Ее безумные звери - Э. П. Бали

— Вы не имеете права трогать меня! — вопит он, кидаясь к своему оберегу. — Вы не имеете права!

Дикарь сбивает Дэмиена с ног прежде, чем тот успевает дотянуться до ожерелья. Феникс отчаянно брыкается изо всех сил, а волк при этом безумно хохочет.

Мардук швыряет мне моток обсидиановой цепи, пока Ксандер помогает вздернуть Дэмиена на ноги. В четыре руки мы обматываем цепями его самого, полотенце и сеть, намертво прижимая костлявые руки к бокам. Дикарь для верности заталкивает ему в рот грязный носок.

Мы конвоируем достопочтенного лорда-феникса в подземелья академии, прямиком к заново отстроенному и до боли знакомому бассейну. Кажется, прошла целая вечность с тех пор, как я запер здесь в клетках трех своих названых братьев за попытку похитить Аурелию.

Как же все переменилось.

Дикарь напевает веселый мотивчик, пока я с помощью телекинеза подвешиваю Дэмиена вверх тормашками и удерживаю его над водой.

Птичка-поджигатель, птичка-огонек, давай поиграем, милый мой дружок.

Птичка-поджигатель, птичка-огонек, смотри не намочи штанишки, петушок!

Я присаживаюсь, чтобы заглянуть в его золотистые глаза:

— Ты не прикоснешься к Селесте. Ты не прикоснешься к моей Регине. Ты вообще ни к одной женщине не прикоснешься без ее добровольного, осознанного и искреннего согласия.

— Вы мне не указ, — шипит он.

Я окунаю его головой в воду.

Дикарь громко считает, загибая свои девять пальцев:

— Раз миссисипи. Два миссисипи. Три миссисипи. — И так вплоть до двадцати, пока я снова не поднимаю его в воздух.

Дэмиен кашляет и захлебывается:

— Я представитель охраняемого вида!

— Ты близко не подпустишь Мейса Нага или его прихвостней к моей школе, — чеканю я. — И больше никогда в жизни не заговоришь с моей Региной.

Я снова опускаю его в воду и жду, пока Дикарь досчитает до тридцати.

Феникс задыхается, изо рта у него фонтаном брызжет вода:

— Пошли вы! Пошли вы все вместе со своей стаей!

— Слушайте, а у фениксов органы заново отрастают? — лениво интересуется Ксандер из угла, где они с Йети стоят, прислонившись к стене, и курят. — Даже драконы на такое не способны.

— Вы пожалеете об этом! — исходит криком Дэмиен. — Суки, я сделаю так, что вы горько об этом пожалеете!

— Дикарь, — мягко зову я. — Как по буквам пишется слово «кастрировать»?

Глаза Дэмиена округляются от ужаса.

— О-о, это что-то новенькое! — восклицает Дикарь и тут же вытягивается по струнке, словно школьник на уроке орфографии, прижав руки к бокам. В одних только черных шортах для регби, которые он напяливает каждый раз, когда у него просыпаются дикие повадки, выглядит он комично. — Кастрировать. К-А-С-Т-Р-И-Р-О-В-А-Т-Ь. Правильно?

— Умница, — хвалю я его и беру из рук Косы длинное серебристое лезвие.

— Постойте! — вскрикивает Дикарь, поспешно доставая телефон и включая камеру. — Ага, все, я готов, снимаю.

— Некоторые люди, — по-дружески замечает Мардук, пока я легким движением разрезаю полотенце Дэмиена, — назвали бы это отличным тимбилдингом.

Глава 77

Аурелия

Впервые за последние месяцы мы с Минни, Коннором, Стейси, Ракель и Юджином устроили ночевку в общежитии стаи. У наших парней проходило то, что Дикарь назвал «вечером тимбилдинга» — скорее всего, они просто спарринговались в спортзале или занимались чем-то в этом роде, так что мы, анимы, и наш петух остались в комнате одни.

Разумеется, слухи о визите отца уже разлетелись по Академии. Ему удалось пробраться внутрь незамеченным для большинства, но вот ушел он максимально эффектно, позаботившись о том, чтобы его видели все. Я не стала пересказывать друзьям его слова — это бремя должна нести только я. Но после похищения Сабрины они и сами прекрасно понимали, на что способен Король Змей.

Поскольку наших нимпинов у нас отобрали, мы изливали всю нерастраченную материнскую заботу на Юджина. Он покорно стоял на пуфике, который мы приспособили вместо тумбу для демонстрации нарядов, пока мы крепили стразы к его перьям и красили ему когти на лапах.

Теперь, когда шок немного прошел, я наконец решилась рассказать девчонкам о том, как мы нашли Упыря в подземельях под домом отца.

— Я заподозрила неладное еще тогда, ночью, когда мельком увидела его маску, — поделилась я. — Но сами понимаете, тогда хватало и других, куда более насущных проблем.

— В последнее время вообще творится слишком много всякого дерьма, — заметил Коннор, выбирая следующий лак для левой лапы Юджина. — Да и ты постоянно пропадаешь с папочкой-акулой.

Коса никогда не должен узнать, как мы его теперь называем. И все же минутами наедине с ним я дорожила больше всего. Это было чем-то настолько глубоко личным, что делиться этим казалось неправильным. Мои щеки вспыхнули, Минни толкнула Стейси локтем в бок, и они обе покатились со смеху.

— Все это так су-сумбурно, — отозвалась Ракель, промывая свои украшения для пирсинга в металлической миске. — Я никогда раньше не сталкивалась с таким бизнесом, какой ведет мистер Харкорус.

— Да-да, мы в курсе, что ты ничего не можешь нам рассказать, — закатила глаза Минни. — Игры в шпионов и все такое. Главное, что эта масштабная вылазка увенчалась успехом.

— Главное — я выяснила, что среди моих истинных затесался не один законченный психопат, а Ксандер считает, будто проблема во мне.

— Пятеро, — с благоговением покачала головой Стейси. — Я честно не представляю, как ты с ними справляешься.

Я пожала плечами:

— Ну… временами они бывают милыми.

— А секс! — воскликнул Коннор. — О Богиня, секс, должно быть, просто улетный!

В итоге мы заснули за полночь, рассредоточившись по комнате в самых нелепых позах. Когда все отключились, мы с Минни еще долго перешептывались в темноте.

Утром нас разбудил истошный визг.

Минни открыла дверь и обнаружила Йети, Мардука и Дикаря, которые беспробудно спали на полу прямо в коридоре, свернувшись калачиком под пушистыми одеялами. Так они «несли вахту».

Позже, в субботу утром, я почуяла старый знакомый запах сосновой смолы, который привел меня в библиотеку. Когда я наткнулась на Дикаря, он был настолько поглощен чтением стопки бумаг, что заметил меня, только когда я подошла совсем близко. Юджин, составлявший ему компанию, заприметил меня еще издалека, но я прижала палец к губам, призывая его к тишине.

— Что читаешь? — поинтересовалась я. Это определенно была не та тетрадь по ликвидации безграмотности у взрослых волков, по которой мы занимались.

Дикарь с сухим хлопком перевернул лист изнанкой вверх и уставился на меня округлившимися глазами, словно его поймали за просмотром порнухи.

— Ничего.

Я уперла руки в бока и окинула его укоризненным взглядом. Затем потянулась к столу и выдернула листок, который он пытался прикрыть предплечьем. Перевернув его, я с изумлением обнаружила, что это научная статья под названием «Слезы