Найти тебя - Санта Монтефиоре

— Но она была единственным человеком, который знал, что он жив. Он сфальсифицировал свою смерть как во Франции, так и в Англии. Почему же в случае с Фредди все было иначе?

— Возможно, потому что у них не было романа. Она ведь намного старше его, да и замужем за Гайтано.

— Я хочу это выяснить. — Девушка увидела, что Дафни испугалась. — Не волнуйтесь, Дафни, никто не узнает, что вы мне рассказали.

— Спасибо, — ответила та, расслабив плечи. — Бог мой, как все в этом деле запутано, не правда ли?

Селестрия вышла из комнаты Дафни, руки были холодными и дрожали. Ее сейчас мучил один-единственный вопрос, который она так и не смогла задать, а именно: знал ли об этом Хэмиш? Знал все это время и не сказал ей? И поэтому избегал ее? Не из-за своей жены, похороненной в городе мертвых, а из-за собственной темной тайны?

Спустившись вниз, Селестрия увидела во дворе Армель, разговаривающую с Фредерикой. Их окружали хозяйские собаки, ее сумка стояла рядом. Девушка вся напряглась, захотелось прямо сейчас поставить все точки над «i», но она подумала, что выдержка в данной ситуации более уместна. И если Фредди все это время так хорошо удавалось разыгрывать комедию, то у нее может получиться еще лучше. Притворно улыбаясь, она присоединилась к двум женщинам.

— Вы уже уезжаете? — спросила она Армель.

— Боюсь, что да. Мне здесь больше нечего делать. — Она печально вздохнула. — Я вернусь в Париж и постараюсь жить дальше.

— Я буду по вам скучать, — искренне сказала Селестрия. — Мы с вами были хорошей командой.

— И я тоже буду скучать. Наведайся ко мне, если будешь в Париже, хорошо? Наше знакомство — это тот случай, когда говорят, что нет худа без добра.

— Я обещаю.

— А что ты собираешься делать?

— Оплакивать его, как и все остальные. Насколько мне известно, он мертв. — Селестрия взглянула на Фредерику, но женщина и глазом не моргнула. — Я хочу, чтобы в моей памяти отец остался таким, каким он был до своего исчезновения, и не позволю, чтобы то, что я узнала, запятнало мои воспоминания о нем.

— Ты права, — произнесла Фредерика. — Думать нужно только о будущем и смотреть вперед.

Армель уехала. Собаки бежали за повозкой по дороге, пока не выбились из сил. Облако пыли становилось все меньше, потом совсем исчезло из виду, а сбруя лошади на прощанье блеснула в лучах солнца.

— Этому месту будет недоставать Армель, — произнесла Фредерика, проводя рукой по своим длинным блестящим розовым бусам. — Я полюбила ее.

— Вы влюбляетесь во всех людей, которые останавливаются у вас? — спросила Селестрия.

Фредерика, не моргнув, ответила:

— Да, думаю, что так. Видишь ли, это не совсем гостиница. Это скорее семейный очаг, в котором вы — наши гости. — Она направилась во двор. — Я собираюсь до обеда съездить в Кастеллино. Хочешь составить мне компанию?

Селестрия последовала за ней.

— Спасибо, но сейчас я лучше пойду поищу Уэйни. Вы ее случайно не видели?

— Она позавтракала с Армель, а потом куда-то ушла.

— Кажется, я безнадежно потеряла свою компаньонку, не так ли?

Фредерика засмеялась.

— Боюсь, что да. Италия порой довольно странным образом влияет на людские сердца. Надеюсь, и тебя это коснулось, Селестрия.

Девушка не ответила. Несмотря на предательство Фредди, Селестрии по-прежнему нравилась эта женщина.

Дождавшись, когда Фредерика уедет, девушка решила обыскать ее комнату. Маленький сверток отца должен быть где-то тут. На минуту она остановилась перед дверью, озираясь по сторонам и прислушиваясь к каждому шороху. За последние две недели она превратилась в настоящего сыщика. Она чувствовала, что от той легкомысленной девушки, которой она была в Корнуолле, мало что осталось. Исчезновение отца невероятным образом ускорило процесс взросления, а вдобавок она встретила Хэмиша. Разрыв одних отношений способствовал рождению других.

