Каникулы Рейчел - Мэриан Кайз

У него загорелись глаза:

– Прекрасно!

Но он тут же понял, что я имею в виду, и сник:

– Ах да, конечно, детка.

Я стащила с себя остатки одежды и просто сбросила их на пол. Хотя, честно говоря, я иногда так поступала, и не будучи больной гриппом. Я залезла в постель, под прохладную простыню. На какое-то мгновение мне показалось, что я на небесах. Должно быть, я задремала, потому что следующее, что увидела, был Люк с двумя коктейлями в руках.

– Шоколадный или земляничный? – спросил он. Я молча помотала головой.

– Так я и думал, – улыбнулся он и потер себе лоб. – Надо было заказать ванильный!

– Нет, Люк, – прошептала я. – Просто… я не хочу есть. Ничего не хочу. Наверно, я умираю… – мне удалось слабо улыбнуться.

– Не шути так, Рейчел, – строго приказал Люк. – Шутки заразны.

– Нет. Шутки полезны, – еле ворочая языком, поправила я. Именно так всегда говорила Хелен.

– Побудешь одна, пока я выйду ненадолго? – ласково спросил он.

Должно быть, у меня сделался очень несчастный вид.

– Я только до аптеки и обратно! – поспешно заверил он. – Купить тебе лекарство.

Он вернулся примерно через полчаса с огромным пакетом, набитым всякой всячиной начиная с термометра и кончая микстурой от кашля.

– Но у меня нет кашля, – слабым голосом заметила я.

– Может начаться, – возразил он. – Лучше быть готовыми к этому. А теперь давай измерим температуру.

– Тридцать восемь градусов! – возопил он и принялся, как ненормальный, подтыкать мне одеяло, так что я очень скоро оказалась в своеобразном коконе.

– Женщина из аптеки сказала, что тебе надо быть в тепле. Но… ты и без того такая горячая! – бормотал он.

К полуночи температура у меня поднялась до сорока, и Люк вызвал врача. Вызвать врача на дом на Манхэттане стоило столько же, сколько купить трехкомнатную квартиру. Должно быть. Люк и в самом деле любил меня.

Доктор провел у нас три минуты, поставил мне диагноз «грипп – классический, настоящий грипп, а не просто простуда», – сказал, что от этого ему нечего прописать мне, взял с Люка деньги и отбыл. Следующие три дня я провела в полузабытьи. Я бредила, совершенно не соображая, где я и какой сегодня день. У меня все болело. Я то дрожала от холода, то потела. Без помощи Люка я не могла даже приподняться, чтобы принять гаторейд, которым Люк меня поил.

– Ну, пожалуйста, детка, – увещевал он. – Тебе нужно много жидкости и глюкоза.

Люк отпросился с работы на четверг и пятницу, чтобы ухаживать за мной. Когда я приходила в себя, он всегда был рядом. Сидел на стуле у моей кровати и смотрел на меня. А иногда его голос доносился из соседней комнаты. Он разговаривал по телефону с кем-нибудь из друзей.

– Самый настоящий грипп, – говорил он даже с некоторой гордостью. – Классический. Не просто простуда. Нет, в таких случаях ничего не прописывают.

К вечеру субботы мне стало легче настолько, что меня стало можно, завернув в одеяло, отнести в гостиную. Там Люк положил меня на кушетку. Я попыталась посмотреть телевизор, но выдержала не больше десяти минут. Обо мне никто никогда раньше так не заботился.

А теперь посмотрите-ка на нас: мы настоящие враги. Как же это все получилось?

* * *

Отдельные члены нашей семьи явились в воскресенье навестить меня. Прищурившись, я поздоровалась с родителями. Они подошли ко мне, сгибаясь под тяжестью сладостей, привезенных с собой. Нет, вы только посмотрите на них, какие заботливые! Пытаются купить меня своими шоколадками. Так, вы говорите, я тупая? Я слишком высокая, не так ли?

Казалось, они не замечают злобных флюидов, которые я им посылала. В конце концов, мы всегда разговаривали натянуто, и этот раз не был исключением. Хелен тоже решила опять навестить меня. Я догадывалась о ее истинных мотивах, и внимательно следила за ней и Крисом, особенно когда они начинали слишком энергично переглядываться. Хотя он и проявлял ко мне внимание уже после того, как я застала его утешающим Мисти, теперь я ему не очень-то доверяла.

Но настоящим сюрпризом для меня был приезд Анны! Я была взволнована ее посещением. И вовсе не потому, конечно, что так уж обрадовалась ей, а из-за вожделенных наркотиков.

Мы крепко обнялись, и она тут же наступила на краешек своей длинной Юбки и чуть не упала. Несмотря на то, что она была очень похожа на Хелен – такая же миниатюрная, зеленоглазая, с длинными черными волосами, у нее и в помине не было самоуверенности, свойственной Хелен. Вечно она спотыкалась, поскальзывалась, во что-нибудь вляпывалась. Возможно, эта ее неуклюжесть объяснялась еще и огромным количеством потребляемых ею наркотических средств.

Хелен была в прекрасной форме и поразила окружающих рассказом о том, как целая группа священников не смогла исполнять свои обязанности на следующий день после посещения «Клуба Мекссс». Пищевое отравление.

– Они, конечно, угрожают судебным иском, – сияла она. – Но я надеюсь, что владелец «Клуба Мекссс», мистер Вонючая Задница, никудышный налогоплательщик, как-нибудь вывернется. Конечно. Ведь всем известно, что эти чиновники от церкви вечно страдают похмельным синдромом. Те, у кого похмелье, всегда прикрываются пищевым отравлением. Вот Анна постоянно так делает. Я бы и сама так делала, если бы не работала.

Наконец мне удалось переговорить с Анной один на один.

– У тебя есть что-нибудь с собой? – деловито спросила я.

– Нет, – прошептала Анна и покраснела.

– Совсем ничего?

– Ничего.

– Ничего? – эхом отозвалась я, потрясенная. – Но почему?

– Я бросила, – сказала она, стараясь не встречаться со мной глазами.

– Что бросила?

– Ну… наркотики.

– Но почему? – воскликнула я. – Из-за Лента?

– Не знаю, возможно, но это не главная причина.

– Тогда какая же главная причина?

– Я не хочу кончить так же, как ты, – ответила она. – То есть, я хочу сказать, вот здесь! – лихорадочно поправила она себя. – Я хотела сказать, что не хочу оказаться здесь!

Я была просто убита! Даже Люку не удалось ранить меня так сильно. Я старалась следить за своим лицом, чтобы она не заметила, как мне больно, но, боюсь, мне это не очень удалось.

– Прости меня, – сказала она виновато. – Я не хотела тебя обидеть. Но когда я узнала, что ты чуть не умерла, я так испугалась…

– Все нормально, – коротко ответила я.

– Послушай, Рейчел, – она попыталась удержать меня за руку. – Не сердись на меня! Я просто хотела объяснить…

Мне удалось стряхнуть с себя ее руку. Дрожа, как лист, я ринулась в ванную, чтобы успокоиться. Я просто не могла поверить! Чтобы именно Анна! Даже она отвернулась от меня! Она считает, что у меня проблемы. Это Анна-то, о которой я всегда думала: «Что ж, по крайней мере, у меня дела не так плохи, как у нее».