Пораженные - Р. Д. Бейкер

— Что это за правила? — Голос Джульетты дрожит.

— Ничего необычного. Ни драк, ни воровства, ничего подобного. Как я уже сказала, правила для нашей безопасности.

— Я могу с этим жить. — Джульетта играет со своими пальцами, и мерцающие глаза Саттон, кажется, замечают это тревожное движение.

Впервые на ее лице появляется улыбка.

— Я вижу, ты прошла через многое, милая. Здесь никто не причинит тебе вреда, я обещаю. У нас здесь живут семьи, дети, малютки. Они все счастливы и здоровы. Здесь ты будешь в безопасности.

— А как же Пораженные? — спрашиваю я. — На вас нападали?

Плечи Саттон расправляются, когда она оглядывается на меня.

— Они так и не попали в колонию. Ни разу за три года.

— Вы здесь уже три года? — спрашивает Джульетта.

Выражение лица Саттон мгновенно меняется, она тепло улыбается Джульетте.

— Верно. Мы хорошо устроились. У нас есть сады, домашний скот. Даже парикмахеры, если ты можешь в это поверить. — Она слегка смеется. — Здесь безопасно.

Лицо Джульетты немного расслабляется.

— Хорошо. Что ж, звучит заманчиво. — Она смотрит на меня. — Верно?

Я улыбаюсь и киваю.

— Звучит здорово.

Джульетта выдыхает и поворачивается обратно к Саттон.

— Хорошо, хорошо, если вы примете нас…

— Вас? — улыбка Саттон мгновенно исчезает. — Никаких — «Мы». Только ты, милая.

— Что? — Джульетта в панике напрягается. — Нет, нет, он…

— Вампир. — Саттон мягко прерывает ее, прежде чем снова посмотреть на меня. — Мне жаль, но мы не можем допустить сюда таких, как ты. Мы уже делали это однажды, и это никогда хорошо не заканчивается.

Нет смысла протестовать. Я не могу договориться об этом. Для них я все еще монстр. Я не могу их винить. Мои плечи опускаются.

— Я понимаю.

— Нет! — Джульетта бросается ко мне, обвивая руками мою шею. — Нет, ты не бросишь меня, я тебе не позволю.

Я смотрю через ее плечо на Саттон, лицо которой по-прежнему бесстрастно.

— Ты ведь можешь позаботиться о ней, правда?

Саттон кивает.

— Да, конечно.

Джульетта оборачивается, по ее щекам текут слезы.

— Он не опасен! — Ее голос срывается, и она прижимает руки к лицу. — Он друг! Он спас меня!

Саттон качает головой.

— Мне жаль, но он не может войти.

— Но они сказали, что у вас здесь живут вампиры! — Голос Джульетты дрожит, становясь все более и более напряженным. — Они сказали, что мы можем быть здесь вместе!

— Джулс, все в порядке. — Я кладу руки ей на плечи и поворачиваю ее спиной к себе.

Ее широко раскрытые глаза покраснели, и она качает головой, когда я глажу ее по щекам.

— Я сказал тебе, что сделаю все, что потребуется, чтобы ты была в безопасности.

Она отстраняется, слегка покачиваясь на ногах.

— Ты обещал, что не бросишь меня. Ты поклялся мне, что останешься со мной.

Я обхватываю ее лицо руками, ненавидя себя за дрожь, которая, как я чувствую, проходит по ней.

— Я должен обеспечить твою безопасность. И я не могу обеспечить твою безопасность здесь, по крайней мере, в одиночку. И это могло бы убить меня, но я не смог бы жить с осознанием того, что не сделал все, что должен был сделать, чтобы ты выжила.

Она прижимается ко мне, рыдая от горя. Время, кажется, на мгновение замедляется, когда я держу Джульетту в своих объятиях. Я даже не чувствую печали, я просто чувствую пустоту. Я знаю, что это должно быть сделано, точно так же, как когда мне пришлось отпустить Марго. Я знаю, что должен сделать то, что лучше для нее, даже если это оставляет меня опустошенным.

— Сайлас, — бормочет она, хватаясь за мою рубашку. — Пожалуйста, не делай этого.

— Я найду тебя, ангел. — Я запрокидываю ее голову, целую эти розовые губы, мокрые от соленых слез. — Я говорил тебе, я всегда найду тебя. И однажды, когда мир вернется в нормальное русло, я найду тебя снова. Я обещаю.

Над нами начинает звучать сигнал тревоги, и Саттон с мужчинами заметно напрягаются.

— Приближаются Пораженные, — говорит Саттон, протягивая руку. — А теперь пошли, мы должны отвести тебя внутрь.

— Нет! — Джульетта держится за меня. — Я не оставлю тебя!

— Джулс. — Я отстраняю ее руки от себя. — Тебе нужно идти. Сейчас же.

— Обрати меня! — ее глаза безумны, волосы прилипли к капелькам пота на лице. — Обрати меня и возьми с собой!

Я качаю головой.

— Я не буду этого делать сейчас, не в таком виде. — Я встречаюсь взглядом с Саттон и киваю ей. — Прощай, ангел.

— Нам нужно немедленно закрыть эти ворота. — Саттон жестом указывает на одного из мужчин. — Отведи ее внутрь.

— Нет! — Джульетта кричит, ее руки соскальзывают с меня, когда один из мужчин забирает ее у меня, крепко прижимая к себе и унося за ворота, в то время как она продолжает звать меня. Сайлас! Сайлас! Нет! Нет! Пожалуйста!

Саттон в последний раз коротко кивает мне, прежде чем последовать за ними внутрь. Ворота закрываются и с громким стуком захлопываются. Цепи звенят, когда ворота запираются, сирена над головой замолкает, когда голос объявляет:

— Карантин введен.

Я долго смотрю на ворота. Я должен идти, я должен двигаться, мне нужно убраться отсюда, пока какой-нибудь Пораженный не пересек мой путь. Но потеря так велика, что я просто стою и смотрю. У меня похолодели руки. Я никогда больше не прикоснусь к ней.

Я, наконец, забираюсь обратно в грузовик, завожу двигатель и просто смотрю на приборную панель, задаваясь вопросом, куда, черт возьми, я вообще еду. Я не могу вернуться в Джорджию. Я не могу поехать в Бостон, они разнесут мое лицо по сети, и все будут знать, что меня ищут.

Может быть, мне стоит позволить Пораженным укусить меня. Есть ли какой-то смысл продолжать сейчас?

Я зажмуриваю глаза. В этом есть смысл. Я сказал ей, что однажды найду ее. И я должен сдержать это обещание.

Я отъезжаю от колонии, наблюдая, как она ускользает в зеркале заднего вида.

Однажды я снова найду тебя. Я обещаю.

ГЛАВА 36

ДЖУЛЬЕТТА

Здесь солнечно. Какого хрена здесь солнечно? Я тупо смотрю на свет, который бьет в окно. Мои волосы пахнут зелеными яблоками. Здесь есть горячая вода. Вчера вечером я приняла душ, и теперь я сижу здесь в новой одежде, это первая пара джинсов, которые я надела за многие годы, и мои волосы пахнут зелеными яблоками, но все, о чем я могу думать, это о том, как сильно