Стены в комнате Фредерики были украшены картинами, которые сразу же привлекли ее внимание. Мазки кисти были довольно смелыми, цвета живыми, а пейзажи навевали воспоминания. Она поняла, где уже раньше видела похожий стиль, — в мастерской Хэмиша. Девушка подошла поближе и повела пальцами по холсту. Поверхность была грубой и бугорчатой. В нижней части картины стояли инициалы Хэмиша: НМСС. Как же эти пейзажи отличались от тех мрачных, кричащих одиночеством полотен, лежащих возле стены в его студии!

В конце комнаты находилась большая железная кровать, которую украшало, падая складками, многоцветное стеганое одеяло и малиновая и розовая подушки. На столах рядом с кроватью были сложены книги. Окна были открыты нараспашку, и врывающийся ветер развевал льняные занавески. На туалетном столике стояло множество маленьких чаш с кольцами и ожерельями, а над большим зеркалом, расположенным здесь же, хозяйка развесила еще и бусы. Посредине комнаты стоял стол, а на нем — огромные деревянные чаши с бусинами различных цветов и размеров, нанизанными на нить и лежащими россыпью, как в каком-то волшебном магазине. Вдоль стен выстроились в ряд деревянные платяные шкафы, одежда там висела как попало, а пол покрывали коврики, лежащие друг на друге. Если Фредерика запрятала сверток отца где-то здесь, то среди этого хаоса Селестрии будет трудновато его найти. Она даже не знала, с чего начать, к тому же Селестрия смутно представляла себе, что именно она ищет. Отец мог вручить тогда Фредди все что угодно.

В отчаянии вздохнув, девушка начала с ящиков туалетного столика. Каждый из них был до отказа забит бусами, ожерельями, кольцами и другими безделушками, которые хозяйка привозила из своих очередных поездок. Селестрия упала духом. Она не могла пойти на открытый конфликт с Фредди без улики, к тому же пообещав Дафни не выдавать ее. Обшарив платяные шкафы и шкафчики в прилегающей к комнате ванной, она села на кровать, ссутулившись и уже потеряв всякую надежду что-либо найти.

Неожиданно Селестрия услышала голос Фредерики, доносящийся со двора. Женщина разговаривала с Луиджи. Девушка осторожно выглянула из окна и увидела, как та смеется, склонившись над собаками и похлопывая их по спинкам. Через плечо у Фредди висела сумка, доверху наполненная покупками. Должно быть, ее планы изменились, и Селестрия в отчаянии поняла, что обыск провалился. Она уже было направилась к выходу, как вдруг ее взгляд упал на знакомую красную коробочку, выглядывающую из-под груды бусин в одной из чаш, что стояли на столе в центре комнаты. Запустив туда руку, девушка вынула ее с торжествующим видом и восхищенно приложила к носу: она была уверена, что сейчас вдохнет знакомый аромат туберозы. На дне коробочки, переливаясь на свету и словно подмигивая ей, лежала мамина брошка с двумя огромными бриллиантами. Мамины пропавшие звезды, те, которые отец когда-то подарил ей и которые вот так вероломно украл.

Закрыв шкатулку, она подошла к кровати и села на нее в ожидании Фредерики. Ее сердце рвалось и прыгало в груди, однако Селестрия никогда не боялась идти на открытую конфронтацию. Вероятно, сейчас она выяснит всю правду, а может, даже узнает, где скрывается отец. Девушка, не мигая, смотрела на дверь, пока глаза не начали слезиться от напряжения. Наконец тишину прервал звук приближающихся шагов и цоканье когтей собачьих лап. Открыв дверь, в комнату вошла Фредди. Она вздрогнула от неожиданности, увидев Селестрию, спокойно сидящую на кровати с маленькой красной коробочкой в руках.