На вершине блаженства - Стелла Камерон

Он не спускал с нее глаз. Солнце поднималось все выше, и весь сад пересекали причудливые тени от стволов деревьев. Ее рыжая голова светилась словно сама по себе в загадочном сумраке сада.

– Я вовсе не желала знать, каков на самом деле мой отец. – Она снова возвращалась в прошлое. – Вообще-то я любопытная. И всегда буду любопытной. Но никакое любопытство не могло заставить меня заниматься слежкой. И я не желала копаться в мамином прошлом тоже.

– А ведь Моррис мог быть твоим отцом, верно? Твоя мать… Она тогда уже была замужем за Моррисом. – Он понимал, что сейчас должна испытывать Блисс.

– Бедная мама. Она никогда не была счастлива, правда?

– Ну разве что иногда. Мы ведь не можем наверняка знать, отчего бывают счастливыми другие люди.

– Она любила его. Я знаю, что любила. Она любила его так сильно, что не могла оставаться самой собой. Теперь мне это совершенно ясно. Я должна была попытаться сблизиться с ней.

Себастьян схватил ее в охапку, усадил к себе на колени и крепко прижал к груди. Она положила голову ему на плечо и обняла за шею. От ее старенького халатика исходило уютное тепло. Там, под халатом, она была восхитительно мягкой и нежной.

Он любил ее так сильно, что щемило в груди.

– Мэриан не заслужила такую смерть, – промолвила Блисс. – Она пыталась спасти тебя. А Кристал? Ох, Себастьян, я все вспоминаю, какой она была, когда училась в школе. Ей всю жизнь не везло.

– Ну, не совсем. Зато им почти удалось лишить везения меня, везения совершенно определенного рода – и самого важного в жизни. Ведь без тебя все остальное не имело значения.

– Мне хотелось бы, чтобы они получили возможность второй попытки.

Нет, слишком рано было обсуждать с ней судьбы Мэриан и Кристал. А кроме того, вовсе ни к чему лишний раз напоминать Блисс, что она сама едва избежала гибели.

– У нас с тобой будут дети, правда? – спросил Себастьян.

Блисс немного отстранилась, чтобы видеть его лицо. Задержала взгляд на глазах, на губах. Легонько поцеловала и тут же увернулась, не давая ответить на поцелуй.

– А у нас получится? Мы сумеем их воспитать?

– И ты еще сомневаешься? – Себастьян улыбнулся, ему казалось – храбро. – Ну да, мы обычные люди. И иногда ошибаемся. Но мы наделены силой духа – иначе не сидели бы сейчас здесь. И если мы очень постараемся, то у нас все получится! У нас будет целая куча детей.

Слезы, внезапно наполнившие ее глаза, застали Себастьяна врасплох.

– Эй! Ты чего это раскисла? – Он смешно наклонил голову, чтобы видеть ее глаза.

– Я вдруг представила себе наших детей. – Ее губы дрожали. – И тебя с нашими детьми. Я видела, как ты обращаешься с Бобби. Он готов на тебя молиться.

– Он прекрасный малыш. И ему совершенно необходим отец.

– О да. Но зато у него есть прекрасная мама, и любящая бабушка, и тетка. И мы тоже его любим.

– Некоторых людей ломают еще в детстве. – Он ласково провел пальцем по ее подбородку.

Она улыбнулась ему все еще дрожащими губами. Улыбнулась и всхлипнула, и щеки ее повлажнели от слез.

– А некоторые люди становятся еще сильнее. Такие, как мы. Ты и я. Мне бы только хотелось, чтобы никому не пришлось больше погибать из-за того, что мы стремились друг к другу.

– Потому что мы стремились друг к другу, – строго поправил он. – Да нам и не дано управлять всем миром и другими людьми. Мы можем только не позволять им подминать нас под себя.

– Что они и пытались сделать, – согласилась Блисс. – Но мне не так-то легко отделаться от чувства вины. В душе все еще сидит некто, нашептывающий и о моей вине, и о том, что мои родители меня не любили.

– Мне отлично знакомо это чувство, – кивнул Себастьян. – Этот некто – часть того, что случилось. И ты не скоро справишься с ним. Как и я. Но мы постараемся сделать это вместе, правда? – Он прижался к ней лбом. – Мы больше не будем страдать молча и в одиночестве. Нам обоим слишком долго приходилось этим заниматься.

– У меня в ушах все еще звучат их голоса.

Он прижал ее к себе так крепко, что испугался, не сделал ли ей больно.

– Мы ведь сумеем помочь друг другу, не так ли?

– О’кей. – Она ответила ему крепким объятием. – Когда поймают Вика, его будут судить, да?

– Если найдут. И Зою тоже, но по другой статье.

– Тебе, наверное, пора собираться в офис, – заметила Блисс, удобно устраиваясь у него на коленях.

– Когда я отправлюсь туда, ты поедешь со мной.

– Но у меня же есть дела здесь, – возразила она.

– Ну значит, и я тоже останусь здесь.

– Мы же не можем ходить, как сиамские близнецы, Себастьян, – нахмурилась Блисс.

– Можем, пока не почувствуем себя снова в безопасности. Уильям вполне сможет держать оборону, а вот место Зои нужно заполнить, и чем скорее, тем лучше. Наверное, придется пригласить кого-то из Лос-Анджелеса.

Она снова положила голову ему на плечо, но от ее недавней безмятежности не осталось и следа.

– Что такое? – спросил Себастьян. – Что тебя тревожит?

– Ничего.

– Ну почему женщины такие? Твердят упрямо, что ничего не случилось, хотя это далеко не так?

– Ничего и не случилось. Просто мне не нравится неопределенность – вот и все.

– Но ведь не осталось никакой неопределенности! – Себастьян ласково баюкал Блисс на руках. – Мы прекрасно знаем, что с нами будет!

– А я нет.

На дорожке захрустел гравий. Кто-то шел от заднего крыльца.

– Завтрак подан, – раздался голос Венеры Кроу. – Вы одеты?

Себастьян рассмеялся.

Блисс заерзала, собираясь встать, но он не отпустил ее.

– Одеты, одеты, Венера, и мы сейчас придем!

Бобби нетерпеливо обогнал бабушку и боднул Себастьяна в бок. Спайки, обнюхав Битера, плюхнулась рядом на то же пятно солнечного света.

Венера принесла поднос с двумя высокими бокалами, полными до краев какой-то густой пурпурной жидкости.

– Мрачный день миновал, – торжественно провозгласила она. – Утро требует новой энергии, дети мои. Оставшихся в живых необходимо кормить, чтобы они могли поделиться энергией с теми, кто ушел.

Блисс не выдержала и расхохоталась – впрочем, смех не принес облегчения, слишком он напоминал истерику. Себастьян ласково погладил ее по голове и спросил у Бобби:

– Как дела, чемпион?

– Я не поеду, – заявил Бобби. Он крепко обхватил руками плечо Себастьяна. – Мама теперь будет работать на телевидении. Она сказала, что это ты помог. Но я не поеду.