вами подписываем договор на использование рецепта, и вы будете получать проценты пожизненно. В долгосрочной перспективе это намного выгоднее, согласны?

— Наверное… — С этим Лера тоже спорить не стала. Она, конечно, расчеты не делала, но вполне логично, что с вечного патента дивиденды будут не хилыми. Особенно, если озаботиться рекламой.

— Отлично! Я рад, что мы так быстро пришли к взаимопониманию. В таком случае, если вы сейчас свободны, предлагаю вместе съездить до патентного бюро и внести в условия необходимые изменения. Эта услуга платная, но о деньгах не переживайте, гильдия обо всем позаботится.

— Подождите! — всполошилась Лера. Какое взаимопонимание? Какое бюро? Она же согласилась только с тем, что проценты пожизненно — это выгоднее! А на договор она не соглашалась. — Я не хочу менять условия!

Дэр Кастор улыбаться не перестал. Только взгляд его потемнел, затвердел.

Выносить возникшую паузу было тяжко да и незачем, и Лера хотела уже встать и, четко отказав, уйти, но маг вдруг неприятно ухмыльнулся и, не скрывая брезгливости, спросил:

— А рубцы вы хотите убрать?

В груди царапнуло тревогой. Лера непроизвольно прикрыла щеку, и грубые бугры соединительной ткани привычно ткнулись в ладонь.

Дэр Кастор проследил за ее жестом.

— У целителей невероятно высокие цены, — растягивая слова, пояснил он. — Сами вы еще долго не сможете заработать на лечение, а молодость проходит… Подумайте! Ведь всего один шаг — и ваша жизнь изменится к лучшему.

Лера сглотнула. Слова с отказом застряли в пересохшем горле.

Магия… Никаких операций — сразу гладкая бархатистая кожа. Вернуться домой красивой, открыто улыбаясь…

Стать новым человеком!

Дэр Кастор нащупал самое уязвимое место. Хотя, что там нащупывать-то? Любая девушка мечтает быть красивой.

— Вы очень привлекательны, только рубцы все портят, — равнодушно-оценивающий взгляд мага говорил, что он не старается умаслить непокорную девицу, а действительно, считает ее симпатичной. — Когда целители уберут этот изъян, многие обратят на вас внимание. Красивая одаренная девушка с пожизненным доходом от патента — вы станете завидной невестой для любого из студентов. Из тех, кто не «ван», разумеется… Однако, если вы не сделаете ничего, чтобы свою жизнь изменить, то так и останетесь слабой и изуродованной нищенкой. Такой вы никому не нужны.

Сердце сжалось от боли, не давая вдохнуть. «Я нужна! Нужна! Родителям, братьям… Даже ученикам своим нужна!» Немые вопли корчились внутри и погибали под холодными доводами разума: «Ты нужна там, на Земле. Здесь ты — никто».

Лера чувствовала себя изваянием, под каменной оболочкой которого плавились внутренности, зато от дэра Кастора так и несло самодовольством. Думает, что не оставил выбора?

Всё или ничего! О да, маг, чтоб его, прав!

Вернее, он думает, что прав. Но она-то укореняться в этом мире не собирается, и потому плевать ей на пожизненные доходы и плевать на внимание студентов. Ей важно мнение лишь одного. Того самого, который прямо сейчас мог слышать их разговор.

Маркуса ван Сатора.

Владельца Портального ключа.

Если Шоннери рассказал ему вчера о свободном патенте, а сейчас она «продастся», то Маркус испытает лишь презрение. И это совсем не те эмоции, которые хотелось бы вызвать. Да и вообще… бесит этот хлебопёк!

Лицо горело, когда Лера встала, однако голос не дрогнул.

— Я не стану заключать никаких договоров, — сказала она, глядя дэру Кастору в переносицу. — Рецепт будет открыт для всех, всегда и без ограничений.

Она шагнула в сторону, давая понять, что разговор окончен, но уйти ей маг не позволил. Он тоже поднялся и, загородив путь, с ледяной усмешкой произнес:

— Глупо, лиа Вэлэри. Мой опыт подсказывает, что с таким слабым даром вы не удержитесь в академии. Так что мы подождем. Благо ждать придется не долго, и вы очень скоро окажетесь по ту сторону стен, без этого замечательного знака на груди. Только учтите, — дэр Кастор качнулся вперед, и Лера невольно отступила, — когда вас выпнут отсюда, наше предложение уже не будет таким щедрым. Поэтому подумайте хорошенько. Даю вам пять дней.

* * *

Маркус подождал немного, но Вэлэри все не уходила. Другая на ее месте уже догоняла бы гильдейского и кричала, что заблуждалась и что согласна, а эта… сидит! То ли дура, то ли принципиальная… А может и то и другое: принципиальная дура!

Но стоит признать, позиция ее вызывает уважение. Мало кто, находясь в таком же положении, устоял бы перед соблазном. Особенно девушки.

Захотелось вдруг увидеть ее лицо — не жалеет ли она об отказе? — и Маркус, бесшумно поднявшись, покинул свое укрытие.

* * *

От всплеска адреналина все еще потряхивало. Не в силах успокоиться, Лера снова и снова прокручивала разговор с магом и каждый раз убеждалась: она все сказала верно! Во-первых, тут не танцы, чтоб шаг вперед и два назад, а во-вторых, фиг она будет сотрудничать с типами, которые оскорбляют и шантажируют. Так что дэр Карлос сам дурак!

В поле зрения вдруг появились мужские ноги в черных брюках и кожаных, с рисунком туфлях.

На миг Лера оцепенела. Показалось, что маг вернулся. Но следом пришла мысль: хлебопек был в бежевом. Как булочка. И пахло от него ванилью и корицей, как от булочки. Значит, это не он, а…

По телу прокатилась обжигающая волна, под мышками закололо, и Лера медленно подняла голову. Так и есть! Маркус!

Он задержал на ее лице непроницаемый взгляд и хотел уже идти дальше, но тут глаза его скользнули ниже. На секунду губы сжались и побелели, а затем Маркус безразлично бросил:

— Не думал, что девушки носят такое.

Лера опомнилась и, проследив за его взглядом, обнаружила, что крутит в пальцах кольцо. Неловко запихав его за ворот и словно оправдываясь, она пробормотала:

— Это